Антидепрессант со снотворным эффектом: Антидепрессанты при бессоннице | Cochrane

Содержание

список лучших препаратов без рецептов

Можно ли купить антидепрессанты без рецептов? Какие средства для улучшения настроения наиболее эффективны, когда помогут более легкие препараты, а когда нужны мощные средства, как они действуют на организм, и можно ли принимать самостоятельно? Главное, при выборе лекарства — не навредить здоровью.

У меня депрессия!

Такое частенько можно услышать от знакомых или прочитать на форуме. Но, как правило, человек, делающий такие заявления, заблуждается. Ведь что подразумевают под «депрессией‎»‎ в разговорной среде? Обычно имеется в виду просто кратковременное ухудшение настроения, раздражительность, усталость под влиянием обстоятельств. Иногда у человека просто «плохой день‎»‎ или он «встал не с той ноги‎»‎, а он называет это депрессией.

В наше время люди постоянно сталкиваются со стрессом: перегрузки на работе, бешеный ритм жизни, завышенные требования к себе, огромное количество информации, которое льется изо всех источников. Неудивительно, что многие не справляются с таким количеством стрессовых факторов, и это может проявляться различными симптомами:

  • тревога;
  • раздражительность;
  • утомляемость;
  • нарушения сна;
  • навязчивые мысли;
  • панические атаки.

Если эти симптомы кратковременны и проходят самостоятельно, не стоит сильно расстраиваться. В большинстве случаев их поможет победить всего-навсего хороший отдых. Но иногда отпуска недостаточно, и организму нужно чуть-чуть помочь. Очень важно выбрать для этого правильные лекарства.

Что такое депрессия на самом деле

Это длительное (2 недели и более) выраженное снижение настроения, которое сопровождается еще несколькими дополнительными симптомами: снижение активности, замедление мыслительной деятельности, отсутствие радости от жизни. То есть, если вас перестали трогать привычные радости — хобби, семья, посиделки с друзьями, то это повод задуматься, понаблюдать за своим состоянием и, возможно, обратиться к врачу. 

Если вас перестали трогать привычные радости, то это повод задуматься и, возможно, обратиться к врачу.

Настоящая депрессия является серьезным и часто тяжелым заболеванием, которое требует обязательного лечения у врача-психиатра с назначением специальных лекарств. 

Какие препараты применяют при лечении депрессии? 

Они носят общее название — антидепрессанты. Стоит отметить, что в последние годы показания для назначения антидепрессантов значительно расширились. Были проведены многочисленные исследования, которые показали эффективность антидепрессантов не только при депрессии, но и при тревоге, нарушениях сна (бессоннице), неврозах и даже невропатических болях. Сегодня препараты из разных групп антидепрессантов широко назначают психиатры, неврологи и даже терапевты. 

Наиболее часто используются препараты двух групп.

Трициклические антидепрессанты

Это старые препараты, которые считаются самыми сильными:

  • Амитриптилин — препарат с сильным седативным и мощным антидепрессивным действием. В больших дозах используется для лечения тяжелых депрессий, в малых — для более легких расстройств. Хорошо снимает тревогу и обладает снотворным эффектом.
  • Анафранил — препарат сбалансированного действия, обычно переносится легче, чем амитриптилин, также хорошо снимает тревогу. Назначается для лечения депрессий от легких до тяжелых, различных тревожных расстройств. 
  • Мелипрамин — обладает стимулирующим действием, им лечат апатические депрессии. 

Селективные ингибиторы обратного захвата серотонина (СИОЗС) 

Это более современная группа препаратов. Их преимущества — это хорошая переносимость и небольшое количество побочных действий, или вовсе их отсутствие. 

Часто из этой группы назначаются:

  • Феварин — обладает противотревожным и хорошим антидепрессивным действием. При длительном применении нормализует сон, если он был нарушен.

  • Золофт — довольно сильный антидепрессант дневного действия. Снимает тревогу, навязчивые мысли, при этом не вызывает сонливости.
  • Паксил — купирует тревогу, часто назначается для лечения панических атак. 

Есть еще много современных антидепрессантов, у которых мало побочных эффектов и хорошая переносимость:

Но сильные антидепрессанты без рецептов не продаются. Их может выписать только врач: психиатр, невролог, иногда терапевт. 

Почему нельзя принимать антидепрессанты без рецепта?
  • Только врач сможет оценить риск побочных эффектов для конкретного пациента.
  • Разные антидепрессанты имеют разные нюансы терапевтического действия. Если лекарство подобрано неправильно, в лучшем случае оно не поможет, в худшем — навредит.
  • Подбор дозы осуществляется индивидуально. Если самостоятельно увеличивать дозу слишком быстро, можно ощутить на себе массу неприятных последствий. 
  • Отмена тоже должна осуществляться постепенно и под контролем врача. В противном случае вы рискуете получить синдром отмены. 

Что же делать?

Существует ряд препаратов, которые продаются без рецепта. При клинической депрессии они не эффективны, однако помогут справиться со стрессом, кратковременным расстройствами сна и раздражительностью. С их помощью можно попробовать немного облегчить свое психоэмоциональное состояние: 

  • Глицин — одно из самых популярных средств. Назначается, начиная с детского возраста, при стрессах, переутомлении, эмоциональном перенапряжении. Иногда эффективен при незначительных нарушениях сна. 
  • Афобазол. Обладает противотревожным действием, устраняет чувство страха, плаксивость, раздражительность. Используется при лечении вегето-сосудистой дистонии и даже при алкоголизме, для облегчения симптомов отмены спиртного. Не вызывает привыкания. Нужно учитывать, что детям до 18 лет противопоказан.
  • Ново-пассит. Довольно сильное успокоительное средство при нервозности и раздражительности. Эффективен при снижении концентрации внимания, памяти, утомляемости. Помогает восстановить нервную систему в период повышенной нагрузки. 
Препараты без рецепта не справятся с клинической депрессией, но могут облегчить психоэмоциональное состояние.
  • Стрессовит. Хорошо успокаивает, снимает раздражительность, тревогу, улучшает сон. Не рекомендуется в период лечения управление автомобилем и другие виды деятельности, требующие повышенной концентрации внимания. 
  • Персен — лекарство растительного происхождения. Содержит экстракты валерианы, мелиссы и перечной мяты. Оказывает успокаивающее и противотревожное действие. Хорошо помогает при повышенной возбудимости, эмоциональной лабильности, плаксивости. Может использоваться в комплексной терапии легких тревожных депрессивных расстройств, облегчает отмену сильнодействующих препаратов. 
  • Магне В6. Повышает устойчивость организма к стрессу. Дефицит магния может приводить к дисбалансу нервной системы, раздражительности, нарушениям сна, поэтому Магне В6 оказывает в этих случаях положительный эффект. 
  • Тенотен. Оказывает противотревожное, успокаивающее, антиастеническое действие, помогает справиться со стрессом и психоэмоциональными нагрузками. Снимает раздражительность и напряженность. Может применяться при невротических состояниях. 

Когда нужно обратиться к врачу?
  • Если снижение настроения отмечается больше двух недель, а попытки самостоятельного лечения оказались неэффективны.
  • Если появились мысли о нежелании жить или суицидальные мысли. 
  • Если депрессивное состояние значительно нарушает привычный ход жизни: вы не можете работать, полноценно общаться с семьей, радоваться тому, что раньше приносило радость.

Обратиться к психиатру можно конфиденциально. Сведения о самом факте обращения, не говоря уже о диагнозе и лечении, являются врачебной тайной: не сообщаются на работу, не разглашаются. Лучше диагностировать депрессию вовремя и начать лечение, чем довести ее до запущенных стадий. 

Литература

  1. БАУЭР М., ПФЕННИГ А., СЕВЕРУС Э., ВАЙБРАУ П.С., АНГСТ Ж., МЮЛЛЕР Х.-Ю КЛИНИЧЕСКИЕ РЕКОМЕНДАЦИИ ВСЕМИРНОЙ ФЕДЕРАЦИИ ОБЩЕСТВ БИОЛОГИЧЕСКОЙ ПСИХИАТРИИ ПО БИОЛОГИЧЕСКОЙ ТЕРАПИИ УНИПОЛЯРНЫХ ДЕПРЕССИВНЫХ РАССТРОЙСТВ ЧАСТЬ 1: ОСТРОЕ И ПРОДОЛЖЕННОЕ ЛЕЧЕНИЕ УНИПОЛЯРНЫХ ДЕПРЕССИВНЫХ РАССТРОЙСТВ ПО СОСТОЯНИЮ НА 2013 ГОД//СОВРЕМЕННАЯ ТЕРАПИЯ ПСИХИЧЕСКИХ РАССТРОЙСТВ Номер: 4 Год: 2015 Страницы: 33-40
  2. Терапия антидепрессантами и другие методы лечения депрессивных расстройств. Доклад Рабочей группы CINP на основе обзора доказательных данных. М., 2008; 215 с. 
  3. Бакланов В.В., Аникеева А.Г., Каратаева Ж.Е. МЕТОДИЧЕСКИЕ РЕКОМЕНДАЦИЯ ДИАГНОСТИКА И ЛЕЧЕНИЕ ДЕПРЕССИИ В УЧРЕЖДЕНИЯХ ЗДРАВООХРАНЕНИЯ, ОКАЗЫВАЮЩИХ ПЕРВИЧНУЮ МЕДИКО-САНИТАРНУЮ ПОМОЩИ НАСЕЛЕНИЮ Сыктывкар, 2011 г

Ученые придумали, как бороться с хронической бессонницей без таблеток

https://ria.ru/20190525/1554893932.html

Ученые придумали, как бороться с хронической бессонницей без таблеток

Ученые придумали, как бороться с хронической бессонницей без таблеток — РИА Новости, 03.03.2020

Ученые придумали, как бороться с хронической бессонницей без таблеток

Первое снотворное — веронал — появилось в 1864 году, когда немецкий химик Адольф Байер открыл барбитуровую кислоту и барбитураты. С 1903 года веронал уже… РИА Новости, 03.03.2020

2019-05-25T08:00

2019-05-25T08:00

2020-03-03T14:21

россия

михаил полуэктов

российская академия наук

первый мгму имени сеченова

москва

швейцария

наука

/html/head/meta[@name=’og:title’]/@content

/html/head/meta[@name=’og:description’]/@content

https://cdn22.img.ria.ru/images/155489/40/1554894028_0:161:3071:1888_1920x0_80_0_0_771280e3e883f95a9590057ea16b2ed6.jpg

МОСКВА, 25 мая — РИА Новости, Альфия Еникеева. Первое снотворное — веронал — появилось в 1864 году, когда немецкий химик Адольф Байер открыл барбитуровую кислоту и барбитураты. С 1903 года веронал уже массово прописывали пациентам от бессонницы. Но у лекарства было сразу несколько серьезных недостатков, и от него пришлось отказаться. Полтора века спустя с нарушениями сна все еще борются посредством таблеток. Ученые обещают в ближайшее время переломить ситуацию.Три системы — одна бессонница»Вероятность засыпания зависит от взаимодействия трех систем в мозге. Одна система активирующая, другая тормозящая, третья — система внутренних часов. И лекарственные препараты, которые обладают снотворным действием, влияют на работу одной из этих систем, смещая равновесие между ними в сторону сна. Сегодня самый популярный подход к индукции сна — воздействие именно на тормозные системы мозга, усиление их активности. Речь прежде всего о препаратах — производных бензодиазепинов, наиболее известный из которых — феназепам», — объясняет доцент кафедры нервных болезней и нейрохирургии Первого МГМУ имени И. М. Сеченова, заведующий отделением медицины сна университетской клинической больницы № 3 кандидат медицинских наук Михаил Полуэктов.Эти препараты воздействуют на особые рецепторы головного мозга — бензодиазепиновые, в результате чего тормозится передача нервного возбуждения в мозге и человек довольно быстро засыпает. В то же время длительность сна увеличивается, а внезапных пробуждений среди ночи становится меньше.Но у этих лекарств есть два важных недостатка. Во-первых, они меняют нормальную структуру сна, подавляя его глубокую и быструю стадии. Иными словами, человек, принявший тот же феназепам, спит дольше, но не видит сновидений, а ночной отдых не приносит ему удовлетворения. Во-вторых, эти препараты могут вызывать зависимость, по типу схожую с наркотической.»Классические снотворные типа фенозепама имеют такой же механизм действия, как и алкоголь. При эпизодическом приеме ничего страшного не произойдет, но если пить их регулярно, как и в случае со спиртными напитками, конечно, ничего хорошего не выйдет. Поэтому любой снотворный препарат все-таки отпускается по рецепту, его невозможно приобрести просто так», — уточняет сомнолог.Ослабить и подавитьВторые по популярности снотворные препараты — блокаторы гистаминовых рецепторов. Они ослабляют гистаминергическую систему, которая позволяет мозгу находиться в состоянии бодрствования, и если подавить ее работу, то тормозящие системы получат преимущество и человек заснет. «Схожим действием обладали противоаллергические препараты первых поколений, например супрастин. От них очень хотелось спать, поскольку они действовали не только на рецепторы, связанные с аллергией, но и на рецепторы в головном мозге, которые относятся к активирующей системе. Эти лекарства ее блокировали, и, соответственно, равновесие смещалось в сторону тормозных систем, что способствовало засыпанию», — рассказывает Михаил Полуэктов. По словам врача, действие снотворных этого типа слабее, чем классических препаратов, и они не искажают нормальную структуру сна — в этом их преимущество. Кроме того, это единственные снотворные, разрешенные при беременности.Обман мозга»На борьбу между активирующими и тормозными системами оказывает влияние время суток. Ночью нам заснуть легче, чем днем, благодаря внутренним часам. Они помогают мозгу не засыпать, если идет световая стимуляция определенной области гипоталамуса. За счет этого мозг знает, что сейчас организму нужно быть максимально активным, и дает дополнительный импульс активирующим структурам. Как только темнеет, эта стимуляция прекращается, активирующие структуры теряют преимущество перед тормозными, и постепенно мозг погружается в сон. Поэтому можно индуцировать сон еще и путем обмана внутренних часов. Если им сообщить, что уже ночь, что уже начал вырабатываться гормон мелатонин, то внутренние часы перестанут стимулировать активирующие системы и, соответственно, те потеряют преимущество. Для этого используются препараты мелатонина — синтетические аналоги гормона, который вырабатывается у человека и у животных в ночное время», — объясняет специалист.Применение этих лекарств улучшает время засыпания, немного увеличивает продолжительность сна и практически не вызывает побочных эффектов. Но их действие намного слабее снотворных первых двух типов. Также есть данные о том, что прием синтетического мелатонина после 45 лет увеличивает продолжительность жизни. Хотя, по мнению Михаила Полуэктова, к ним надо относиться с осторожностью.»Опыты проводили на крысах. На других видах животных, а также на людях, это не было доказано», — подчеркивает ученый. Лучше без таблетокУченые продолжают искать новые средства борьбы с бессонницей, в том числе немедикаментозные. Например, сразу несколько научных коллективов работают над созданием специальных гаджетов для быстрого засыпания и крепкого продолжительного сна. Авторы одного из устройств — сотрудники Института высшей нервной деятельности и нейрофизиологии РАН. Это небольшой черный куб с гранью в десять сантиметров, внутри — три катушки, на которые подается импульсный ток определенной частоты. Возникает слабое электромагнитное поле, которое, воздействуя на мозг, естественным образом регулирует циркадные ритмы. Прибор уже показал свою эффективность на небольшой группе здоровых добровольцев. Сможет ли он вылечить страдающих хронической бессонницей, пока неясно.Ученые из Сеченовского университета вместе с коллегами из Швейцарии разрабатывают первую программу когнитивно-поведенческой терапии бессонницы на русском языке.»Чаще всего у человека закрепляется бессонница, потому что он начинает беспокоиться о своем сне, вести себя неправильно. Он фиксируется на своих проблемах и не может от них избавиться. Сейчас есть определенные методики когнитивно-поведенческой терапии, но тут требуется достаточно много времени, нужны грамотные специалисты, а в России, да и во всем мире, таких людей очень мало. Сейчас мы как раз работаем над методикой дистанционной когнитивно-поведенческой терапии, чтобы человек без визита к психотерапевту, из любого конца нашей страны, онлайн, мог проходить эти сеансы. По данным диссертационной работы, написанной у нас в университете, эффективность двухнедельного курса — 28 процентов. По оценкам зарубежных авторов, писавших о шестинедельном лечении, эффективность когнитивно-поведенческой терапии доходит до 60 процентов. Это сопоставимо с результативностью лечения традиционными снотворными. Но преимущество психологического метода в том, что его эффект не теряется после прекращения лечения. А вот после отказа от снотворного всегда возвращаются нарушения сна, поскольку главная причина этих нарушений не устраняется», — заключает Полуэктов.

https://ria.ru/20180309/1516056137.html

https://ria.ru/20160406/1403430209.html

https://ria.ru/20190315/1551805748.html

россия

москва

швейцария

РИА Новости

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

2019

РИА Новости

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

Новости

ru-RU

https://ria.ru/docs/about/copyright.html

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/

РИА Новости

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

https://cdn22.img.ria.ru/images/155489/40/1554894028_171:0:2900:2047_1920x0_80_0_0_9482f01b201249a952c01af56cb3bf8c.jpg

РИА Новости

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

РИА Новости

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

россия, михаил полуэктов, российская академия наук, первый мгму имени сеченова, москва, швейцария

МОСКВА, 25 мая — РИА Новости, Альфия Еникеева. Первое снотворное — веронал — появилось в 1864 году, когда немецкий химик Адольф Байер открыл барбитуровую кислоту и барбитураты. С 1903 года веронал уже массово прописывали пациентам от бессонницы. Но у лекарства было сразу несколько серьезных недостатков, и от него пришлось отказаться. Полтора века спустя с нарушениями сна все еще борются посредством таблеток. Ученые обещают в ближайшее время переломить ситуацию.

Три системы — одна бессонница

«Вероятность засыпания зависит от взаимодействия трех систем в мозге. Одна система активирующая, другая тормозящая, третья — система внутренних часов. И лекарственные препараты, которые обладают снотворным действием, влияют на работу одной из этих систем, смещая равновесие между ними в сторону сна. Сегодня самый популярный подход к индукции сна — воздействие именно на тормозные системы мозга, усиление их активности. Речь прежде всего о препаратах — производных бензодиазепинов, наиболее известный из которых — феназепам», — объясняет доцент кафедры нервных болезней и нейрохирургии Первого МГМУ имени И. М. Сеченова, заведующий отделением медицины сна университетской клинической больницы № 3 кандидат медицинских наук Михаил Полуэктов.

Эти препараты воздействуют на особые рецепторы головного мозга — бензодиазепиновые, в результате чего тормозится передача нервного возбуждения в мозге и человек довольно быстро засыпает. В то же время длительность сна увеличивается, а внезапных пробуждений среди ночи становится меньше.

Но у этих лекарств есть два важных недостатка. Во-первых, они меняют нормальную структуру сна, подавляя его глубокую и быструю стадии. Иными словами, человек, принявший тот же феназепам, спит дольше, но не видит сновидений, а ночной отдых не приносит ему удовлетворения. Во-вторых, эти препараты могут вызывать зависимость, по типу схожую с наркотической.

«Классические снотворные типа фенозепама имеют такой же механизм действия, как и алкоголь. При эпизодическом приеме ничего страшного не произойдет, но если пить их регулярно, как и в случае со спиртными напитками, конечно, ничего хорошего не выйдет. Поэтому любой снотворный препарат все-таки отпускается по рецепту, его невозможно приобрести просто так», — уточняет сомнолог.

9 марта 2018, 18:17НаукаУченые рассказали о генетических причинах бессонницы

Ослабить и подавить

Вторые по популярности снотворные препараты — блокаторы гистаминовых рецепторов. Они ослабляют гистаминергическую систему, которая позволяет мозгу находиться в состоянии бодрствования, и если подавить ее работу, то тормозящие системы получат преимущество и человек заснет.

«Схожим действием обладали противоаллергические препараты первых поколений, например супрастин. От них очень хотелось спать, поскольку они действовали не только на рецепторы, связанные с аллергией, но и на рецепторы в головном мозге, которые относятся к активирующей системе. Эти лекарства ее блокировали, и, соответственно, равновесие смещалось в сторону тормозных систем, что способствовало засыпанию», — рассказывает Михаил Полуэктов.

По словам врача, действие снотворных этого типа слабее, чем классических препаратов, и они не искажают нормальную структуру сна — в этом их преимущество. Кроме того, это единственные снотворные, разрешенные при беременности.

6 апреля 2016, 12:16НаукаУченые выяснили, как бессонница влияет на мозгХроническая бессонница нарушает работу белого вещества головного мозга, что может привести к тяжелым последствиям для организма, уверяют китайские нейробиологи.

Обман мозга

«На борьбу между активирующими и тормозными системами оказывает влияние время суток. Ночью нам заснуть легче, чем днем, благодаря внутренним часам. Они помогают мозгу не засыпать, если идет световая стимуляция определенной области гипоталамуса. За счет этого мозг знает, что сейчас организму нужно быть максимально активным, и дает дополнительный импульс активирующим структурам. Как только темнеет, эта стимуляция прекращается, активирующие структуры теряют преимущество перед тормозными, и постепенно мозг погружается в сон. Поэтому можно индуцировать сон еще и путем обмана внутренних часов. Если им сообщить, что уже ночь, что уже начал вырабатываться гормон мелатонин, то внутренние часы перестанут стимулировать активирующие системы и, соответственно, те потеряют преимущество. Для этого используются препараты мелатонина — синтетические аналоги гормона, который вырабатывается у человека и у животных в ночное время», — объясняет специалист.

Применение этих лекарств улучшает время засыпания, немного увеличивает продолжительность сна и практически не вызывает побочных эффектов. Но их действие намного слабее снотворных первых двух типов. Также есть данные о том, что прием синтетического мелатонина после 45 лет увеличивает продолжительность жизни. Хотя, по мнению Михаила Полуэктова, к ним надо относиться с осторожностью.

«Опыты проводили на крысах. На других видах животных, а также на людях, это не было доказано», — подчеркивает ученый.

Лучше без таблеток

Ученые продолжают искать новые средства борьбы с бессонницей, в том числе немедикаментозные. Например, сразу несколько научных коллективов работают над созданием специальных гаджетов для быстрого засыпания и крепкого продолжительного сна. Авторы одного из устройств — сотрудники Института высшей нервной деятельности и нейрофизиологии РАН. Это небольшой черный куб с гранью в десять сантиметров, внутри — три катушки, на которые подается импульсный ток определенной частоты. Возникает слабое электромагнитное поле, которое, воздействуя на мозг, естественным образом регулирует циркадные ритмы.

Прибор уже показал свою эффективность на небольшой группе здоровых добровольцев. Сможет ли он вылечить страдающих хронической бессонницей, пока неясно.

Ученые из Сеченовского университета вместе с коллегами из Швейцарии разрабатывают первую программу когнитивно-поведенческой терапии бессонницы на русском языке.

«Чаще всего у человека закрепляется бессонница, потому что он начинает беспокоиться о своем сне, вести себя неправильно. Он фиксируется на своих проблемах и не может от них избавиться. Сейчас есть определенные методики когнитивно-поведенческой терапии, но тут требуется достаточно много времени, нужны грамотные специалисты, а в России, да и во всем мире, таких людей очень мало. Сейчас мы как раз работаем над методикой дистанционной когнитивно-поведенческой терапии, чтобы человек без визита к психотерапевту, из любого конца нашей страны, онлайн, мог проходить эти сеансы. По данным диссертационной работы, написанной у нас в университете, эффективность двухнедельного курса — 28 процентов. По оценкам зарубежных авторов, писавших о шестинедельном лечении, эффективность когнитивно-поведенческой терапии доходит до 60 процентов. Это сопоставимо с результативностью лечения традиционными снотворными. Но преимущество психологического метода в том, что его эффект не теряется после прекращения лечения. А вот после отказа от снотворного всегда возвращаются нарушения сна, поскольку главная причина этих нарушений не устраняется», — заключает Полуэктов.

15 марта 2019, 08:00НаукаНи в одном глазу. Ученые рассказали, как правильно бороться с бессонницей

Лекарство от депрессии и стресса — лечение депрессии без привыкания, безопасно

В современном мире, с его стрессами, бешеным темпом жизни, нестабильностью, редко найдешь человека, который не знал бы, что такое депрессия. Нередко мы жалуемся на депрессию, хотя за этим словом может скрываться и плохое настроение, и тревога, и раздражительность, и горе, или другие нервные расстройства, не имеющие никакого отношения к депрессии.

Лечение депрессии

Заметив у себя симптомы похожие на депрессивные, многие тут же бегут в аптеку за антидепрессантом или каким-нибудь успокоительным.

Без консультации специалиста, здесь не обойтись, но многие игнорируют посещение врача, предпочитая самолечение. Между тем самолечение психотропными препаратами может привести к самым тяжелым последствиям, в том числе к усугублению имеющихся нервно-психических заболеваний.

Лекарственные препараты при депрессии

Все психотропные препараты делятся на три группы: нейролептики, антидепрессанты и транквилизаторы.

Нейролептики

Нейролептики — сильные психотропные средства, которые используются для лечения психозов с галлюцинациями и бредом. Лечение подобными препаратами, проводится только в стационарах, но в некоторых случаях, малые дозы препарата, могут быть выписаны людям страдающим бессонницей, испытывающим слабость и боли, людям с навязчивыми мыслями.

Нейролептики дополняют схему лечения при астении, застенчивости, депрессии.

Антидепрессанты

Антидепрессанты делятся на два класса.

Первый – это препараты с ярко выраженным успокоительным эффектом. К ним относятся такие препараты как амитриптилин, анафранил, ляривон, лудиомил.

Ко второй группе относятся препараты, содержащие активизирующий компонент. К ним относятся мелипранил и петилил.

В последнее время появилось множество комбинированных антидепрессантов, таких как прозак.

Риск развития зависимости от антидепрессантов составляет всего 15%.

Транквилизаторы

Транквилизаторы – самые известные и самые опасные в плане привыкания лекарственные средства. Применяются чаще всего при бессоннице, навязчивых мыслях, тревожных состояниях.

Самые сильные транквилизаторы – феназепам, клоназепам, лоразепам, лексотан. Менее сильные реланиум, седуксен, либриум, валиум, сигнопам, тазепам. Слабые – грандаксин, мезапам, рудотель. Транквилизаторы с ярко выраженным снотворным эффектом – радедорм и реладорм.

Внимание! Не занимайтесь самолечением. Назначение и прием препаратов при депрессии возможен только после консультации со специалистом.

Ноотропы

Помимо этого, существует группа препаратов, с выраженным стимулирующим эффектом, применяемых при синдромах хронической усталости. Это так называемые ноотропы – препараты, призванные усилить мозговое кровообращение. К ним относятся ноотропил, энцефабол и когитум.

При приеме транквилизаторов, нужно четко соблюдать дозировку и график приема лекарства, иначе может наступить лекарственная зависимость, которая очень немногим отличается от зависимости наркотической. Назначать лекарства и схему лечения может только врач.

При приеме не ждите немедленного эффекта, он наступает приблизительно на второй – третьей неделе лечения. При первых признаках облегчения состояния, не стоит отменять прием препарата. Снижение доз и прекращение приема, лучше обсудить со своим лечащим врачом. Если не долечить невротическое расстройство, то болезнь, скорее всего, вернется в более тяжелой и плохо поддающейся лечению форме.

Все препараты, указанные в статье отпускаются строго по рецепту врача!

Рекомендации по лечению депрессии

Рекомендуем вам обратить за консультацией к неврологу. Как правило депрессия сопровождается недосыпанием, отсутствием аппетита, рассеянностью внимания и трудностями сфокусироваться на чем-то. При диагностике и лечении необходимо учитывать именно совокупность проявления депрессивного состояния.
Бытовые травмы, травмы головы многолетней давности, активные занятия тяжелой атлетикой так же могут влиять на развитие депрессии.

Не нужно пить несколько чашек кофе в день, или пытаться взбодрить себя энергетическими напитками — эти вы только усугубите ваше состояние. Возможны нервные срывы, после которых сложно восстановить нормальное эмоциональное состояние.
В нашей клинике прием ведут неврологи — квалифицированные специалисты, которые помогли многим восстановить свое состояние и избавиться от депрессии.

  • Василенко

    Владимир Владимирович

  • Врач невролог

  • Стаж 33 года

Опасности применения снотворных препаратов при нарушениях сна. Полуэктов М.Г.

Оксана Михайловна Драпкина, профессор, доктор медицинских наук:

– Мы продолжаем. Мы переносимся в не очень известную для нас, мне кажется, область, но очень интересную: неврология. Полуэктов Михаил Гурьевич расскажет об опасностях применения снотворных препаратов при нарушениях сна.

Михаил Гурьевич Полуэктов, доцент, кандидат медицинских наук:

– Добрый день, уважаемые коллеги. Сегодня мы поговорим об одной из самых больших проблем в российской сомнологии – это проблема злоупотребления снотворными препаратами. Что это влечет за собой?

В свое время на международной конференции мы представляли данные, где попытались проанализировать частоту обращения за специализированной помощью в сомнологические центры, в центры, где занимаются нарушениями сна, пациентов с разными диагнозами. И вот оказалось, что на первом месте, больше половины обращений было связано с так называемой вторичной инсомнией – вторичной бессонницей. И больше половины случаев вторичной инсомнии, вторичной бессонницы были связаны с такой формой инсомнии, как зависимость от снотворных препаратов.

Я хочу еще раз напомнить об инсомнии. Что это такое вообще? Как ее диагностировать? Инсомния, или бессонница – это не болезнь, это клинический синдром. У него есть три основных пункта для диагностики. Во-первых, это любые нарушения сна. То есть если человек плохо засыпает, если часто просыпается, если утром просыпается рано и не может потом уснуть – все это инсомния. Любые жалобы на нарушения сна – это инсомния фактически. Эти нарушения случаются тогда, когда у человека достаточно времени для сна. Это – второй отправной пункт для диагностики этого синдрома. И третий пункт – что последствиями такого нарушения сна является нарушение дневного функционирования. Это могут быть самые разные нарушения: это и сонливость, и раздражительность, и ощущение усталости, и трудности сосредоточения, даже гастроэнтерологические жалобы могут быть. То есть спектр дневных последствий инсомнии достаточно широк. Очень важно, что инсомния не является каким-то одним заболеванием. Существуют 9 видов инсомнии, при некоторых из которых снотворные категорически противопоказано назначать.

Не так давно мы опубликовали исследование, которое проводилось в Чувашии на кафедре Андрея Васильевича Голенкова, на психиатрической кафедре, где была проанализирована частота нарушений сна в выборке населения Российской Федерации. И оказалось, что около 20% респондентов в общей популяции недовольны своим сном. Они утвердительно отвечали на вопрос, бывают ли у них нарушения сна часто или постоянно. Но больше всего нас заботило в результатах этого исследования то, что 4,5% всех опрошенных – не тех, кто недоволен своим сном, а вообще всех опрошенных – постоянно или почти постоянно принимали снотворные препараты. Если, например, сравнить это с данными зарубежных исследований, то только 0,2% населения в общей популяции принимают снотворные препараты, например, в странах Западной Европы или Соединенных Штатах Америки. То есть в несколько десятков раз выше частота употребления снотворных препаратов в Российской Федерации.

И чаще всего употребление снотворных препаратов связано с так называемыми вторичными инсомниями, вторичной бессонницей. Есть первичные формы инсомнии, о которых я чуть позже расскажу, а есть вторичные формы. Обычно никто особенно не старается искать причину инсомнии. Если есть какой-то диагноз основного заболевания, к нему приписывается еще и диагноз инсомнии. Там, «Дисциркуляторная энцефалопатия. Инсомния», «Гастроэзофагеальная рефлюксная болезнь. Инсомния». На самом деле, все не так просто, конечно. Мы можем говорить о наличии причинно-следственной связи с основным заболеванием в том случае, если нарушение сна начинается после начала основного заболевания или одновременно с ним и если периоды изменения клинической картины основного заболевания сопровождаются также изменением выраженности нарушения сна. Вот тогда мы не сомневаемся,что эта инсомния является вторичной. Например, при болевых синдромах, когда болит спина или болит сустав, то, конечно, не до сна, пока не принимаются соответствующие препараты. При стихании обострения сон восстанавливается. Это очень характерный пример типичной вторичной инсомнии.

Инсомния при психических расстройствах является тоже очень частой формой вторичной инсомнии, сопровождает почти любое расстройство психики: тревожные расстройства, депрессивные расстройства, панические расстройства, и при шизофрении очень часто встречаются нарушения сна. То есть это очень характерный симптом и для психических заболеваний.

Еще форма вторичной инсомнии – это инсомния при болезнях внутренних органов и нервной системы. Я уже немножко затрагивал эту тему. У больных мозговыми инсультами, например, очень часто встречаются нарушения сна – 57% госпитальной популяции таких больных имеют нарушения сна.

Вообще вероятность выявления инсомнии при различных формах патологии, не связанных с расстройством психики, весьма высока. То есть инсомния встречается при самых разных заболеваниях: при болезнях сердца, при артериальной гипертензии, при аритмиях, при различных дыхательных проблемах. Но чаще всего расстройства инсомнического характера, расстройства сна встречаются при болезнях нервной системы. В этой таблице мы видим, что в 6 раз чаще у больных с болезнями неврологического характера встречаются нарушения сна, чем в сопоставимой контрольной группе без таких заболеваний. Это значительно чаще, чем, например, у людей с сахарным диабетом, с проблемами в мочеполовой сфере и так далее. То есть неврологические заболевания лидируют после расстройств психики по частоте встречаемости инсомнии (бессонницы).

И очень большой проблемой вторичной инсомнии является инсомния, связанная с приемом лекарственных препаратов или других веществ. С этого я и начинал рассказ о том, что больше половины больных, которые обращаются в специализированные центры за помощью, имеют как раз этот диагноз – инсомния, связанная с лекарственной зависимостью, или инсомния, связанная с приемом лекарственных препаратов. Чаще всего это инсомния, связанная с приемом бензодиазепиновых снотворных препаратов. Вы знаете, что как раз в Российской Федерации исключительно распространены некоторые бензодиазепиновые снотворные, которые применяются совершенно бесконтрольно. Может быть зависимость барбитуровая – в очень популярных препаратах содержится фенобарбитал. Если приблизительно пересчитать, то, например, 100 капель Валокордина – это примерно одна таблетка Фенобарбитала. Фенобарбитал – это снотворное первых поколений, которое имеет очень много нежелательных побочных эффектов. Алкоголь: также прием алкоголя, злоупотребление алкоголем сопровождается развитием специфической формы инсомнии, связанной именно с алкогольной зависимостью. Вот с «рекреационными субстанциями» – имеются в виду энерготоники, какие-то вещества, связанные с ночным времяпровождением – мы все-таки не так часто сталкиваемся в своей практике, и это не столь выраженная проблема, по крайней мере, в тех центрах, в которых мы работаем.

Мы говорили, что есть формы вторичной инсомнии, которые связаны с определенными заболеваниями, а есть формы первичной инсомнии. И самой частой врачебной ошибкой является применение снотворных препаратов при некоторых формах первичной инсомнии. Есть единственная форма первичной инсомнии, при которой снотворные препараты следует принимать. И действительно доказано, что если вовремя назначаются снотворные препараты при, например, такой форме инсомнии, которая называется «адаптационной инсомнией», или «острой инсомнией», или «реакцией на стресс», то человек быстрее выходит из этого стрессового состояния, быстрее восстанавливается. Это самая частая, на самом деле, бытовая инсомния. В течение года 1/5 населения переживает такую форму бессонницы, потому что стрессы случаются постоянно. Но чаще всего эта бессонница самопроизвольно разрешается без необходимости прибегать к каким-то снотворным препаратам. Но если она затягивается, если длится уже больше трех месяцев после того, как окончится действие стрессового фактора, то, скорее всего, речь уже будет идти о другой форме расстройства сна, о которой я расскажу чуть позже. Это единственная форма первичной инсомнии, которая не связана с каким-либо заболеванием, при которой назначение снотворного препарата показано и помогает быстро выйти из этого стрессового состояния.

Какие препараты применяются чаще всего? Чаще всего применяются лиганды ГАМК-А рецепторного комплекса. Вот так он выглядит красиво на электронной фотографии. Его еще называют комплексом Коста. Это ионный канал, который окружен пятью белковыми субъединицами, к определенным местам прикрепляется молекула гамма-аминомасляной кислоты, а к определенным местам прикрепляются бензодиазепины. Бензодиазепины усиливают сродство этого рецептора к ГАМК – ГАМК начинает действовать сильнее, вызывает более сильное тормозящее действие. И снотворный эффект препарата, или седативный, или анксиолитический, или миорелаксирующий, зависит от того, к какой разновидности одной из пяти субъединиц прикрепляется снотворный препарат.

Бензодиазепиновые препараты неселективные. Если мы используем снотворные в качестве бензодиазепинов, они прикрепляются и к альфа-1 субъединицам этого комплекса, и к альфа-2, к альфа-3, 5, и соответственно они продуцируют целый спектр эффектов, и желательных, таких как седативный и снотворный эффект, и нежелательных, если мы используем в качестве снотворных – амнестическое действие, миорелаксирующее. Анксиолитическое действие скорее относится к желательным.

Более современные снотворные препараты имеют другую структуру – не бензодиазепиновую. Это Залеплон, Зопиклон, Золпидем – так называемые Z-препараты. Они имеют большую аффинность именно к альфа-1 субъединице и почти не связываются с другими субъединицами. Они считаются имеющими меньший потенциал развития нежелательных побочных эффектов, нежели предшествовавшие им бензодиазепиновые снотворные препараты.

Какие проблемы чаще всего возникают при применении снотворных препаратов бензодиазепинового ряда? Это толерантность (привыкание), то есть постепенно требуется применять все большую и большую дозу препарата, чтобы получить тот же самый эффект. Зависимость, синдром отмены – в критерий зависимости как раз входит развитие абстинентного синдрома: когда мы отменяем препарат, нарушения сна резко усиливаются, возникает еще целый спектр побочных эффектов прежде всего вегетативного плана, возникает психомоторное возбуждение. Это очень нежелательные эффекты, которые действительно очень плохо переносятся пациентами.

Ухудшение синдрома апноэ во сне – об этом я расскажу чуть дальше. Снижение памяти, внимания, времени реакции – так называемая когнитивная токсичность. Она связана с тем, что многие препараты бензодиазепинового ряда, которые используются в качестве снотворных, имеют очень длительный период полувыведения и продолжают действовать и утром, и днем, потому что они еще не вышли в достаточном количестве из организма. Для активно работающих людей это действительно может стать проблемой, или, например, при вождении автомобиля.

Так называемая поведенческая токсичность – это проблема для пожилых людей, конечно, прежде всего. Опять же, утром, когда пожилой человек встает, а действие снотворного препарата еще не кончилось, то это может привести к нежелательным падениям, что для пожилых людей может быть чревато осложнениями.

Дневная сонливость – тоже из-за длительного периода полувыведения полезное действие снотворного препарата становится вредным.

Другой подход к использованию этих снотворных препаратов заключается не в усилении ГАМК-ергической трансмиссии, когда мы усиливаем тормозящее влияние на мозг, погружаем его в сон, а в торможении активирующих мозговых систем. Это – одна из наиболее важных активирующих мозговых систем, содержащая гистамин, и она обладает пробуждающим свойством, стимулирующим бодрствование. Если заблокировать рецепторы в этой системе, то соответственно нарушится равновесие между активирующими и тормозящими мозговыми системами: человек погрузится в сон. В этом идеология применения центральных блокаторов гистаминовых рецепторов.

Для этого используется препарат Доксиламин, например. Это блокатор h2-подтипа, как я уже говорил, гистаминовых рецепторов. У него есть седативное, снотворное действие. Период полувыведения препарата – 10 часов. Не такой маленький, но значительно меньше, чем у многих часто выписываемых бензодиазепиновых снотворных препаратов. Назначается обычно на короткий срок при острых формах инсомнии. Выписывается по обычным рецептам. Может применяться у беременных женщин на протяжении всего периода беременности – это написано в новой инструкции к препарату.

Есть определенные ограничения к использованию этого препарата. Он не применяется у детей, с осторожностью при подозрении на наличие апноэ во сне. Опять, надо про апноэ будет дальше рассказать. С осторожностью – пациентам старше 65 лет в связи с возможными головокружениями и замедленными реакциями с опасностью падения. И в связи с тем, что он обладает холинолитическим действием, он противопоказан пациентам с закрытоугольной глаукомой и аденомой простаты. То есть у этого снотворного препарата есть ограничения к применению.

Что же делать с пациентом, который 10 лет назад пришел к доктору, попросил у него снотворный препарат, ему назначили (скорее всего, это был бензодиазепиновый снотворный препарат), и вот он через 10 лет приходит и говорит: «Доктор, мне уже не помогают две или три таблетки этого препарата. Дайте что-нибудь еще»? Это действительно большая проблема, с этим пациентом нужно много работать, и здесь предлагается алгоритм работы с такими пациентами. Во-первых, необходимо уменьшить дозу препарата. Не убрать сразу препарат, а постепенно уменьшать для того, чтобы избежать резкого возникновения абстинентного синдрома, синдрома отмены. К сожалению, в Российской Федерации нет седативных снотворных препаратов, которые бы дозировались каплями, когда можно было бы, например, тот же Диазепам постепенно уменьшать на одну каплю в ночь. Но мы рекомендуем пациентам как-то делить эти таблетки на несколько частей.

Затем, если нам удается минимизировать дозу препарата, уйти, например, с трех таблеток на две, на одну таблетку, мы переводим пациента на не снотворный препарат, у которого есть побочное седативное и снотворное действие. Чаще всего это антидепрессанты с седативными эффектами: Миансерин, Тразодон.

В дальнейшем уже, если нам удается уйти от типичного снотворного препарата, уже к антидепрессантам привыкание не развивается, то в дальнейшем возможно уйти и от антидепрессантов: уменьшить дозу препарата, перейти на более легкие безрецептурные средства.

Если же это не помогает, если пациент не может перенести период уменьшения дозы, период отмены, у нас остается, наверно, единственное средство – так называемые лекарственные каникулы. Некоторые пациенты годами могут по такой схеме: 1 плюс 1, 3 плюс 1 – жить и сравнительно сносно спать. В чем суть этой схемы? Три недели, например, пациент принимает снотворный препарат, три недели он не принимает снотворный препарат, а принимает все, что угодно: успокаивающие травы, но чаще всего это безрецептурные средства. Это нужно для того, чтобы восстановилась чувствительность к исходному препарату. И пациент сам уже знает, что действительно он будет спать три недели очень плохо, будет мучиться, но все равно будет спать, потому что сон – это базовая потребность организма. Зато три следующие недели он будет спать замечательно, и у него за эти три недели не разовьется привыкание. При этом важно его поддерживать: мы назначаем поведенческую терапию, ограничиваем время пребывания в постели, ограничиваем дневной сон, например, учим его соблюдению правил гигиены сна, и есть так называемые «поддерживающие» визиты, когда просто врач с пациентом беседуют «Все ли соблюдается?».

Я говорил, что другая проблема применения многих снотворных препаратов связана с опасностью утяжеления такого состояния, как синдром обструктивного апноэ сна, или Пиквикского синдрома. Тут классическое изображение такого толстого парня Джо, который прислуживал некоему господину и все время попадал в странные ситуации, когда засыпал во время еды, засыпал, звоня в звонок, – все время засыпал. Поэтому, поскольку это был первый роман Чарльза Диккенса «Записки Пиквикского клуба», этот синдром долгое время называли Пиквикским синдромом.

А потом оказалось, что это состояние связано с тем, что во время сна у таких людей, чаще всего с морбидным ожирением, случается огромное количество задержек дыхания, и из-за этого они почти не могут погрузиться в глубокий сон. Годами они не получают глубокий сон, и соответственно имеют постоянную дневную сонливость. Чаще всего это связано с морбидным ожирением. Здесь мы видим, насколько отличается просвет верхних дыхательных путей у таких больных, и когда они засыпают, этот просвет становится еще меньше.

Одним из главных патогенетических механизмов развития осложнений при этом состоянии являются колебания артериального давления, связанные с изменением уровня насыщения крови кислородом и с симпатической гиперактивацией.

При этом, если принимаются снотворные препараты, то наблюдается очень неприятный феномен, когда происходит дискоординация мышечных сокращений тех мышц, которые поддерживают просвет верхних дыхательных путей, которые не дают им закрываться во время вдоха, и диафрагмы.

На верхнем графике мы видим, что во время дыхательного цикла идет синхронная активация этих мышц, а при применении, например, алкоголя уже активация гипоглоссальной мышцы, которая отвечает за обеспечение просвета дыхательных путей, значительно уменьшается. И возникает такая ситуация, что мышцы верхних дыхательных путей не успевают подготовиться к отрицательному давлению воздуха, который заходит в дыхательные пути во время вдоха, и может наступать обструкция. Чаще всего она наступает у людей с уже имеющимся диагнозом «апноэ во сне». Поэтому абсолютное большинство снотворных препаратов противопоказано больным с апноэ сна. Бензодиазепиновые препараты имеют в своих инструкциях противопоказания. Даже самые современные Z-препараты имеют ограничения к применению, в том числе и Доксиламин: также в инструкции говорится, что следует применять с осторожностью при такого рода нарушениях.

А что нужно делать при апноэ во сне? При апноэ во сне методом выбора является применение такого прибора, который называется СИПАП-аппарат. Через маску, которая накладывается перед сном на лицо пациента, подается воздух, который постоянно поддерживает дыхательные пути раскрытыми, не дает им спадаться. Это – метод выбора в лечении средней и тяжелой степени апноэ сна.

Итак, когда все же назначать снотворные, чтобы избежать развития этих нежелательных эффектов? Снотворные назначаются при острых инсомниях, при острой бессоннице (при стрессе, например, при обострении основного заболевания), а вот при хронической инсомнии приоритет имеют нелекарственные методы лечения: нормализация гигиены сна и поведенческие методы. Снотворные не применяются.

В настоящее время в Российской федерации не зарегистрированы снотворные, которые можно применять длительными курсами. Они известны: это Эсзопиклон, Золпидем с длительным высвобождением и Рамелтеон, но пока еще до нас они не дошли. Спасибо за внимание.

Факты об антидепрессантах — iFightDepression [RU]

Многие люди, страдающие депрессией, успешно лечатся антидепрессантами. Несмотря на их доказанную эффективность, среди населения существует много проблем и мифов об этом типе лечения.

 

Современные научные исследования показывают, что:

  • Антидепрессанты не вызывают привыкания
  • Антидепрессанты не являются стимуляторами или транквилизаторы и не вызовут у Вас маниакального состояния
  • Антидепрессанты – это не то же самое, что антипсихотические препараты
  • Антидепрессанты нормализуют баланс нейромедиаторов в мозге

Антидепрессанты не работают сразу:

  • Депрессивный эпизод не исчезнет в одночасье, даже если Вы принимаете эффективное лекарство
  • Антидепрессанты не работают сразу после начала приема
  • Обычно необходимо от 2 до 6 недель ежедневного приема антидепрессантов, прежде чем Вы почувствует улучшение.

Не следует внезапно прекращать прием антидепрессантов:

  • Важно продолжать принимать антидепрессанты, которые Вам были выписаны, даже после того, как Вы почувствовали улучшение;
  • Раннее и внезапное прекращение приема антидепрессантов повышает риск возобновления депрессии
  • Чтобы уменьшить риск возобновления депрессии, антидепрессанты следует принимать от 4 до 9 месяцев после начала первого эпизода
  • В зависимости от конкретной ситуации, может потребоваться продолжить лечение в течение более чем 9 месяцев.

 

Существуют и другие группы лекарственных препаратов, у которых эффекты полностью отличается от тех, которые есть у антидепрессантов:

Антипсихотики/нейролептики, используемые для лечения психозов и шизофрении

Анксиолитики и снотворные (транквилизаторы/лекарства, вызывающий сон), такие как бензодиазепины, используются для купирования симптомов тревоги и бессонницы. При приеме этих препаратов имеется высокий риск развития зависимости

Бензодиазепины, принимаемые ежедневно более 6 недель, могут привести к зависимости

На людей старшего возраста бензодиазепины могут оказывать токсическое действие, вызывающее схожее с депрессией состояние, и когнитивные нарушения.

Лекарственные препараты при психических заболеваниях

Эффективность лекарственной терапии психотропными средствами определяется соответствием выбора препарата клинической картине болезни, правильностью режима его дозирования, способом введения и длительностью терапевтического курса. Как и в любой области медицины, в психиатрии необходимо учитывать весь комплекс лекарственных средств, который принимает больной, так как их взаимное действие может привести не только к изменению характера эффектов каждого из них, но и к возникновению нежелательных последствий.

Существует несколько подходов к классификации психотропных средств. В таблице 1 приводится классификация, предложенная ВОЗ в 1990 году, адаптированная за счет включения некоторых отечественных лечебных средств.

Таблица 1. Классификация психофармакологических препаратов.

Класс Химическая группа Генерические и наиболее распространенные коммерческие названия

Нейролептики

Фенотиазины

Хлорпромазин (аминазин), промазин, тиопроперазин (мажептил), трифлюперазин (стелазин, трифтазин), перициазин (неулептил), алимемазин (терален)

Ксантены и тиоксантены

Хлорпротиксен, клопентиксол (клопексол), флюпентиксол (флюанксол)

Бутирофеноны

Галоперидол, трифлюперидол (триседил, триперидол), дроперидол

Пиперидиновые производные

Флюшпирилен (имап), пимозид (орап), пенфлюридол (семап)

Циклические производные

Рисперидон (рисполепт), ритансерин, клозапин (лепонекс, азалептин)

Индоловые и нафтоловые производные

Молиндол (мобан)

Производные бензамидов

Сульпирид (эглонил), метоклопрамид, раклоприд, амисульпирид, сультоприд, тиаприд (тиапридал)

Производные других веществ

Оланзапин (зипрекса)

Транквилизаторы

Бензодиазепины

Диазепам (валиум, седуксен, реланиум), хлордиазепоксид (либриум, элениум), нитраземпам (радедорм, эуноктин)

Триазолобензодиазепины

Алпразолам (ксанакс), триазолам (хальцион), мадизопам (дормикум)

Гетероциклические

Бротизопам (лендормин)

Производные дифенилметана

Бенактизин (стауродорм), гидроксизин (атаракс)

Гетероциклические производные

Бусперон (буспар), зопиклон (имован), клометизол, геминеврин, золпидем (ивадал)

Антидепрессанты

Трициклические

Амитриптилин (триптизол, эливел), имипрамин (мелипрамин), кломипрамин (анафранил), тианептин (коаксил)

Тетрациклические

Миансерин (леривон), мапротилин (лудиомил), пирлиндол (пиразидол),

Серотонинергические

Циталопрам (серопракс), сертралин (золофт), пароксетин (паксил), Вилоксазин (вивалан), флюоксетин (прозак), флювоксамин (феварин),

Норадренергические и специфические серотонинергические антидепрессанты (НаССА)

Миртазапин (ремерон), милнаципран (иксел)

Ингибиторы МАО (обратимые)

Моклобемид (аурорикс)

Ноотропы (а также вещества с ноотропным компонентом действия)

Производные пирролидона

Пирацетам (ноотропил)

Циклические производные, ГАМК

Пантогам, фенибут, гаммалон (аминалон)

Предшественники ацетилхолина

Деанол (акти-5)

Производные пиридоксина

Пиритинол

Производные девинкана

Винкамин, винпоцетин (кавинтон)

Нейропептиды

Вазопрессин, окситоцин, тиролиберин, холецистокинин

Антиоксиданты

Ионол, мексидол, токоферол

Стимуляторы

Производные фенилэтиламина

Амфетамин, сальбутамол, метамфетамин (первитин)

Производные сиднонимина

Сиднокарб

Гетроциклические

Метилфнидат (риталин)

Производные пуринов

Кофеин

Нормотимики

Соли металлов

Соли лития (лития карбонат, лития оксибутират, литонит, микалит), рубидия хлорид, цезия хлорид

Сборная группа

Карбамазепин (финлепсин, тегретол), вальпромид (депамид), вальпроат натрия (депакин, конвулекс)

Дополнительная группа

Сборная группа

Аминокислоты (глицин), антагонисты опийных рецепторов (налоксон, налтрексон), нейропептиды (бромокриптин, тиролиберин)

 

Ниже приведены основные клинические характеристики и побочные эффекты перечисленных классов фармакологических препаратов.

Нейролептики

Клиническая характеристика. Препараты этого класса занимают центральное положение в терапии психозов. Однако этим сфера их применения не исчерпывается, так как в небольших дозах в сочетании с другими психотропными средствами они могут использоваться в лечении расстройств аффективного круга, тревожно-фобических, обсессивно-компульсивных и соматоформных расстройств, при декомпенсации личностных расстройств.

Независимо от особенностей химической структуры и механизма действия, все препараты этой группы имеют сходные клинические свойства: они оказывают выраженное антипсихотическое действие, снижают психомоторную активность и уменьшают психическое возбуждение, нейротропное действие, проявляющееся в развитии экстрапирамидных и вегетососудистых нарушений, многие из них обладают также противорвотным свойством.

Побочные эффекты. Основные побочные эффекты при лечении нейролептиками образуют нейролептический синдром. Ведущими клиническими проявлениями этого синдрома считают экстрапирамидные расстройства с преобладанием либо гипо-, либо гиперкинетических нарушений. К гипокинетическим расстройствам относится лекарственный паркинсонизм, проявляющийся повышением мышечного тонуса, тризмом, ригидностью, скованностью и замедленностью движений и речи. Гиперкинетические нарушения включают тремор и гиперкинезы. Обычно в клинической картине в тех или иных сочетаниях имеются как гипо-, так и гиперкинетические нарушения. Явления дискинезии могут носить пароксизмальный характер, локализуясь в области рта и проявляясь спазматическими сокращениями мышц глотки, языка , губ, челюстей. Нередко наблюдаются явления акатизии – чувства неусидчивости, «беспокойства в ногах», сочетающейся с тасикинезией (потребностью двигаться, менять положение). К особой группе дискинезий относят позднюю дискинезию, возникающую через 2-3 года приема нейролептиков и выражающуюся в непроизвольных движениях губ, языка, лица.

Среди расстройств вегтативной нервной системы чаще всего наблюдаются ортостатическая гипотензия, потливость, увеличение массы тела, изменения аппетита, запоры, поносы. Иногда отмечаются холинолитические эффекты – расстройства зрения, дизурические явления. Возможны функциональные нарушения сердечно-сосудистой системы с изменениями на ЭКГ в виде увеличения интервала Q-T, снижения зубца T или его инверсии, тахи- или брадикардии. Иногда возникают побочные эффекты в виде фотосенсибилизации, дерматитов, пигментации кожи; возможны кожные аллергические реакции.

Нейролептики новых поколений по сравнению с традиционными производными фенотиазинов и бутирофенонов вызывают значительно меньшее число побочных эффектов и осложнений.

Транквилизаторы

Клиническая характеристика. В эту группу входят психофармакологические средства, снимающие тревогу, эмоциональную напряженность, страх непсихотического происхождения, облегчающие процесс адаптации к стрессогенным факторам. Многие из них обладают противосудорожным и миорелаксирующим свойствами. Использование их в терапевтических дозах не вызывает значительных изменений познавательной деятельности и восприятия. Многие из препаратов этой группы оказывают выраженное гипнотическое действие и используются преимущественно как снотворные средства. В отличие от нейролептиков транквилизаторы не обладают выраженной антипсихотической активностью и применяются в качестве дополнительного средства при лечении психозов – для купирования психомоторного возбуждения и коррекции побочных эффектов нейролептиков.

Побочные эффекты в процессе лечения транквилизаторами чаще всего проявляются сонливостью в дневное время, вялостью, мышечной слабостью, нарушениями концентрации внимания, кратковременной памяти, а также замедлением скорости психических реакций. В некоторых случаях развиваются парадоксальные реакции в виде тревоги, бессонницы, психомоторного возбуждения, галлюцинаций. Среди нарушений функции вегетативной нервной системы и других органов и систем отмечаются гипотония, запоры, тошнота, задержка или недержание мочи, снижение либидо. Длительный прием транквилизаторов опасен в связи с возможностью развития привыкания к ним, т.е. физической и психической зависимости.

Антидепрессанты

Клиническая характеристика. К этому классу лекарственных средств относятся препараты, повышающие патологический гипотимический аффект, а также уменьшающие обусловленные депрессией соматовегетативные нарушения. В настоящее время все больше научных данных свидетельствует о том, что антидепрессанты эффективны при тревожно-фобических и обсессивно-компульсивных расстройствах. Предполагается, что в этих случаях реализуются не собственно антидепрессивный, а антиобсессивный и антифобический эффекты. Есть данные, подтверждающие способность многих антидепрессантов повышать порог болевой чувствительности, оказывать профилактическое действие при мигрени и вегетативных кризах.

Побочные эффекты. Побочные эффекты, относящиеся к ЦНС и вегетативной нервной системе, выражаются головокружением, тремором, дизартрией, нарушением сознания в виде делирия, эпилептиформными припадками. Возможны обострение анксиозных расстройств, активизация суицидальных тенденций, инверсия аффекта, сонливость или, напротив, бессонница. Побочное действие может проявляться гипотензией, синусовой тахикардией, аритмией, нарушением атриовентрикулярной проводимости.

При приеме трициклических антидепрессантов нередко наблюдаются разнообразные холинолитические явления, а также повышение аппетита. При одновременном применении ингибиторов МАО с пищевыми продуктами, содержащими тирамин или его предшественник – тирозин (сыры и др.) возникает «сырный эффект», проявляющийся гипертензией, гипертермией, судорогами и иногда приводящий к летальному исходу.

При назначении ингибиторов обратного захвата серотонина (ИОЗС) и обратимых ингибиторов МАО-А могут наблюдаться нарушения деятельности желудочно-кишечного тракта, головные боли, бессонница, тревога, на фоне ИОЗС возможно развитие импотенции. В случае комбинации ИОЗС с препаратами трициклической группы возможно формирование так называемого серотонинового синдрома, проявляющегося повышением температуры тела и признаками интоксикации.

Нормотимики

Клиническая характеристика. К нормотимикам относят средства, регулирующие аффективные проявления и обладающие профилактическим действием при фазно протекающих аффективных психозах. Часть из этих препаратов является антиконвульсантами.

Побочные эффекты при использовании солей лития чаще всего представлены тремором. Нередко бывают нарушения функции желудочно-кишечного тракта – тошнота, рвота, снижение аппетита, диарея. Часто наблюдается увеличение массы тела, полидипсия, полиурия, гипотиреоидизм. Возможны появление акне, макуло-папулезной сыпи, алопеции, а также ухудшение течения псориаза.

Признаками тяжелых токсических состояний и передозировки препарата являются металлический привкус во рту, жажда, выраженный тремор, дизартрия, атаксия; в этих случаях прием препарата следует немедленно прекратить.

Следует также отметить, что побочные эффекты могут быть связаны с несоблюдением пищевого режима – большом потребление жидкости, соли, копченостей, сыров.

Побочные эффекты антиконвульсантов чаще всего связаны с функциональными нарушениями деятельности ЦНС и проявляются в виде вялости, сонливости, атаксии. Значительно реже могут наблюдаться гиперрефлексия, миоклонус, тремор. Выраженность этих явлений значительно уменьшается при плавном наращивании доз.

При выраженном кардиотоксическом действии может развиться атриовентрикулярный блок.

Ноотропы

Клиническая характеристика. К ноотропам относятся препараты, способные положительно влиять на познавательные функции, стимулировать обучение, усиливать процессы запоминания, повышать устойчивость мозга к различным неблагоприятным факторам (в частности, к гипоксии) и экстремальным нагрузкам. При этом они не оказывают прямого стимулирующего действия на психическую деятельность, хотя в некоторых случаях могут вызывать беспокойство и расстройство сна.

Побочные эффекты – наблюдаются редко. Иногда появляются нервозность, раздражительность, элементы психомоторного возбуждения и расторможенности влечений, а также тревожность и бессонница. Возможны головокружение, головная боль, тошнота и боли в животе.

Психостимуляторы

Клиническая характеристика. Как следует из названия класса, в него входят психотропные средства, повышающие уровень бодрствования, оказывающие стимулирующее действие на психическую и физическую деятельность, временно усиливающие умственную и физическую работоспособность и выносливость, уменьшающих чувство усталости и сонливости.

Побочные эффекты связаны главным образом с воздействием на ЦНС (тремор, эйфория, бессонница, раздражительность, головные боли, признаки психомоторного возбуждения) и вегетативную нервную систему (потливость, сухость слизистых оболочек, анорексия). Кроме этого, могут наблюдаться расстройства сердечно-сосудистой деятельности (аритмия, тахикардия, повышение АД), а также изменение чувствительность организма к инсулину у больных сахарным диабетом. Длительное и частое применение стимуляторов может привести к развитию психической и физической зависимости.

Нейротрансмиссия серотонина и возможности лечения депрессии

Нейробиологические основы депрессии до конца не изучены. Вместе с тем по-прежнему актуальной и весьма убедительной остается появившаяся в 70-х годах прошлого века моноаминовая гипотеза, согласно которой расстройства настроения связаны с нарушением синаптического транспорта серотонина, норадреналина и дофамина. Правомерность данной гипотезы доказывается не только современными исследованиями, но и клиническими эффектами антидепрессантов​1​᠎.

Антидепрессанты, применяемые в современной психиатрической практике, можно систематизировать (с учетом разных классификаций) приблизительно следующим образом​2​᠎.

трициклические антидепрессанты (ТЦА): имипрамин, кломипрамин, амитриптилин;

тетрациклические антидепрессанты: мапротилин;

ингибиторы моноаминоксидазы (ИМАО​3​᠎): пирлиндол, моклобемид;

антагонисты серотонина и ингибиторы его обратного захвата (serotonin antagonists and reuptake inhibitors, SARI): тразодон, нефазодон;

селективные ингибиторы обратного захвата серотонина (СИОЗС): флуоксетин, флувоксамин, пароксетин, сертралин, циталопрам, эсциталопрам;

селективные ингибиторы обратного захвата серотонина и норадреналина (СИОЗСН): венлафаксин, дулоксетин, милнаципран;

ингибиторы обратного захвата норадреналина: атомоксетин​4​᠎, ребоксетин, вилоксазин;

ингибиторы обратного захвата норадреналина и дофамина: бупропион;

норадренергические и специфические серотонинергические антидепрессанты (noradrenergic and specific serotonin antidepressants, NaSSA): миртазапин, миансерин;

серотониновые модуляторы и стимуляторы: вилазодон, вортиоксетин;

мелатонинергические антидепрессанты: агомелатин.

Недостатком современной классификации антидепрессантов является ее эклектичность: одни группы препаратов выделяются на основе преобладающего типа фармакологического действия (например, подавление пресинаптического захвата серотонина), другие — на основании структурных особенностей. Группа ТЦА неоднородна с точки зрения фармакологических свойств препаратов: например, кломипрамин и имипрамин преимущественно подавляют обратный захват серотонина и в значительно меньшей мере препятствуют пресинаптическому захвату норадреналина, тогда как амитриптилин обладает сбалансированным влиянием на оба указанных нейротрансмиттера. Несовершенный и в некоторой мере условный характер приведенной систематики проявляется и в том, что, к примеру, миртазапин в разных классификациях относят как к ТЦА (с точки зрения химического строения), так и к NaSSA (исходя из особенностей фармакологических механизмов). Хотя СИОЗС рассматривают в качестве антидепрессантов избирательного серотонинергического действия, все шесть препаратов данной группы также (в разной степени) оказывают влияние на синаптический транспорт норадреналина и дофамина.

Представленный перечень начинается с ТЦА и ИМАО как антидепрессантов первых поколений, хотя, в соответствии с современными международными и многими национальными клиническими руководствами, препаратами первого выбора в лечении депрессии и расстройств, связанных с тревогой, служат СИОЗС, что определяется оптимальным соотношением их эффективности и переносимости.

Безусловно, для успешного лечения депрессии имеет значение улучшение межнейронной передачи трех ключевых моноаминов — серотонина, норадреналина и дофамина, но при этом считается, что особую роль в клинической эффективности современных антидепрессантов играет усиление нейротрансмиссии серотонина [1].

Серотонинергическими свойствами обладают следующие группы препаратов: ТЦА, тетрациклические антидепрессанты, ИМАО, SARI, СИОЗС, СИОЗСН, NaSSA, а также серотониновые модуляторы и стимуляторы.

ТЦА — особенно кломипрамин — проявляют значительную способность облегчать синаптический транспорт серотонина и демонстрируют высокую эффективность в лечении депрессии, включая ее наиболее тяжелые, в том числе психотические, формы. К существенным недостаткам ТЦА относятся частые побочные эффекты (включая кардиотоксическое действие и способность провоцировать развитие сахарного диабета 2-го типа) и невысокая общая переносимость.

СИОЗС, как препараты первой линии в лечении депрессии и расстройств, связанных с тревогой, переносятся пациентами значительно лучше ТЦА и других антидепрессантов первых поколений, но также не вполне свободны от нежелательных явлений; типичной причиной преждевременного прекращения приема СИОЗС является сексуальная дисфункция — чаще всего снижение либидо и ухудшение эрекции (у мужчин).

Промежуточное положение между ТЦА и СИОЗС занимают SARI, и в первую очередь тразодон​5​᠎.

Тразодон — первый серотонинергический антидепрессант​6​᠎, предложенный к клиническому применению при лечении депрессии в 1981 г. и предваривший собой появление семью годами позже флуоксетина, а вслед за ним и других СИОЗС. На российском фармацевтическом рынке тразодон представлен под названием триттико.

Тразодон оказывает влияние на различные типы серотониновых рецепторов. Преобладающим фармакологическим эффектом тразодона считается антагонистическое влияние на серотониновые 5-HT2A— и 5-HT2C-рецепторы​7​᠎; определенное значение в антидепрессивном действии препарата придается также подавлению обратного захвата серотонина, что сближает тразодон с СИОЗС и СИОЗСН. Сложное воздействие тразодона на нейротрансмиссию серотонина позволяет рассматривать его в качестве мультифункционального серотонинергического антидепрессанта [2].

Тразодон используется во многих странах в качестве средства лечения большого депрессивного расстройства у взрослых пациентов. Клинические исследования позволяют констатировать значительную эффективность тразодона в лечении депрессии, сопоставимую с таковой у ТЦА, СИОЗС и СИОЗСН [3]. Выраженные тимоаналептические свойства и доказанная клиническая эффективность позволяют назначать тразодон при депрессии различной тяжести; кроме того, препарат используется с целью аугментации (усиления) действия других антидепрессантов, включая СИОЗС, например флуоксетин [4].

Если комбинация двух антидепрессантов привычна для клинической практики, то целесообразность одновременного назначения трех антидепрессантов многим специалистам представляется небесспорной и вызывает дискуссии, главным образом в связи с увеличением суммарного риска побочных эффектов терапии. Подчеркивая дискуссионный характер одновременного применения трех антидепрессантов, R. Lopes и соавт. [15] описали случай успешного излечения терапевтически резистентной депрессии при добавлении тразодона к недостаточно эффективной комбинации пароксетина и миртазапина.

Благодаря мультифункциональному воздействию на серотониновые рецепторы тразодон особенно эффективен при лечении депрессии, сопровождающейся бессонницей и тревогой [6]. По мнению E. Frecska [7], введение в широкую практику лечения депрессии тразодона, обладающего снотворным и анксиолитическим (противотревожным) действием, позволяет снизить необходимость назначения бензодиазепинов в качестве дополнительного компонента антидепрессивной терапии.

Широкий спектр фармакологических эффектов тразодона послужил основанием для его применения в клинической практике ряда стран наряду с лечением депрессии по дополнительным показаниям и в первую очередь для лечения бессонницы. Наиболее часто в лечении нарушений сна препарат используется в США​8​᠎; тразодон неизменно входит в перечень антидепрессантов, обладающих снотворным действием, и нередко лидирует в этом списке [8, 9].

Помимо лечения депрессии и бессонницы тразодон находит применение в терапии генерализованного тревожного расстройства, панического расстройства, обсессивно-компульсивного расстройства, нервной булимии, алкогольной зависимости и зависимости от бензодиазепинов​9​᠎, а также нейропатических болей и других хронических болевых синдромов [7, 10].

По некоторым данным, тразодон оказывает умеренное благотворное влияние на негативные симптомы шизофрении, а также в ряде случаев способствует редукции бредовых расстройств, устойчивых к действию антипсихотиков [7, 11]. В практике лечения пожилых пациентов отмечена способность тразодона не только смягчать негативные симптомы шизофрении, но и уменьшать проявления поздней дискинезии [12].

Улучшение сна под влиянием тразодона расширяет показания к его применению в комбинированной терапии депрессии: с одной стороны, препарат назначают в дополнение к другим антидепрессантам с целью аугментации их тимоаналептического действия, а с другой, применяют в качестве корректора для устранения тревоги и бессонницы, вызванной другими антидепрессантами, в том числе флуоксетином, бупропионом, а также ингибиторами моноаминоксидазы [7].

Следует отметить, что очевидное снотворное действие тразодона повлекло за собой определенные нежелательные последствия: многие врачи перестали воспринимать препарат в качестве значимого средства лечения большого депрессивного расстройства и назначают его главным образом для лечения бессонницы, что не позволяет полностью использовать терапевтический потенциал тразодона и значительно сужает круг пациентов, которым может помочь данный антидепрессант; иными словами, тразодон можно и следует назначать при лечении депрессии вне зависимости от того, сопровождается она расстройствами сна или нет.

Проявляя сопоставимую с другими антидепрессантами эффективность лечения депрессии, по переносимости тразодон превосходит не только ТЦА, но и препараты новых поколений; его назначение в качестве альтернативы СИОЗС позволяет избежать таких нежелательных эффектов, ассоциированных с приемом последних, как тревога, бессонница и сексуальная дисфункция [3].

Высокая приверженность пациентов терапии тразодоном во многом обусловлена отсутствием способности ухудшать сексуальные функции. Напротив, тразодон способен усиливать либидо (как у мужчин, так и у женщин) и даже, в ряде случаев, вызывать приапизм; впрочем, частота данного побочного эффекта не превышает 0,01% [13—17]. В отличие от ряда антидепрессантов, тразодон не вызывает и не усиливает двигательные расстройства, в частности синдром беспокойных ног и периодические движения конечностей [18]. Существенным преимуществом тразодона по сравнению с некоторыми антидепрессантами новых поколений, способствующим приверженности терапии (особенно у женщин), является отсутствие его влияния на массу тела [7].

В отличие от ТЦА, способных повышать резистентность к инсулину и провоцировать развитие сахарного диабета 2-го типа и усугублять его течение, тразодон не оказывает неблагоприятного влияния на углеводный обмен [16].

Воздействие на тревогу и расстройства сна в сочетании с хорошей переносимостью, в том числе у пожилых пациентов, позволяют считать тразодон одним из препаратов выбора для лечения депрессии в позднем возрасте; кроме того, показанием для назначения тразодона служит депрессия, коморбидная с деменцией или психомоторным возбуждением; отмечено также повышение качества жизни пациентов, страдающих церебральной атрофией, под влиянием тразодона [6].

Доказанная клиническая эффективность, сопоставимая с эффективностью ТЦА, СИОЗС И СИОЗСН, в сочетании с хорошей переносимостью служит основанием для постановки вопроса о повторном открытии (англ.: rediscovering) тразодона для практики лечения депрессии [3].

Обобщая данные различных исследований, A. Fagiolini и соавт. [3] сделали вывод, что тразодон является эффективным антидепрессантом с хорошей переносимостью, играющим важную роль в современном лечении большого депрессивного расстройства в качестве как средства монотерапии, так и компонента комбинированного лечения. Они подчеркивают, что тразодон позволяет контролировать широкий спектр симптомов депрессии и не оказывает негативного влияния на сон, а напротив, обладает способностью существенно улучшать функцию сна.

В заключение можно добавить, что тразодон, высокая клиническая эффективность которого активно обсуждалась в научных публикациях 80-х и 90-х годов предыдущего столетия, в настоящее время по ряду причин оказался незаслуженно забытым, хотя фармакологический спектр данного препарата представляет все основания для его успешного применения в лечении депрессии (а также ряда других психических расстройств) в качестве альтернативы как ТЦА, так и антидепрессантам более новых поколений.

Конфликт интересов: статья подготовлена при поддержке фармацевтической компании «CSC».

Исследование антидепрессивной и седативно-снотворной активности водно-спиртового экстракта асперуго procumbens L. Воздушные части у мышей

Iran J Pharm Res. 2013 Лето; 12 (3): 529–535.

Сейедех-Атефех Миршафа

a Научно-исследовательский центр фармацевтических наук и кафедра токсикологии и фармакологии фармацевтического факультета Мазандаранского университета медицинских наук, Сари, Иран.

Мохаммад Азадбахт

b Кафедра фармакогнозии, фармацевтический факультет, Мазандаранский университет медицинских наук, Сари, Иран.

Nematollah Ahangar

a Исследовательский центр фармацевтических наук и отделение токсикологии и фармакологии фармацевтического факультета Мазандаранского университета медицинских наук, Сари, Иран.

a Исследовательский центр фармацевтических наук и кафедра токсикологии и фармакологии фармацевтического факультета Мазандаранского университета медицинских наук, Сари, Иран.

b Кафедра фармакогнозии фармацевтического факультета Мазандаранского университета медицинских наук, Сари, Иран.

* Автор, ответственный за переписку: Электронная почта: [email protected]

Поступила в редакцию августа 2012 г .; Принята в 2012 г.

Авторские права © 2013 Фармацевтический факультет Университета медицинских наук и служб здравоохранения имени Шахида Бехешти Это статья в открытом доступе, распространяемая в соответствии с условиями лицензии Creative Commons Attribution License, (http://creativecommons.org/licenses/by /3.0/), который разрешает неограниченное использование, распространение и воспроизведение на любом носителе при условии правильного цитирования оригинальной работы.Эта статья цитировалась в других статьях в PMC.

Аннотация

Asperugo procumbents L. используется в иранской традиционной медицине для освежения, успокаивания и улучшения настроения. Настоящее исследование было предпринято для оценки антидепрессивного и седативно-снотворного потенциала острого введения водно-спиртового экстракта этого растения мышам. Кроме того, оценивали влияние флумазенила на снотворное действие экстрактов.Ни одна из доз экстракта не смогла значительно сократить время неподвижности по сравнению с контрольной группой в тестах на антидепрессанты. В тесте на снотворное действие дозы 250 и 400 мг / кг означает значительное увеличение времени сна, вызванного пентобарбиталом, по сравнению с носителем. Все дозы экстракта значительно сократили время ожидания сна по сравнению с транспортным средством. Флумазенил изменил усиленные эффекты экстрактов в гипнотическом тесте, вызванном пентобарбиталом. Результаты настоящего исследования указывают на низкий антидепрессивный и хороший седативно-снотворный эффект водно-спиртового экстракта надземных частей Asperugo procumbens у мышей и на то, что центральные бензодиазепиновые рецепторы участвуют в седативно-снотворных эффектах этого растения.

Ключевые слова: Депрессия, Asperugo procumbens L., Тест принудительного плавания, подвешивание за хвост

Введение

Депрессия — важная проблема здравоохранения в мире, которая характеризуется несколькими признаками, такими как сильная грусть, отчаяние и т. Д. и повторяющиеся мысли о смерти или самоубийстве. Распространенность этого расстройства составляет около 13-20% населения (1). Примерно две трети пациентов с депрессией имеют мысли о самоубийстве, а 10-15% из них пытаются покончить жизнь самоубийством в возрасте до 40 лет (2).Хотя для лечения депрессии доступно несколько синтетических препаратов, побочные эффекты, такие как сухость во рту, гипотония, утомляемость, сексуальная дисфункция и сонливость, ограничивают использование этих методов лечения (3). Кроме того, эффективность лечения низка, и по крайней мере 40% пациентов не реагируют на антидепрессанты (4). Следовательно, необходимы исследования новых антидепрессантов с меньшим количеством побочных эффектов.

Бессонница, определяемая как постоянные трудности с засыпанием или засыпанием, которые влияют на дневную функцию, может вызвать серьезные психологические и физические расстройства.Большинство пациентов длительно принимают аналоги бензодиазепинов для лечения бессонницы. Но эти препараты обладают ограниченными преимуществами с очевидными побочными эффектами, такими как нарушение когнитивных функций, памяти и общей дневной работоспособности (5). Кроме того, длительное введение приводит к толерантности и зависимости.

Многие лекарственные травы признаны активными в центральной нервной системе (ЦНС), и у них есть, по крайней мере, гипотетический потенциал для воздействия на хронические состояния, такие как тревога, депрессия, головные боли или эпилепсия, которые плохо поддаются лечению обычными методами (6, 7).

Люди из разных регионов мира использовали лекарственные травы для облегчения аффективных расстройств в течение многих лет, и, как следствие, поиск новой фармакотерапии с использованием лекарственных растений значительно продвинулся за последнее десятилетие (8). В психиатрическую практику внедряется все большее количество растительных продуктов.

Asperugo procumbens L. (Boraginaceae), более известное как немецкая бешеная полынь, представляет собой растение с тонким стеблем, достигающим 90 см в длину.Надземные части этого растения используются в Иране в качестве традиционной медицины для лечения кожных инфекций, для укрепления нервной системы, освежающих, успокаивающих и улучшающих настроение действий, а также в качестве спазмолитического средства (9, 10). Однако опубликованных сообщений об антидепрессивной и транквилизирующей активности растения нет. Целью этого исследования было оценить антидепрессивный и седативно-снотворный потенциал однократного приема препарата Asperugo procumbens L.водно-спиртовой экстракт (AHE) в тесте принудительного плавания (FST), тесте подвешивания за хвост (TST) и вызванном пентобарбиталом гипнотическом тесте на мышах.

Экспериментальный

Подготовка растительного материала

Надземные части A. procumbens были собраны в продуктовом магазине в Сари, Мазандаран. Растение было идентифицировано и подтверждено доктором М. Азадбахтом из отдела фармакогнозии фармацевтического факультета Мазандаранского университета медицинских наук (Сари, США). Иран).Для приготовления водно-спиртового экстракта высушенные на воздухе и измельченные в порошок надземные части растения (50 г) мацерировали соответствующим этанолом 70º в течение 72 часов. Затем экстракция производилась перкуляционным методом. Затем экстракт упаривали на роторном испарителе и сублимационной сушилке с получением остатка (3 г). Остаток растворяли в нормальном физиологическом растворе: твин 80 (9: 1) для получения подходящих конечных концентраций.

Наркотики

Имипрамин, диазепам, флумазенил и пентобарбитал были приобретены у Sigma Company (Сент-Луис, Миссури, США).Имипрамин и пентобарбитал растворяли в физиологическом растворе: твин 80 (9: 1). Диазепам и флумазенил суспендировали в растворителе. Все растворы были свежеприготовлены в день тестирования и вводились конечному объему 10 мл / кг массы тела мышей.

Животные

Самцов мышей Swiss Albino (Институт Пастера, Амол, Иран) весом 20-30 г содержали при комнатной температуре в 12-часовом цикле свет / темнота. Пища и вода были доступны человек без ограничений. Тесты были выполнены только после того, как мыши привыкли к вышеуказанной среде.Количество животных в каждой группе было 5-6. Все эксперименты проводились с 8:00 до 13:00 каждый день, чтобы избежать каких-либо временных факторов. Каждое животное использовалось только для одного экспериментального условия. Все эксперименты проводились в соответствии с международными рекомендациями, изложенными в Руководстве по уходу и использованию лабораторных животных (11).

Тест на принудительное плавание

FST — это наиболее широко используемая фармакологическая модель для оценки антидепрессивной активности. Этот метод основан на наблюдении за животными, попавшими в ситуацию принудительного плавания, при котором они становятся пассивными и неподвижными после периода активной деятельности (борьбы), производя только движения, необходимые для удержания головы над водой.FST проводили на мышах по методу Porsolt et al . (12, 13). Сеансы плавания проводили, помещая животных в отдельные цилиндры из оргстекла (40 см в высоту, 20 см в диаметре), содержащие 20 см воды при 24 ± 1 ° C. Всех животных заставляли плавать в течение 6 минут, и время, проведенное в неподвижности в течение последних 5 минут из 6-минутного периода наблюдения, регистрировал вручную компетентный наблюдатель. Животным вводили экстракты (25, 50, 250 и 400 мг / кг, IP), имипрамин (15 мг / кг, IP) или носитель за 45 минут до испытания.

Испытание подвески хвоста

Общую продолжительность неподвижности, вызванной подвешиванием за хвост, измеряли в соответствии с методом, описанным Steruet et al . (14). Вкратце, мышей, изолированных как акустически, так и визуально, подвешивали на 58 см над полом с помощью липкой ленты, размещенной примерно на 1-2 см от кончика хвоста. Время неподвижности регистрировалось вручную в течение 5 минут (15). Мыши считались неподвижными только тогда, когда они пассивно висели или оставались совершенно неподвижными.Обычные антидепрессанты уменьшают время неподвижности в этом тесте. Животным вводили экстракты (25, 50, 250 и 400 мг / кг, IP), имипрамин (15 мг / кг, IP) или носитель за 45 минут до испытания.

Гипнотический тест на пентобарбитал

Рефлекс выпрямления — полезный метод оценки того, спят ли животные. Мышам вводили однократную внутрибрюшинную дозу носителя, диазепама (2 мг / кг) в качестве препарата сравнения или различные концентрации экстракта (50, 250, 400 мг / кг).Эти обработки проводили за 30 мин до заражения животного внутрибрюшинной инъекцией пентобарбитала (40 мг / кг). Латентность потери рефлекса выпрямления и общее время сна (время между потерей и восстановлением рефлекса выпрямления) определяли для каждой мыши. Мышь считалась бодрствующей, если она могла самостоятельно выпрямиться (вернуться в вертикальное положение). Как только мышь выпрямлялась, ее снова клали на спину и позволяли второй раз повернуться вправо для подтверждения (16).

Чтобы исследовать возможный механизм, участвующий в гипнотической активности водно-спиртового экстракта (AHE) Asperugo procumbens L., животных предварительно обрабатывали флумазенилом (10 мг / кг), антагонистом GABA A –бензодиазепинового рецептора .

Статистика

Все данные выражены как среднее значение + стандартная ошибка среднего. Сравнение между группами проводили с помощью однофакторного дисперсионного анализа с последующим тестом HSD Тьюки. P-значения менее 0,05 предполагали значимость.

Результаты

Тест на принудительное плавание

Как видно на фиг., Имипрамин значительно (p <0,001) уменьшал время неподвижности по сравнению с контрольной группой. Ни одна из доз AHE не могла значительно сократить время неподвижности по сравнению с контрольной группой. Однако лучший результат был получен при дозе экстракта 50 мг / кг.

Антидепрессивная активность различных доз Asperugo procumbents L. Водно-спиртовой экстракт (25, 50, 250, 400 мг / кг) в тесте принудительного плавания.Растворитель и различные дозы экстракта вводили внутрибрюшинно за 45 мин до проведения теста. Измерение производилось в течение 5 мин. Имипрамин (15 мг / кг) использовали в качестве препарата сравнения. Данные являются средними + SEM. по 5-6 животных в каждой группе. *** p <0,001 достоверно отличается от контрольной группы. EXT: выписка

Испытание подвески хвоста

Как видно на фиг., Имипрамин значительно (p <0,01) уменьшал время неподвижности по сравнению с контрольной группой, но ни одна из доз AHE не смогла значительно сократить время неподвижности по сравнению с контрольной группой.Однако лучший результат был получен при дозе экстракта 50 мг / кг.

Антидепрессивная активность различных доз водно-спиртового экстракта Asperugo procumbensb L. (25, 50, 250, 400 мг / кг) в тесте с подвешиванием за хвост. Растворитель и различные дозы экстракта вводили внутрибрюшинно за 45 мин до проведения теста. Измерение производилось в течение 5 мин. Имипрамин (15 мг / кг) использовали в качестве препарата сравнения. Данные являются средними + SEM. по 5-6 животных в каждой группе.** p <0,01 достоверно отличается от контрольной группы. EXT: выписка

Гипнотический тест на пентобарбитал

Эффекты различных доз AHE на время сна и латентный период сна, вызванные пентобарбиталом, показаны на и, соответственно. AHE в дозах 250 и 400 мг / кг значительно увеличивал время сна по сравнению с носителем (p <0,05 и p <0,01 соответственно), и этот эффект почти эквивалентен препарату сравнения диазепаму (2 мг / кг), в то время как AHE при дозе 50 мг / кг значительно уменьшилось время сна (p <0.05) по сравнению с автомобилем (на рисунке не показан). Можно видеть, что флумазенил (10 мг / кг, IP) обращал действие диазепама (p <0,01) и 400 мг / кг AHE (p <0,05). Таким образом, во время гипнотического теста, вызванного пентобарбиталом, время сна уменьшилось.

Седативно-снотворное действие различных доз водно-спиртового экстракта Asperugo procumbens L. (50, 250, 400 мг / кг) в гипнотическом тесте, индуцированном пентобарбиталом. Растворитель, диазепам (2 мг / кг) и различные дозы экстракта вводили внутрибрюшинно за 30 минут до заражения животных IP.инъекция пентобарбитала (40 мг / кг). Флумазенил (10 мг / кг) применяли за 15 мин до экстракта или диазепама. Данные являются средними + SEM. по 5-6 животных в каждой группе. * р <0,05; ** р <0,01; *** p <0,001 значимо отличается от контрольной группы. † p <0,05, ††† p <0,001 значимо отличается от той же группы плюс флумазенил (10 мг / кг). ДЗП: диазепам; EXT: экстракт; Грипп: флумазенил

Сравнение периодов задержки сна при различных дозах Asperugo procumbens L.водно-спиртовой экстракт (50, 250, 400 мг / кг) в гипнотическом тесте, индуцированном пентобарбиталом . Растворитель, диазепам (2 мг / кг) и различные дозы экстракта вводили внутрибрюшинно за 30 минут до заражения животных IP. инъекция пентобарбитала (40 мг / кг). Флумазенил (10 мг / кг) применяли за 15 мин до экстракта или диазепама. Данные являются средними + SEM. по 5-6 животных в каждой группе. ** p <0,01, *** p <0,001 значительно отличается от контрольной группы. † p <0,05, †† p <0.01 значительно отличается от той же группы плюс флумазенил (10 мг / кг). ДЗП: диазепам; EXT: экстракт; FLU: флумазенил

Все дозы AHE и диазепама значительно снижали латентный период до сна по сравнению с носителем. Как видно на примере, флумазенил (10 мг / кг, IP) обращал действие диазепама (p <0,01). ) и 400 мг / кг AHE (p <0,05). Таким образом, во время гипнотического теста, вызванного пентобарбиталом, латентность сна увеличилась.

Обсуждение

На протяжении пяти тысяч лет записанной истории мы знаем, что с древних времен люди использовали различные методы и процедуры для лечения различных психических расстройств, и очень часто это были лекарственные препараты из растений.Многочисленные научные открытия в индустриальную эпоху внесли большой вклад в развитие медицины и значительно улучшили качество жизни психиатрических пациентов за последнее столетие. Однако доказательная медицина после большого счастья столкнулась с множеством разочарований, и появилось мнение, что некоторые натуральные лекарства постепенно выводятся из употребления. С другой стороны, огромное количество пациентов используют натуральные лекарственные растения для самолечения различных психических расстройств (17).

Многие из сегодняшних синтетических лекарств происходят из царства растений, и всего около двух веков назад в основных фармакопеях преобладали лекарственные травы. Траволечение быстро пришло в упадок, когда фундаментальная и клиническая фармакология заняли лидирующие позиции в медицине. Тем не менее, фитотерапия по-прежнему вызывает интерес при многих заболеваниях, в частности психических и неврологических расстройствах. Хотя для лечения психических расстройств доступно множество фармацевтических агентов, врачи обнаруживают, что многие пациенты не переносят побочные эффекты, не реагируют должным образом или в конечном итоге теряют ответ.Для сравнения, многие лечебные травы имеют гораздо меньше побочных эффектов. Они могут быть альтернативным лечением или использоваться для усиления эффекта от рецептурных лекарств (18).

В настоящем исследовании мы изучали антидепрессивную и седативно-снотворную активность водно-спиртового экстракта Asperugo procumbens на мышах. Мы использовали две модели животных, тест принудительного плавания (FST) и тест с подвешиванием за хвост (TST) для исследования антидепрессантов. Считается, что неподвижность, проявляемая грызунами при неизбежном стрессе, отражает состояние отчаяния или пониженного настроения, которые, как считается, отражают депрессивные расстройства у людей.Кроме того, было показано, что время неподвижности сокращается при лечении антидепрессантами. Более того, была обнаружена значимая корреляция между клинической эффективностью антидепрессантов и их эффективностью в обеих моделях (13, 14). В обеих моделях результаты показали, что ни одна из доз экстракта не могла значительно уменьшить время неподвижности по сравнению с контролем.

Одна из возможных причин этих результатов — растворитель, использованный для экстракции. Для экстракции широко используются водно-спиртовые растворы.Они обладают действием воды и спиртовых растворов, предотвращают микробное загрязнение и осаждение целевого вещества во время станции. В настоящем исследовании мы использовали этанол 70º в качестве растворителя для экстракции, который может растворять флавоноиды. Антидепрессивный эффект многих растений обусловлен содержанием в них флавоноидов. Обусловлено ли это антидепрессивное действие его флавоноидами или другим компонентом, таким как эссенции, неясно и требует уточнения. Кроме того, в настоящем исследовании эксперименты проводились в острой форме, и путь введения экстрактов был IP, который отличался от его традиционного пути для человека.Поскольку путь и продолжительность введения могут влиять на фармакокинетику активных компонентов, терапевтические дозы и степень воздействия препаратов, полученных здесь, не могут быть экстраполированы на человека, и пероральное и хроническое введение экстракта может дать лучшие результаты (19).

Во второй серии экспериментов оценивали седативно-снотворное действие AHE.

Диазепам, который принадлежит к группе бензодиазепинов, является депрессантом центральной нервной системы, используемым при лечении расстройств сна, таких как бессонница.Бензодиазепины имеют сайт связывания на комплексе тортип-ионофор рецептора ГАМК (ГАМК A ) (20-22). Они снижают активность, умеренное возбуждение и успокаивают реципиента. Такие вещества, как диазепам (эталонный препарат, использованный в этом исследовании), уменьшают начало и увеличивают продолжительность сна, вызванного барбитуратами, и уменьшают исследовательскую активность, обладающую потенциалом как седативное средство (22). АГЭ после внутрибрюшинного введения доз 250 и 400 мг / кг вызывал седативный эффект, аналогичный тому, который наблюдался при применении диазепама в дозе 2 мг / кг.Диазепам — это очень известный анксиолитический бензодиазепин, который оказывает не только анксиолитический эффект, но также имеет важное седативное действие. Возможно, что транквилизирующая активность AHE опосредована ГАМКергической системой, поскольку она может вызывать глубокий седативный эффект у мышей (22, 23). Ингибирующее действие ГАМК заключается в открытии хлоридных каналов, что позволяет гиперполяризовать мембрану, что приводит к угнетению ЦНС и приводит к седативному и снотворному действию. Глутамат и ГАМК в количественном отношении являются наиболее важными возбуждающими и тормозящими нейротрансмиттерами, соответственно, в головном мозге млекопитающих (22).Таким образом, рецепторы этих двух нейромедиаторов считаются важными мишенями для психотропных препаратов. В тесте на индуцированный пентобарбиталом сон на мышах был представлен потенцированный эффект AHE в миосовых водах. Это не только увеличивало время сна, но также уменьшало латентность засыпания и увеличивало время наступления сна. Поскольку действие барбитуратов на ЦНС включает активацию тормозной ГАМК-эргической системы, результат настоящего исследования предполагает, что некоторые ингредиенты в AHE способствуют облегчению этой тормозной системы.

Чтобы определить, участвует ли бензодиазепиновый рецептор в гипнотических эффектах AHE, был введен флумазенил, специфический антагонист бензодиазепинового участка в комплексе GABA A -бензодиазепиновый рецептор. Предварительная обработка флумазенилом значительно подавляла эффекты AHE на поведение во сне, вызванное пентобарбиталом. Итак, возможно, что снотворная активность AHE участвует в активации ГАМК A -бензодиазепиновых рецепторов.

Было обнаружено, что растительные соединения, такие как флавоноиды, терпены и сапонины, обладают снотворным действием (24, 25).Флавоноиды с анксиолитической активностью описаны у многих видов растений, используемых в народной медицине для угнетения ЦНС. Этот эффект был приписан их сродству к центральным бензодиазепиновым рецепторам (24). Можно предположить, что флавоноиды Asperugo procumbens способствуют снотворному эффекту этого растения через центральные бензодиазепиновые рецепторы.

В заключение, данная работа показывает, что водно-спиртовой экстракт Asperugo procumbens L.обладает низкой антидепрессивной активностью в моделях острой депрессии на животных, но значительным седативно-снотворным эффектом. Дальнейший химический и фармакологический анализ экстракта будет проведен для выделения и характеристики активных компонентов, ответственных за седативный и снотворный эффект.

Ссылки

1. Лицинио Дж., Вонг М. Роль медиаторов воспаления в биологии большой депрессии: цитокины центральной нервной системы модулируют биологический субстрат депрессивных симптомов, регулируют системы, реагирующие на стресс, и способствуют нейротоксичности и нейрозащите.Мол. Психиатрия. 1999; 4: 317–327. [PubMed] [Google Scholar] 2. Моаллем С.А., Хоссейнзаде Х., Гонче Х. Оценка антидепрессивных эффектов надземных частей Echiumvulgare на мышах. Иран. J. Bas. Med. Sci. 2007. 10: 189–196. [Google Scholar] 3. Dhingra D, Sharma A. Обзор растений-антидепрессантов. Nat. Prod. Сияние. 2006. 5: 144–152. [Google Scholar] 4. Freitas AE, Budni J, Lobato KR, Binfaré RW, Machado DG, Jacinto J, Veronezi PO, Pizzolatti MG, Rodrigues AL. Антидепрессантное действие этанольного экстракта Tabebuia avellanedae на мышей: доказательства участия моноаминергической системы.Прог. Neuro-Psychopharmacol. Биол. Психиатрия. 2010. 34: 335–343. [PubMed] [Google Scholar] 5. Томас Р., Кристофер Д. Эволюция бессонницы: текущее состояние и будущее направление. Sleep Med. 2004; 5: 23–30. [PubMed] [Google Scholar] 6. Филлипсон JD. Фитохимия и лекарственные растения. Фитохимия. 2001; 56: 237–43. [PubMed] [Google Scholar] 7. Carlini EA. Растения и центральная нервная система. Pharmacol. Biochem. Behav. 2003. 75: 501–512. [PubMed] [Google Scholar] 8. Чжан З. Терапевтические эффекты растительных экстрактов и их компонентов в моделях психических расстройств на животных.Life Sci. 2004. 75: 1659–1699. [PubMed] [Google Scholar] 9. Аханджан М., Мохана, округ Колумбия, Равиша К.А. Антибактериальная активность Asperugo procumbens L. против некоторых патогенных бактерий человека. African J. Microbiol. Res. 2008; 2: 138–140. [Google Scholar] 10. Багери М, Риган МС. Изучите статус и использование лекарственных растений в Иране и в мире. Лес. Диапазон. Земля. J. 1994; 33: 22–31. [Google Scholar] 11. Комитет Национального исследовательского совета по обновлению Руководства по уходу и использованию лабораторных животных, Национальный исследовательский совет.Руководство по уходу и использованию лабораторных животных. Вашингтон, округ Колумбия: Пресса национальных академий; 2010. [Google Scholar] 12. Porsolt RD, Le Pichon M, Jalfre M. Депрессия: новая животная модель, чувствительная к лечению антидепрессантами. Природа. 1977; 266 [PubMed] [Google Scholar] 13. Porsolt RD, Bertin A, Jalfre M. Поведенческое отчаяние у мышей: первичный скрининговый тест на антидепрессанты. Acrh.Inter. Pharmacodyn. Ther. 1977; 229: 327–336. [PubMed] [Google Scholar] 14. Steru L, Chermat R, Thierry B, Simon P.Тест подвешивания за хвост: новый метод скрининга антидепрессантов у мышей. Психофармакология. 1985. 85: 367–370. [PubMed] [Google Scholar] 15. Machado DG, Kaster MP, Binfaré RW, Dias M, Santos AR, Pizzolatti MG, Brighente IM, Rodrigues A.L. Антидепрессантный эффект экстракта листьев Schinusmolle L. у мышей: доказательства участия моноаминергической системы. Прог. Neuropsychopharmacol. Биол. Психиатрия. 2007. 31: 421–428. [PubMed] [Google Scholar] 16. Blanco MM, Costa CARA, Freire AO, Santos Jr JG, CostaM Нейроповеденческий эффект эфирного масла Cymbopogon citratus у мышей.Фитомедицина. 2009. 16: 265–270. [PubMed] [Google Scholar] 17. Бабич Д. Фитотерапия в лечении психических расстройств. Психиатр. Дунай. 2007; 19: 241–244. [PubMed] [Google Scholar] 18. Ахондзаде С., Малеки Дж. Фитопрепараты в лечении психических и неврологических расстройств. Иран. J. Психиатрия. 2006; 1: 1–11. [Google Scholar] 19. Эмамгореиши М., Хейдари-Хамедани Г. Седативно-снотворное действие экстрактов и эфирного масла семян кориандра. Иран. J. Med. Sci. 2006; 31: 22–27. [Google Scholar] 20.Хуанг Ф., Сюн Й., Сюй Л., Ма С., Доу С. Седативная и снотворная активность фракции этанола из Fructus schisandrae у мышей и крыс. J. Ethnopharmacol. 2007; 110: 471–475. [PubMed] [Google Scholar] 21. Эррера-Руис М., Гутьеррес С., Энрике Хименес-Феррер Дж., Торториелло Дж., Мирон Дж., Леон И. Этилацетатный экстракт из корней ипомоэстанса оказывает угнетающее действие на центральную нервную систему. J. Ethnopharmacol. 2007; 112: 243–247. [PubMed] [Google Scholar] 22. Алнамер Р., Алауи К., Буидида Э. Х., Бенжуад А., Черра И.Седативное и снотворное действие метанольных и водных экстрактов лаванды лекарственной из Марокко. Adv. Pharmacol. Sci. 2012: 1–5. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar] 23. Готтесманн С. Механизмы ГАМК и сон. Неврология. 2002; 111: 231–239. [PubMed] [Google Scholar] 24. Рахшанда Х., Хоссейни М., Долати К. Гипнотический эффект Rosa damascena у мышей. Иран. J. Pharm. Res. 2004; 3: 181–185. [Google Scholar] 25. Ракотонирина В.С., Бум Е.Н., Ракотонирина А., Бопелет М. Седативные свойства отвара корневища Cyperus articulatus.Фитотерапия. 2001; 72: 22–29. [PubMed] [Google Scholar]

Исследование антидепрессивной и седативно-снотворной активности водно-спиртового экстракта асперуго procumbens L. Воздушные части у мышей

Iran J Pharm Res. 2013 Лето; 12 (3): 529–535.

Сейедех-Атефех Миршафа

a Научно-исследовательский центр фармацевтических наук и кафедра токсикологии и фармакологии фармацевтического факультета Мазандаранского университета медицинских наук, Сари, Иран.

Мохаммад Азадбахт

b Кафедра фармакогнозии, фармацевтический факультет, Мазандаранский университет медицинских наук, Сари, Иран.

Nematollah Ahangar

a Исследовательский центр фармацевтических наук и отделение токсикологии и фармакологии фармацевтического факультета Мазандаранского университета медицинских наук, Сари, Иран.

a Исследовательский центр фармацевтических наук и кафедра токсикологии и фармакологии фармацевтического факультета Мазандаранского университета медицинских наук, Сари, Иран.

b Кафедра фармакогнозии фармацевтического факультета Мазандаранского университета медицинских наук, Сари, Иран.

* Автор, ответственный за переписку: Электронная почта: [email protected]

Поступила в редакцию августа 2012 г .; Принята в 2012 г.

Авторские права © 2013 Фармацевтический факультет Университета медицинских наук и служб здравоохранения имени Шахида Бехешти Это статья в открытом доступе, распространяемая в соответствии с условиями лицензии Creative Commons Attribution License, (http://creativecommons.org/licenses/by /3.0/), который разрешает неограниченное использование, распространение и воспроизведение на любом носителе при условии правильного цитирования оригинальной работы.Эта статья цитировалась в других статьях в PMC.

Аннотация

Asperugo procumbents L. используется в иранской традиционной медицине для освежения, успокаивания и улучшения настроения. Настоящее исследование было предпринято для оценки антидепрессивного и седативно-снотворного потенциала острого введения водно-спиртового экстракта этого растения мышам. Кроме того, оценивали влияние флумазенила на снотворное действие экстрактов.Ни одна из доз экстракта не смогла значительно сократить время неподвижности по сравнению с контрольной группой в тестах на антидепрессанты. В тесте на снотворное действие дозы 250 и 400 мг / кг означает значительное увеличение времени сна, вызванного пентобарбиталом, по сравнению с носителем. Все дозы экстракта значительно сократили время ожидания сна по сравнению с транспортным средством. Флумазенил изменил усиленные эффекты экстрактов в гипнотическом тесте, вызванном пентобарбиталом. Результаты настоящего исследования указывают на низкий антидепрессивный и хороший седативно-снотворный эффект водно-спиртового экстракта надземных частей Asperugo procumbens у мышей и на то, что центральные бензодиазепиновые рецепторы участвуют в седативно-снотворных эффектах этого растения.

Ключевые слова: Депрессия, Asperugo procumbens L., Тест принудительного плавания, подвешивание за хвост

Введение

Депрессия — важная проблема здравоохранения в мире, которая характеризуется несколькими признаками, такими как сильная грусть, отчаяние и т. Д. и повторяющиеся мысли о смерти или самоубийстве. Распространенность этого расстройства составляет около 13-20% населения (1). Примерно две трети пациентов с депрессией имеют мысли о самоубийстве, а 10-15% из них пытаются покончить жизнь самоубийством в возрасте до 40 лет (2).Хотя для лечения депрессии доступно несколько синтетических препаратов, побочные эффекты, такие как сухость во рту, гипотония, утомляемость, сексуальная дисфункция и сонливость, ограничивают использование этих методов лечения (3). Кроме того, эффективность лечения низка, и по крайней мере 40% пациентов не реагируют на антидепрессанты (4). Следовательно, необходимы исследования новых антидепрессантов с меньшим количеством побочных эффектов.

Бессонница, определяемая как постоянные трудности с засыпанием или засыпанием, которые влияют на дневную функцию, может вызвать серьезные психологические и физические расстройства.Большинство пациентов длительно принимают аналоги бензодиазепинов для лечения бессонницы. Но эти препараты обладают ограниченными преимуществами с очевидными побочными эффектами, такими как нарушение когнитивных функций, памяти и общей дневной работоспособности (5). Кроме того, длительное введение приводит к толерантности и зависимости.

Многие лекарственные травы признаны активными в центральной нервной системе (ЦНС), и у них есть, по крайней мере, гипотетический потенциал для воздействия на хронические состояния, такие как тревога, депрессия, головные боли или эпилепсия, которые плохо поддаются лечению обычными методами (6, 7).

Люди из разных регионов мира использовали лекарственные травы для облегчения аффективных расстройств в течение многих лет, и, как следствие, поиск новой фармакотерапии с использованием лекарственных растений значительно продвинулся за последнее десятилетие (8). В психиатрическую практику внедряется все большее количество растительных продуктов.

Asperugo procumbens L. (Boraginaceae), более известное как немецкая бешеная полынь, представляет собой растение с тонким стеблем, достигающим 90 см в длину.Надземные части этого растения используются в Иране в качестве традиционной медицины для лечения кожных инфекций, для укрепления нервной системы, освежающих, успокаивающих и улучшающих настроение действий, а также в качестве спазмолитического средства (9, 10). Однако опубликованных сообщений об антидепрессивной и транквилизирующей активности растения нет. Целью этого исследования было оценить антидепрессивный и седативно-снотворный потенциал однократного приема препарата Asperugo procumbens L.водно-спиртовой экстракт (AHE) в тесте принудительного плавания (FST), тесте подвешивания за хвост (TST) и вызванном пентобарбиталом гипнотическом тесте на мышах.

Экспериментальный

Подготовка растительного материала

Надземные части A. procumbens были собраны в продуктовом магазине в Сари, Мазандаран. Растение было идентифицировано и подтверждено доктором М. Азадбахтом из отдела фармакогнозии фармацевтического факультета Мазандаранского университета медицинских наук (Сари, США). Иран).Для приготовления водно-спиртового экстракта высушенные на воздухе и измельченные в порошок надземные части растения (50 г) мацерировали соответствующим этанолом 70º в течение 72 часов. Затем экстракция производилась перкуляционным методом. Затем экстракт упаривали на роторном испарителе и сублимационной сушилке с получением остатка (3 г). Остаток растворяли в нормальном физиологическом растворе: твин 80 (9: 1) для получения подходящих конечных концентраций.

Наркотики

Имипрамин, диазепам, флумазенил и пентобарбитал были приобретены у Sigma Company (Сент-Луис, Миссури, США).Имипрамин и пентобарбитал растворяли в физиологическом растворе: твин 80 (9: 1). Диазепам и флумазенил суспендировали в растворителе. Все растворы были свежеприготовлены в день тестирования и вводились конечному объему 10 мл / кг массы тела мышей.

Животные

Самцов мышей Swiss Albino (Институт Пастера, Амол, Иран) весом 20-30 г содержали при комнатной температуре в 12-часовом цикле свет / темнота. Пища и вода были доступны человек без ограничений. Тесты были выполнены только после того, как мыши привыкли к вышеуказанной среде.Количество животных в каждой группе было 5-6. Все эксперименты проводились с 8:00 до 13:00 каждый день, чтобы избежать каких-либо временных факторов. Каждое животное использовалось только для одного экспериментального условия. Все эксперименты проводились в соответствии с международными рекомендациями, изложенными в Руководстве по уходу и использованию лабораторных животных (11).

Тест на принудительное плавание

FST — это наиболее широко используемая фармакологическая модель для оценки антидепрессивной активности. Этот метод основан на наблюдении за животными, попавшими в ситуацию принудительного плавания, при котором они становятся пассивными и неподвижными после периода активной деятельности (борьбы), производя только движения, необходимые для удержания головы над водой.FST проводили на мышах по методу Porsolt et al . (12, 13). Сеансы плавания проводили, помещая животных в отдельные цилиндры из оргстекла (40 см в высоту, 20 см в диаметре), содержащие 20 см воды при 24 ± 1 ° C. Всех животных заставляли плавать в течение 6 минут, и время, проведенное в неподвижности в течение последних 5 минут из 6-минутного периода наблюдения, регистрировал вручную компетентный наблюдатель. Животным вводили экстракты (25, 50, 250 и 400 мг / кг, IP), имипрамин (15 мг / кг, IP) или носитель за 45 минут до испытания.

Испытание подвески хвоста

Общую продолжительность неподвижности, вызванной подвешиванием за хвост, измеряли в соответствии с методом, описанным Steruet et al . (14). Вкратце, мышей, изолированных как акустически, так и визуально, подвешивали на 58 см над полом с помощью липкой ленты, размещенной примерно на 1-2 см от кончика хвоста. Время неподвижности регистрировалось вручную в течение 5 минут (15). Мыши считались неподвижными только тогда, когда они пассивно висели или оставались совершенно неподвижными.Обычные антидепрессанты уменьшают время неподвижности в этом тесте. Животным вводили экстракты (25, 50, 250 и 400 мг / кг, IP), имипрамин (15 мг / кг, IP) или носитель за 45 минут до испытания.

Гипнотический тест на пентобарбитал

Рефлекс выпрямления — полезный метод оценки того, спят ли животные. Мышам вводили однократную внутрибрюшинную дозу носителя, диазепама (2 мг / кг) в качестве препарата сравнения или различные концентрации экстракта (50, 250, 400 мг / кг).Эти обработки проводили за 30 мин до заражения животного внутрибрюшинной инъекцией пентобарбитала (40 мг / кг). Латентность потери рефлекса выпрямления и общее время сна (время между потерей и восстановлением рефлекса выпрямления) определяли для каждой мыши. Мышь считалась бодрствующей, если она могла самостоятельно выпрямиться (вернуться в вертикальное положение). Как только мышь выпрямлялась, ее снова клали на спину и позволяли второй раз повернуться вправо для подтверждения (16).

Чтобы исследовать возможный механизм, участвующий в гипнотической активности водно-спиртового экстракта (AHE) Asperugo procumbens L., животных предварительно обрабатывали флумазенилом (10 мг / кг), антагонистом GABA A –бензодиазепинового рецептора .

Статистика

Все данные выражены как среднее значение + стандартная ошибка среднего. Сравнение между группами проводили с помощью однофакторного дисперсионного анализа с последующим тестом HSD Тьюки. P-значения менее 0,05 предполагали значимость.

Результаты

Тест на принудительное плавание

Как видно на фиг., Имипрамин значительно (p <0,001) уменьшал время неподвижности по сравнению с контрольной группой. Ни одна из доз AHE не могла значительно сократить время неподвижности по сравнению с контрольной группой. Однако лучший результат был получен при дозе экстракта 50 мг / кг.

Антидепрессивная активность различных доз Asperugo procumbents L. Водно-спиртовой экстракт (25, 50, 250, 400 мг / кг) в тесте принудительного плавания.Растворитель и различные дозы экстракта вводили внутрибрюшинно за 45 мин до проведения теста. Измерение производилось в течение 5 мин. Имипрамин (15 мг / кг) использовали в качестве препарата сравнения. Данные являются средними + SEM. по 5-6 животных в каждой группе. *** p <0,001 достоверно отличается от контрольной группы. EXT: выписка

Испытание подвески хвоста

Как видно на фиг., Имипрамин значительно (p <0,01) уменьшал время неподвижности по сравнению с контрольной группой, но ни одна из доз AHE не смогла значительно сократить время неподвижности по сравнению с контрольной группой.Однако лучший результат был получен при дозе экстракта 50 мг / кг.

Антидепрессивная активность различных доз водно-спиртового экстракта Asperugo procumbensb L. (25, 50, 250, 400 мг / кг) в тесте с подвешиванием за хвост. Растворитель и различные дозы экстракта вводили внутрибрюшинно за 45 мин до проведения теста. Измерение производилось в течение 5 мин. Имипрамин (15 мг / кг) использовали в качестве препарата сравнения. Данные являются средними + SEM. по 5-6 животных в каждой группе.** p <0,01 достоверно отличается от контрольной группы. EXT: выписка

Гипнотический тест на пентобарбитал

Эффекты различных доз AHE на время сна и латентный период сна, вызванные пентобарбиталом, показаны на и, соответственно. AHE в дозах 250 и 400 мг / кг значительно увеличивал время сна по сравнению с носителем (p <0,05 и p <0,01 соответственно), и этот эффект почти эквивалентен препарату сравнения диазепаму (2 мг / кг), в то время как AHE при дозе 50 мг / кг значительно уменьшилось время сна (p <0.05) по сравнению с автомобилем (на рисунке не показан). Можно видеть, что флумазенил (10 мг / кг, IP) обращал действие диазепама (p <0,01) и 400 мг / кг AHE (p <0,05). Таким образом, во время гипнотического теста, вызванного пентобарбиталом, время сна уменьшилось.

Седативно-снотворное действие различных доз водно-спиртового экстракта Asperugo procumbens L. (50, 250, 400 мг / кг) в гипнотическом тесте, индуцированном пентобарбиталом. Растворитель, диазепам (2 мг / кг) и различные дозы экстракта вводили внутрибрюшинно за 30 минут до заражения животных IP.инъекция пентобарбитала (40 мг / кг). Флумазенил (10 мг / кг) применяли за 15 мин до экстракта или диазепама. Данные являются средними + SEM. по 5-6 животных в каждой группе. * р <0,05; ** р <0,01; *** p <0,001 значимо отличается от контрольной группы. † p <0,05, ††† p <0,001 значимо отличается от той же группы плюс флумазенил (10 мг / кг). ДЗП: диазепам; EXT: экстракт; Грипп: флумазенил

Сравнение периодов задержки сна при различных дозах Asperugo procumbens L.водно-спиртовой экстракт (50, 250, 400 мг / кг) в гипнотическом тесте, индуцированном пентобарбиталом . Растворитель, диазепам (2 мг / кг) и различные дозы экстракта вводили внутрибрюшинно за 30 минут до заражения животных IP. инъекция пентобарбитала (40 мг / кг). Флумазенил (10 мг / кг) применяли за 15 мин до экстракта или диазепама. Данные являются средними + SEM. по 5-6 животных в каждой группе. ** p <0,01, *** p <0,001 значительно отличается от контрольной группы. † p <0,05, †† p <0.01 значительно отличается от той же группы плюс флумазенил (10 мг / кг). ДЗП: диазепам; EXT: экстракт; FLU: флумазенил

Все дозы AHE и диазепама значительно снижали латентный период до сна по сравнению с носителем. Как видно на примере, флумазенил (10 мг / кг, IP) обращал действие диазепама (p <0,01). ) и 400 мг / кг AHE (p <0,05). Таким образом, во время гипнотического теста, вызванного пентобарбиталом, латентность сна увеличилась.

Обсуждение

На протяжении пяти тысяч лет записанной истории мы знаем, что с древних времен люди использовали различные методы и процедуры для лечения различных психических расстройств, и очень часто это были лекарственные препараты из растений.Многочисленные научные открытия в индустриальную эпоху внесли большой вклад в развитие медицины и значительно улучшили качество жизни психиатрических пациентов за последнее столетие. Однако доказательная медицина после большого счастья столкнулась с множеством разочарований, и появилось мнение, что некоторые натуральные лекарства постепенно выводятся из употребления. С другой стороны, огромное количество пациентов используют натуральные лекарственные растения для самолечения различных психических расстройств (17).

Многие из сегодняшних синтетических лекарств происходят из царства растений, и всего около двух веков назад в основных фармакопеях преобладали лекарственные травы. Траволечение быстро пришло в упадок, когда фундаментальная и клиническая фармакология заняли лидирующие позиции в медицине. Тем не менее, фитотерапия по-прежнему вызывает интерес при многих заболеваниях, в частности психических и неврологических расстройствах. Хотя для лечения психических расстройств доступно множество фармацевтических агентов, врачи обнаруживают, что многие пациенты не переносят побочные эффекты, не реагируют должным образом или в конечном итоге теряют ответ.Для сравнения, многие лечебные травы имеют гораздо меньше побочных эффектов. Они могут быть альтернативным лечением или использоваться для усиления эффекта от рецептурных лекарств (18).

В настоящем исследовании мы изучали антидепрессивную и седативно-снотворную активность водно-спиртового экстракта Asperugo procumbens на мышах. Мы использовали две модели животных, тест принудительного плавания (FST) и тест с подвешиванием за хвост (TST) для исследования антидепрессантов. Считается, что неподвижность, проявляемая грызунами при неизбежном стрессе, отражает состояние отчаяния или пониженного настроения, которые, как считается, отражают депрессивные расстройства у людей.Кроме того, было показано, что время неподвижности сокращается при лечении антидепрессантами. Более того, была обнаружена значимая корреляция между клинической эффективностью антидепрессантов и их эффективностью в обеих моделях (13, 14). В обеих моделях результаты показали, что ни одна из доз экстракта не могла значительно уменьшить время неподвижности по сравнению с контролем.

Одна из возможных причин этих результатов — растворитель, использованный для экстракции. Для экстракции широко используются водно-спиртовые растворы.Они обладают действием воды и спиртовых растворов, предотвращают микробное загрязнение и осаждение целевого вещества во время станции. В настоящем исследовании мы использовали этанол 70º в качестве растворителя для экстракции, который может растворять флавоноиды. Антидепрессивный эффект многих растений обусловлен содержанием в них флавоноидов. Обусловлено ли это антидепрессивное действие его флавоноидами или другим компонентом, таким как эссенции, неясно и требует уточнения. Кроме того, в настоящем исследовании эксперименты проводились в острой форме, и путь введения экстрактов был IP, который отличался от его традиционного пути для человека.Поскольку путь и продолжительность введения могут влиять на фармакокинетику активных компонентов, терапевтические дозы и степень воздействия препаратов, полученных здесь, не могут быть экстраполированы на человека, и пероральное и хроническое введение экстракта может дать лучшие результаты (19).

Во второй серии экспериментов оценивали седативно-снотворное действие AHE.

Диазепам, который принадлежит к группе бензодиазепинов, является депрессантом центральной нервной системы, используемым при лечении расстройств сна, таких как бессонница.Бензодиазепины имеют сайт связывания на комплексе тортип-ионофор рецептора ГАМК (ГАМК A ) (20-22). Они снижают активность, умеренное возбуждение и успокаивают реципиента. Такие вещества, как диазепам (эталонный препарат, использованный в этом исследовании), уменьшают начало и увеличивают продолжительность сна, вызванного барбитуратами, и уменьшают исследовательскую активность, обладающую потенциалом как седативное средство (22). АГЭ после внутрибрюшинного введения доз 250 и 400 мг / кг вызывал седативный эффект, аналогичный тому, который наблюдался при применении диазепама в дозе 2 мг / кг.Диазепам — это очень известный анксиолитический бензодиазепин, который оказывает не только анксиолитический эффект, но также имеет важное седативное действие. Возможно, что транквилизирующая активность AHE опосредована ГАМКергической системой, поскольку она может вызывать глубокий седативный эффект у мышей (22, 23). Ингибирующее действие ГАМК заключается в открытии хлоридных каналов, что позволяет гиперполяризовать мембрану, что приводит к угнетению ЦНС и приводит к седативному и снотворному действию. Глутамат и ГАМК в количественном отношении являются наиболее важными возбуждающими и тормозящими нейротрансмиттерами, соответственно, в головном мозге млекопитающих (22).Таким образом, рецепторы этих двух нейромедиаторов считаются важными мишенями для психотропных препаратов. В тесте на индуцированный пентобарбиталом сон на мышах был представлен потенцированный эффект AHE в миосовых водах. Это не только увеличивало время сна, но также уменьшало латентность засыпания и увеличивало время наступления сна. Поскольку действие барбитуратов на ЦНС включает активацию тормозной ГАМК-эргической системы, результат настоящего исследования предполагает, что некоторые ингредиенты в AHE способствуют облегчению этой тормозной системы.

Чтобы определить, участвует ли бензодиазепиновый рецептор в гипнотических эффектах AHE, был введен флумазенил, специфический антагонист бензодиазепинового участка в комплексе GABA A -бензодиазепиновый рецептор. Предварительная обработка флумазенилом значительно подавляла эффекты AHE на поведение во сне, вызванное пентобарбиталом. Итак, возможно, что снотворная активность AHE участвует в активации ГАМК A -бензодиазепиновых рецепторов.

Было обнаружено, что растительные соединения, такие как флавоноиды, терпены и сапонины, обладают снотворным действием (24, 25).Флавоноиды с анксиолитической активностью описаны у многих видов растений, используемых в народной медицине для угнетения ЦНС. Этот эффект был приписан их сродству к центральным бензодиазепиновым рецепторам (24). Можно предположить, что флавоноиды Asperugo procumbens способствуют снотворному эффекту этого растения через центральные бензодиазепиновые рецепторы.

В заключение, данная работа показывает, что водно-спиртовой экстракт Asperugo procumbens L.обладает низкой антидепрессивной активностью в моделях острой депрессии на животных, но значительным седативно-снотворным эффектом. Дальнейший химический и фармакологический анализ экстракта будет проведен для выделения и характеристики активных компонентов, ответственных за седативный и снотворный эффект.

Ссылки

1. Лицинио Дж., Вонг М. Роль медиаторов воспаления в биологии большой депрессии: цитокины центральной нервной системы модулируют биологический субстрат депрессивных симптомов, регулируют системы, реагирующие на стресс, и способствуют нейротоксичности и нейрозащите.Мол. Психиатрия. 1999; 4: 317–327. [PubMed] [Google Scholar] 2. Моаллем С.А., Хоссейнзаде Х., Гонче Х. Оценка антидепрессивных эффектов надземных частей Echiumvulgare на мышах. Иран. J. Bas. Med. Sci. 2007. 10: 189–196. [Google Scholar] 3. Dhingra D, Sharma A. Обзор растений-антидепрессантов. Nat. Prod. Сияние. 2006. 5: 144–152. [Google Scholar] 4. Freitas AE, Budni J, Lobato KR, Binfaré RW, Machado DG, Jacinto J, Veronezi PO, Pizzolatti MG, Rodrigues AL. Антидепрессантное действие этанольного экстракта Tabebuia avellanedae на мышей: доказательства участия моноаминергической системы.Прог. Neuro-Psychopharmacol. Биол. Психиатрия. 2010. 34: 335–343. [PubMed] [Google Scholar] 5. Томас Р., Кристофер Д. Эволюция бессонницы: текущее состояние и будущее направление. Sleep Med. 2004; 5: 23–30. [PubMed] [Google Scholar] 6. Филлипсон JD. Фитохимия и лекарственные растения. Фитохимия. 2001; 56: 237–43. [PubMed] [Google Scholar] 7. Carlini EA. Растения и центральная нервная система. Pharmacol. Biochem. Behav. 2003. 75: 501–512. [PubMed] [Google Scholar] 8. Чжан З. Терапевтические эффекты растительных экстрактов и их компонентов в моделях психических расстройств на животных.Life Sci. 2004. 75: 1659–1699. [PubMed] [Google Scholar] 9. Аханджан М., Мохана, округ Колумбия, Равиша К.А. Антибактериальная активность Asperugo procumbens L. против некоторых патогенных бактерий человека. African J. Microbiol. Res. 2008; 2: 138–140. [Google Scholar] 10. Багери М, Риган МС. Изучите статус и использование лекарственных растений в Иране и в мире. Лес. Диапазон. Земля. J. 1994; 33: 22–31. [Google Scholar] 11. Комитет Национального исследовательского совета по обновлению Руководства по уходу и использованию лабораторных животных, Национальный исследовательский совет.Руководство по уходу и использованию лабораторных животных. Вашингтон, округ Колумбия: Пресса национальных академий; 2010. [Google Scholar] 12. Porsolt RD, Le Pichon M, Jalfre M. Депрессия: новая животная модель, чувствительная к лечению антидепрессантами. Природа. 1977; 266 [PubMed] [Google Scholar] 13. Porsolt RD, Bertin A, Jalfre M. Поведенческое отчаяние у мышей: первичный скрининговый тест на антидепрессанты. Acrh.Inter. Pharmacodyn. Ther. 1977; 229: 327–336. [PubMed] [Google Scholar] 14. Steru L, Chermat R, Thierry B, Simon P.Тест подвешивания за хвост: новый метод скрининга антидепрессантов у мышей. Психофармакология. 1985. 85: 367–370. [PubMed] [Google Scholar] 15. Machado DG, Kaster MP, Binfaré RW, Dias M, Santos AR, Pizzolatti MG, Brighente IM, Rodrigues A.L. Антидепрессантный эффект экстракта листьев Schinusmolle L. у мышей: доказательства участия моноаминергической системы. Прог. Neuropsychopharmacol. Биол. Психиатрия. 2007. 31: 421–428. [PubMed] [Google Scholar] 16. Blanco MM, Costa CARA, Freire AO, Santos Jr JG, CostaM Нейроповеденческий эффект эфирного масла Cymbopogon citratus у мышей.Фитомедицина. 2009. 16: 265–270. [PubMed] [Google Scholar] 17. Бабич Д. Фитотерапия в лечении психических расстройств. Психиатр. Дунай. 2007; 19: 241–244. [PubMed] [Google Scholar] 18. Ахондзаде С., Малеки Дж. Фитопрепараты в лечении психических и неврологических расстройств. Иран. J. Психиатрия. 2006; 1: 1–11. [Google Scholar] 19. Эмамгореиши М., Хейдари-Хамедани Г. Седативно-снотворное действие экстрактов и эфирного масла семян кориандра. Иран. J. Med. Sci. 2006; 31: 22–27. [Google Scholar] 20.Хуанг Ф., Сюн Й., Сюй Л., Ма С., Доу С. Седативная и снотворная активность фракции этанола из Fructus schisandrae у мышей и крыс. J. Ethnopharmacol. 2007; 110: 471–475. [PubMed] [Google Scholar] 21. Эррера-Руис М., Гутьеррес С., Энрике Хименес-Феррер Дж., Торториелло Дж., Мирон Дж., Леон И. Этилацетатный экстракт из корней ипомоэстанса оказывает угнетающее действие на центральную нервную систему. J. Ethnopharmacol. 2007; 112: 243–247. [PubMed] [Google Scholar] 22. Алнамер Р., Алауи К., Буидида Э. Х., Бенжуад А., Черра И.Седативное и снотворное действие метанольных и водных экстрактов лаванды лекарственной из Марокко. Adv. Pharmacol. Sci. 2012: 1–5. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar] 23. Готтесманн С. Механизмы ГАМК и сон. Неврология. 2002; 111: 231–239. [PubMed] [Google Scholar] 24. Рахшанда Х., Хоссейни М., Долати К. Гипнотический эффект Rosa damascena у мышей. Иран. J. Pharm. Res. 2004; 3: 181–185. [Google Scholar] 25. Ракотонирина В.С., Бум Е.Н., Ракотонирина А., Бопелет М. Седативные свойства отвара корневища Cyperus articulatus.Фитотерапия. 2001; 72: 22–29. [PubMed] [Google Scholar]

Исследование антидепрессивной и седативно-снотворной активности водно-спиртового экстракта асперуго procumbens L. Воздушные части у мышей

Iran J Pharm Res. 2013 Лето; 12 (3): 529–535.

Сейедех-Атефех Миршафа

a Научно-исследовательский центр фармацевтических наук и кафедра токсикологии и фармакологии фармацевтического факультета Мазандаранского университета медицинских наук, Сари, Иран.

Мохаммад Азадбахт

b Кафедра фармакогнозии, фармацевтический факультет, Мазандаранский университет медицинских наук, Сари, Иран.

Nematollah Ahangar

a Исследовательский центр фармацевтических наук и отделение токсикологии и фармакологии фармацевтического факультета Мазандаранского университета медицинских наук, Сари, Иран.

a Исследовательский центр фармацевтических наук и кафедра токсикологии и фармакологии фармацевтического факультета Мазандаранского университета медицинских наук, Сари, Иран.

b Кафедра фармакогнозии фармацевтического факультета Мазандаранского университета медицинских наук, Сари, Иран.

* Автор, ответственный за переписку: Электронная почта: [email protected]

Поступила в редакцию августа 2012 г .; Принята в 2012 г.

Авторские права © 2013 Фармацевтический факультет Университета медицинских наук и служб здравоохранения имени Шахида Бехешти Это статья в открытом доступе, распространяемая в соответствии с условиями лицензии Creative Commons Attribution License, (http://creativecommons.org/licenses/by /3.0/), который разрешает неограниченное использование, распространение и воспроизведение на любом носителе при условии правильного цитирования оригинальной работы.Эта статья цитировалась в других статьях в PMC.

Аннотация

Asperugo procumbents L. используется в иранской традиционной медицине для освежения, успокаивания и улучшения настроения. Настоящее исследование было предпринято для оценки антидепрессивного и седативно-снотворного потенциала острого введения водно-спиртового экстракта этого растения мышам. Кроме того, оценивали влияние флумазенила на снотворное действие экстрактов.Ни одна из доз экстракта не смогла значительно сократить время неподвижности по сравнению с контрольной группой в тестах на антидепрессанты. В тесте на снотворное действие дозы 250 и 400 мг / кг означает значительное увеличение времени сна, вызванного пентобарбиталом, по сравнению с носителем. Все дозы экстракта значительно сократили время ожидания сна по сравнению с транспортным средством. Флумазенил изменил усиленные эффекты экстрактов в гипнотическом тесте, вызванном пентобарбиталом. Результаты настоящего исследования указывают на низкий антидепрессивный и хороший седативно-снотворный эффект водно-спиртового экстракта надземных частей Asperugo procumbens у мышей и на то, что центральные бензодиазепиновые рецепторы участвуют в седативно-снотворных эффектах этого растения.

Ключевые слова: Депрессия, Asperugo procumbens L., Тест принудительного плавания, подвешивание за хвост

Введение

Депрессия — важная проблема здравоохранения в мире, которая характеризуется несколькими признаками, такими как сильная грусть, отчаяние и т. Д. и повторяющиеся мысли о смерти или самоубийстве. Распространенность этого расстройства составляет около 13-20% населения (1). Примерно две трети пациентов с депрессией имеют мысли о самоубийстве, а 10-15% из них пытаются покончить жизнь самоубийством в возрасте до 40 лет (2).Хотя для лечения депрессии доступно несколько синтетических препаратов, побочные эффекты, такие как сухость во рту, гипотония, утомляемость, сексуальная дисфункция и сонливость, ограничивают использование этих методов лечения (3). Кроме того, эффективность лечения низка, и по крайней мере 40% пациентов не реагируют на антидепрессанты (4). Следовательно, необходимы исследования новых антидепрессантов с меньшим количеством побочных эффектов.

Бессонница, определяемая как постоянные трудности с засыпанием или засыпанием, которые влияют на дневную функцию, может вызвать серьезные психологические и физические расстройства.Большинство пациентов длительно принимают аналоги бензодиазепинов для лечения бессонницы. Но эти препараты обладают ограниченными преимуществами с очевидными побочными эффектами, такими как нарушение когнитивных функций, памяти и общей дневной работоспособности (5). Кроме того, длительное введение приводит к толерантности и зависимости.

Многие лекарственные травы признаны активными в центральной нервной системе (ЦНС), и у них есть, по крайней мере, гипотетический потенциал для воздействия на хронические состояния, такие как тревога, депрессия, головные боли или эпилепсия, которые плохо поддаются лечению обычными методами (6, 7).

Люди из разных регионов мира использовали лекарственные травы для облегчения аффективных расстройств в течение многих лет, и, как следствие, поиск новой фармакотерапии с использованием лекарственных растений значительно продвинулся за последнее десятилетие (8). В психиатрическую практику внедряется все большее количество растительных продуктов.

Asperugo procumbens L. (Boraginaceae), более известное как немецкая бешеная полынь, представляет собой растение с тонким стеблем, достигающим 90 см в длину.Надземные части этого растения используются в Иране в качестве традиционной медицины для лечения кожных инфекций, для укрепления нервной системы, освежающих, успокаивающих и улучшающих настроение действий, а также в качестве спазмолитического средства (9, 10). Однако опубликованных сообщений об антидепрессивной и транквилизирующей активности растения нет. Целью этого исследования было оценить антидепрессивный и седативно-снотворный потенциал однократного приема препарата Asperugo procumbens L.водно-спиртовой экстракт (AHE) в тесте принудительного плавания (FST), тесте подвешивания за хвост (TST) и вызванном пентобарбиталом гипнотическом тесте на мышах.

Экспериментальный

Подготовка растительного материала

Надземные части A. procumbens были собраны в продуктовом магазине в Сари, Мазандаран. Растение было идентифицировано и подтверждено доктором М. Азадбахтом из отдела фармакогнозии фармацевтического факультета Мазандаранского университета медицинских наук (Сари, США). Иран).Для приготовления водно-спиртового экстракта высушенные на воздухе и измельченные в порошок надземные части растения (50 г) мацерировали соответствующим этанолом 70º в течение 72 часов. Затем экстракция производилась перкуляционным методом. Затем экстракт упаривали на роторном испарителе и сублимационной сушилке с получением остатка (3 г). Остаток растворяли в нормальном физиологическом растворе: твин 80 (9: 1) для получения подходящих конечных концентраций.

Наркотики

Имипрамин, диазепам, флумазенил и пентобарбитал были приобретены у Sigma Company (Сент-Луис, Миссури, США).Имипрамин и пентобарбитал растворяли в физиологическом растворе: твин 80 (9: 1). Диазепам и флумазенил суспендировали в растворителе. Все растворы были свежеприготовлены в день тестирования и вводились конечному объему 10 мл / кг массы тела мышей.

Животные

Самцов мышей Swiss Albino (Институт Пастера, Амол, Иран) весом 20-30 г содержали при комнатной температуре в 12-часовом цикле свет / темнота. Пища и вода были доступны человек без ограничений. Тесты были выполнены только после того, как мыши привыкли к вышеуказанной среде.Количество животных в каждой группе было 5-6. Все эксперименты проводились с 8:00 до 13:00 каждый день, чтобы избежать каких-либо временных факторов. Каждое животное использовалось только для одного экспериментального условия. Все эксперименты проводились в соответствии с международными рекомендациями, изложенными в Руководстве по уходу и использованию лабораторных животных (11).

Тест на принудительное плавание

FST — это наиболее широко используемая фармакологическая модель для оценки антидепрессивной активности. Этот метод основан на наблюдении за животными, попавшими в ситуацию принудительного плавания, при котором они становятся пассивными и неподвижными после периода активной деятельности (борьбы), производя только движения, необходимые для удержания головы над водой.FST проводили на мышах по методу Porsolt et al . (12, 13). Сеансы плавания проводили, помещая животных в отдельные цилиндры из оргстекла (40 см в высоту, 20 см в диаметре), содержащие 20 см воды при 24 ± 1 ° C. Всех животных заставляли плавать в течение 6 минут, и время, проведенное в неподвижности в течение последних 5 минут из 6-минутного периода наблюдения, регистрировал вручную компетентный наблюдатель. Животным вводили экстракты (25, 50, 250 и 400 мг / кг, IP), имипрамин (15 мг / кг, IP) или носитель за 45 минут до испытания.

Испытание подвески хвоста

Общую продолжительность неподвижности, вызванной подвешиванием за хвост, измеряли в соответствии с методом, описанным Steruet et al . (14). Вкратце, мышей, изолированных как акустически, так и визуально, подвешивали на 58 см над полом с помощью липкой ленты, размещенной примерно на 1-2 см от кончика хвоста. Время неподвижности регистрировалось вручную в течение 5 минут (15). Мыши считались неподвижными только тогда, когда они пассивно висели или оставались совершенно неподвижными.Обычные антидепрессанты уменьшают время неподвижности в этом тесте. Животным вводили экстракты (25, 50, 250 и 400 мг / кг, IP), имипрамин (15 мг / кг, IP) или носитель за 45 минут до испытания.

Гипнотический тест на пентобарбитал

Рефлекс выпрямления — полезный метод оценки того, спят ли животные. Мышам вводили однократную внутрибрюшинную дозу носителя, диазепама (2 мг / кг) в качестве препарата сравнения или различные концентрации экстракта (50, 250, 400 мг / кг).Эти обработки проводили за 30 мин до заражения животного внутрибрюшинной инъекцией пентобарбитала (40 мг / кг). Латентность потери рефлекса выпрямления и общее время сна (время между потерей и восстановлением рефлекса выпрямления) определяли для каждой мыши. Мышь считалась бодрствующей, если она могла самостоятельно выпрямиться (вернуться в вертикальное положение). Как только мышь выпрямлялась, ее снова клали на спину и позволяли второй раз повернуться вправо для подтверждения (16).

Чтобы исследовать возможный механизм, участвующий в гипнотической активности водно-спиртового экстракта (AHE) Asperugo procumbens L., животных предварительно обрабатывали флумазенилом (10 мг / кг), антагонистом GABA A –бензодиазепинового рецептора .

Статистика

Все данные выражены как среднее значение + стандартная ошибка среднего. Сравнение между группами проводили с помощью однофакторного дисперсионного анализа с последующим тестом HSD Тьюки. P-значения менее 0,05 предполагали значимость.

Результаты

Тест на принудительное плавание

Как видно на фиг., Имипрамин значительно (p <0,001) уменьшал время неподвижности по сравнению с контрольной группой. Ни одна из доз AHE не могла значительно сократить время неподвижности по сравнению с контрольной группой. Однако лучший результат был получен при дозе экстракта 50 мг / кг.

Антидепрессивная активность различных доз Asperugo procumbents L. Водно-спиртовой экстракт (25, 50, 250, 400 мг / кг) в тесте принудительного плавания.Растворитель и различные дозы экстракта вводили внутрибрюшинно за 45 мин до проведения теста. Измерение производилось в течение 5 мин. Имипрамин (15 мг / кг) использовали в качестве препарата сравнения. Данные являются средними + SEM. по 5-6 животных в каждой группе. *** p <0,001 достоверно отличается от контрольной группы. EXT: выписка

Испытание подвески хвоста

Как видно на фиг., Имипрамин значительно (p <0,01) уменьшал время неподвижности по сравнению с контрольной группой, но ни одна из доз AHE не смогла значительно сократить время неподвижности по сравнению с контрольной группой.Однако лучший результат был получен при дозе экстракта 50 мг / кг.

Антидепрессивная активность различных доз водно-спиртового экстракта Asperugo procumbensb L. (25, 50, 250, 400 мг / кг) в тесте с подвешиванием за хвост. Растворитель и различные дозы экстракта вводили внутрибрюшинно за 45 мин до проведения теста. Измерение производилось в течение 5 мин. Имипрамин (15 мг / кг) использовали в качестве препарата сравнения. Данные являются средними + SEM. по 5-6 животных в каждой группе.** p <0,01 достоверно отличается от контрольной группы. EXT: выписка

Гипнотический тест на пентобарбитал

Эффекты различных доз AHE на время сна и латентный период сна, вызванные пентобарбиталом, показаны на и, соответственно. AHE в дозах 250 и 400 мг / кг значительно увеличивал время сна по сравнению с носителем (p <0,05 и p <0,01 соответственно), и этот эффект почти эквивалентен препарату сравнения диазепаму (2 мг / кг), в то время как AHE при дозе 50 мг / кг значительно уменьшилось время сна (p <0.05) по сравнению с автомобилем (на рисунке не показан). Можно видеть, что флумазенил (10 мг / кг, IP) обращал действие диазепама (p <0,01) и 400 мг / кг AHE (p <0,05). Таким образом, во время гипнотического теста, вызванного пентобарбиталом, время сна уменьшилось.

Седативно-снотворное действие различных доз водно-спиртового экстракта Asperugo procumbens L. (50, 250, 400 мг / кг) в гипнотическом тесте, индуцированном пентобарбиталом. Растворитель, диазепам (2 мг / кг) и различные дозы экстракта вводили внутрибрюшинно за 30 минут до заражения животных IP.инъекция пентобарбитала (40 мг / кг). Флумазенил (10 мг / кг) применяли за 15 мин до экстракта или диазепама. Данные являются средними + SEM. по 5-6 животных в каждой группе. * р <0,05; ** р <0,01; *** p <0,001 значимо отличается от контрольной группы. † p <0,05, ††† p <0,001 значимо отличается от той же группы плюс флумазенил (10 мг / кг). ДЗП: диазепам; EXT: экстракт; Грипп: флумазенил

Сравнение периодов задержки сна при различных дозах Asperugo procumbens L.водно-спиртовой экстракт (50, 250, 400 мг / кг) в гипнотическом тесте, индуцированном пентобарбиталом . Растворитель, диазепам (2 мг / кг) и различные дозы экстракта вводили внутрибрюшинно за 30 минут до заражения животных IP. инъекция пентобарбитала (40 мг / кг). Флумазенил (10 мг / кг) применяли за 15 мин до экстракта или диазепама. Данные являются средними + SEM. по 5-6 животных в каждой группе. ** p <0,01, *** p <0,001 значительно отличается от контрольной группы. † p <0,05, †† p <0.01 значительно отличается от той же группы плюс флумазенил (10 мг / кг). ДЗП: диазепам; EXT: экстракт; FLU: флумазенил

Все дозы AHE и диазепама значительно снижали латентный период до сна по сравнению с носителем. Как видно на примере, флумазенил (10 мг / кг, IP) обращал действие диазепама (p <0,01). ) и 400 мг / кг AHE (p <0,05). Таким образом, во время гипнотического теста, вызванного пентобарбиталом, латентность сна увеличилась.

Обсуждение

На протяжении пяти тысяч лет записанной истории мы знаем, что с древних времен люди использовали различные методы и процедуры для лечения различных психических расстройств, и очень часто это были лекарственные препараты из растений.Многочисленные научные открытия в индустриальную эпоху внесли большой вклад в развитие медицины и значительно улучшили качество жизни психиатрических пациентов за последнее столетие. Однако доказательная медицина после большого счастья столкнулась с множеством разочарований, и появилось мнение, что некоторые натуральные лекарства постепенно выводятся из употребления. С другой стороны, огромное количество пациентов используют натуральные лекарственные растения для самолечения различных психических расстройств (17).

Многие из сегодняшних синтетических лекарств происходят из царства растений, и всего около двух веков назад в основных фармакопеях преобладали лекарственные травы. Траволечение быстро пришло в упадок, когда фундаментальная и клиническая фармакология заняли лидирующие позиции в медицине. Тем не менее, фитотерапия по-прежнему вызывает интерес при многих заболеваниях, в частности психических и неврологических расстройствах. Хотя для лечения психических расстройств доступно множество фармацевтических агентов, врачи обнаруживают, что многие пациенты не переносят побочные эффекты, не реагируют должным образом или в конечном итоге теряют ответ.Для сравнения, многие лечебные травы имеют гораздо меньше побочных эффектов. Они могут быть альтернативным лечением или использоваться для усиления эффекта от рецептурных лекарств (18).

В настоящем исследовании мы изучали антидепрессивную и седативно-снотворную активность водно-спиртового экстракта Asperugo procumbens на мышах. Мы использовали две модели животных, тест принудительного плавания (FST) и тест с подвешиванием за хвост (TST) для исследования антидепрессантов. Считается, что неподвижность, проявляемая грызунами при неизбежном стрессе, отражает состояние отчаяния или пониженного настроения, которые, как считается, отражают депрессивные расстройства у людей.Кроме того, было показано, что время неподвижности сокращается при лечении антидепрессантами. Более того, была обнаружена значимая корреляция между клинической эффективностью антидепрессантов и их эффективностью в обеих моделях (13, 14). В обеих моделях результаты показали, что ни одна из доз экстракта не могла значительно уменьшить время неподвижности по сравнению с контролем.

Одна из возможных причин этих результатов — растворитель, использованный для экстракции. Для экстракции широко используются водно-спиртовые растворы.Они обладают действием воды и спиртовых растворов, предотвращают микробное загрязнение и осаждение целевого вещества во время станции. В настоящем исследовании мы использовали этанол 70º в качестве растворителя для экстракции, который может растворять флавоноиды. Антидепрессивный эффект многих растений обусловлен содержанием в них флавоноидов. Обусловлено ли это антидепрессивное действие его флавоноидами или другим компонентом, таким как эссенции, неясно и требует уточнения. Кроме того, в настоящем исследовании эксперименты проводились в острой форме, и путь введения экстрактов был IP, который отличался от его традиционного пути для человека.Поскольку путь и продолжительность введения могут влиять на фармакокинетику активных компонентов, терапевтические дозы и степень воздействия препаратов, полученных здесь, не могут быть экстраполированы на человека, и пероральное и хроническое введение экстракта может дать лучшие результаты (19).

Во второй серии экспериментов оценивали седативно-снотворное действие AHE.

Диазепам, который принадлежит к группе бензодиазепинов, является депрессантом центральной нервной системы, используемым при лечении расстройств сна, таких как бессонница.Бензодиазепины имеют сайт связывания на комплексе тортип-ионофор рецептора ГАМК (ГАМК A ) (20-22). Они снижают активность, умеренное возбуждение и успокаивают реципиента. Такие вещества, как диазепам (эталонный препарат, использованный в этом исследовании), уменьшают начало и увеличивают продолжительность сна, вызванного барбитуратами, и уменьшают исследовательскую активность, обладающую потенциалом как седативное средство (22). АГЭ после внутрибрюшинного введения доз 250 и 400 мг / кг вызывал седативный эффект, аналогичный тому, который наблюдался при применении диазепама в дозе 2 мг / кг.Диазепам — это очень известный анксиолитический бензодиазепин, который оказывает не только анксиолитический эффект, но также имеет важное седативное действие. Возможно, что транквилизирующая активность AHE опосредована ГАМКергической системой, поскольку она может вызывать глубокий седативный эффект у мышей (22, 23). Ингибирующее действие ГАМК заключается в открытии хлоридных каналов, что позволяет гиперполяризовать мембрану, что приводит к угнетению ЦНС и приводит к седативному и снотворному действию. Глутамат и ГАМК в количественном отношении являются наиболее важными возбуждающими и тормозящими нейротрансмиттерами, соответственно, в головном мозге млекопитающих (22).Таким образом, рецепторы этих двух нейромедиаторов считаются важными мишенями для психотропных препаратов. В тесте на индуцированный пентобарбиталом сон на мышах был представлен потенцированный эффект AHE в миосовых водах. Это не только увеличивало время сна, но также уменьшало латентность засыпания и увеличивало время наступления сна. Поскольку действие барбитуратов на ЦНС включает активацию тормозной ГАМК-эргической системы, результат настоящего исследования предполагает, что некоторые ингредиенты в AHE способствуют облегчению этой тормозной системы.

Чтобы определить, участвует ли бензодиазепиновый рецептор в гипнотических эффектах AHE, был введен флумазенил, специфический антагонист бензодиазепинового участка в комплексе GABA A -бензодиазепиновый рецептор. Предварительная обработка флумазенилом значительно подавляла эффекты AHE на поведение во сне, вызванное пентобарбиталом. Итак, возможно, что снотворная активность AHE участвует в активации ГАМК A -бензодиазепиновых рецепторов.

Было обнаружено, что растительные соединения, такие как флавоноиды, терпены и сапонины, обладают снотворным действием (24, 25).Флавоноиды с анксиолитической активностью описаны у многих видов растений, используемых в народной медицине для угнетения ЦНС. Этот эффект был приписан их сродству к центральным бензодиазепиновым рецепторам (24). Можно предположить, что флавоноиды Asperugo procumbens способствуют снотворному эффекту этого растения через центральные бензодиазепиновые рецепторы.

В заключение, данная работа показывает, что водно-спиртовой экстракт Asperugo procumbens L.обладает низкой антидепрессивной активностью в моделях острой депрессии на животных, но значительным седативно-снотворным эффектом. Дальнейший химический и фармакологический анализ экстракта будет проведен для выделения и характеристики активных компонентов, ответственных за седативный и снотворный эффект.

Ссылки

1. Лицинио Дж., Вонг М. Роль медиаторов воспаления в биологии большой депрессии: цитокины центральной нервной системы модулируют биологический субстрат депрессивных симптомов, регулируют системы, реагирующие на стресс, и способствуют нейротоксичности и нейрозащите.Мол. Психиатрия. 1999; 4: 317–327. [PubMed] [Google Scholar] 2. Моаллем С.А., Хоссейнзаде Х., Гонче Х. Оценка антидепрессивных эффектов надземных частей Echiumvulgare на мышах. Иран. J. Bas. Med. Sci. 2007. 10: 189–196. [Google Scholar] 3. Dhingra D, Sharma A. Обзор растений-антидепрессантов. Nat. Prod. Сияние. 2006. 5: 144–152. [Google Scholar] 4. Freitas AE, Budni J, Lobato KR, Binfaré RW, Machado DG, Jacinto J, Veronezi PO, Pizzolatti MG, Rodrigues AL. Антидепрессантное действие этанольного экстракта Tabebuia avellanedae на мышей: доказательства участия моноаминергической системы.Прог. Neuro-Psychopharmacol. Биол. Психиатрия. 2010. 34: 335–343. [PubMed] [Google Scholar] 5. Томас Р., Кристофер Д. Эволюция бессонницы: текущее состояние и будущее направление. Sleep Med. 2004; 5: 23–30. [PubMed] [Google Scholar] 6. Филлипсон JD. Фитохимия и лекарственные растения. Фитохимия. 2001; 56: 237–43. [PubMed] [Google Scholar] 7. Carlini EA. Растения и центральная нервная система. Pharmacol. Biochem. Behav. 2003. 75: 501–512. [PubMed] [Google Scholar] 8. Чжан З. Терапевтические эффекты растительных экстрактов и их компонентов в моделях психических расстройств на животных.Life Sci. 2004. 75: 1659–1699. [PubMed] [Google Scholar] 9. Аханджан М., Мохана, округ Колумбия, Равиша К.А. Антибактериальная активность Asperugo procumbens L. против некоторых патогенных бактерий человека. African J. Microbiol. Res. 2008; 2: 138–140. [Google Scholar] 10. Багери М, Риган МС. Изучите статус и использование лекарственных растений в Иране и в мире. Лес. Диапазон. Земля. J. 1994; 33: 22–31. [Google Scholar] 11. Комитет Национального исследовательского совета по обновлению Руководства по уходу и использованию лабораторных животных, Национальный исследовательский совет.Руководство по уходу и использованию лабораторных животных. Вашингтон, округ Колумбия: Пресса национальных академий; 2010. [Google Scholar] 12. Porsolt RD, Le Pichon M, Jalfre M. Депрессия: новая животная модель, чувствительная к лечению антидепрессантами. Природа. 1977; 266 [PubMed] [Google Scholar] 13. Porsolt RD, Bertin A, Jalfre M. Поведенческое отчаяние у мышей: первичный скрининговый тест на антидепрессанты. Acrh.Inter. Pharmacodyn. Ther. 1977; 229: 327–336. [PubMed] [Google Scholar] 14. Steru L, Chermat R, Thierry B, Simon P.Тест подвешивания за хвост: новый метод скрининга антидепрессантов у мышей. Психофармакология. 1985. 85: 367–370. [PubMed] [Google Scholar] 15. Machado DG, Kaster MP, Binfaré RW, Dias M, Santos AR, Pizzolatti MG, Brighente IM, Rodrigues A.L. Антидепрессантный эффект экстракта листьев Schinusmolle L. у мышей: доказательства участия моноаминергической системы. Прог. Neuropsychopharmacol. Биол. Психиатрия. 2007. 31: 421–428. [PubMed] [Google Scholar] 16. Blanco MM, Costa CARA, Freire AO, Santos Jr JG, CostaM Нейроповеденческий эффект эфирного масла Cymbopogon citratus у мышей.Фитомедицина. 2009. 16: 265–270. [PubMed] [Google Scholar] 17. Бабич Д. Фитотерапия в лечении психических расстройств. Психиатр. Дунай. 2007; 19: 241–244. [PubMed] [Google Scholar] 18. Ахондзаде С., Малеки Дж. Фитопрепараты в лечении психических и неврологических расстройств. Иран. J. Психиатрия. 2006; 1: 1–11. [Google Scholar] 19. Эмамгореиши М., Хейдари-Хамедани Г. Седативно-снотворное действие экстрактов и эфирного масла семян кориандра. Иран. J. Med. Sci. 2006; 31: 22–27. [Google Scholar] 20.Хуанг Ф., Сюн Й., Сюй Л., Ма С., Доу С. Седативная и снотворная активность фракции этанола из Fructus schisandrae у мышей и крыс. J. Ethnopharmacol. 2007; 110: 471–475. [PubMed] [Google Scholar] 21. Эррера-Руис М., Гутьеррес С., Энрике Хименес-Феррер Дж., Торториелло Дж., Мирон Дж., Леон И. Этилацетатный экстракт из корней ипомоэстанса оказывает угнетающее действие на центральную нервную систему. J. Ethnopharmacol. 2007; 112: 243–247. [PubMed] [Google Scholar] 22. Алнамер Р., Алауи К., Буидида Э. Х., Бенжуад А., Черра И.Седативное и снотворное действие метанольных и водных экстрактов лаванды лекарственной из Марокко. Adv. Pharmacol. Sci. 2012: 1–5. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar] 23. Готтесманн С. Механизмы ГАМК и сон. Неврология. 2002; 111: 231–239. [PubMed] [Google Scholar] 24. Рахшанда Х., Хоссейни М., Долати К. Гипнотический эффект Rosa damascena у мышей. Иран. J. Pharm. Res. 2004; 3: 181–185. [Google Scholar] 25. Ракотонирина В.С., Бум Е.Н., Ракотонирина А., Бопелет М. Седативные свойства отвара корневища Cyperus articulatus.Фитотерапия. 2001; 72: 22–29. [PubMed] [Google Scholar]

Исследование антидепрессивной и седативно-снотворной активности водно-спиртового экстракта асперуго procumbens L. Воздушные части у мышей

Iran J Pharm Res. 2013 Лето; 12 (3): 529–535.

Сейедех-Атефех Миршафа

a Научно-исследовательский центр фармацевтических наук и кафедра токсикологии и фармакологии фармацевтического факультета Мазандаранского университета медицинских наук, Сари, Иран.

Мохаммад Азадбахт

b Кафедра фармакогнозии, фармацевтический факультет, Мазандаранский университет медицинских наук, Сари, Иран.

Nematollah Ahangar

a Исследовательский центр фармацевтических наук и отделение токсикологии и фармакологии фармацевтического факультета Мазандаранского университета медицинских наук, Сари, Иран.

a Исследовательский центр фармацевтических наук и кафедра токсикологии и фармакологии фармацевтического факультета Мазандаранского университета медицинских наук, Сари, Иран.

b Кафедра фармакогнозии фармацевтического факультета Мазандаранского университета медицинских наук, Сари, Иран.

* Автор, ответственный за переписку: Электронная почта: [email protected]

Поступила в редакцию августа 2012 г .; Принята в 2012 г.

Авторские права © 2013 Фармацевтический факультет Университета медицинских наук и служб здравоохранения имени Шахида Бехешти Это статья в открытом доступе, распространяемая в соответствии с условиями лицензии Creative Commons Attribution License, (http://creativecommons.org/licenses/by /3.0/), который разрешает неограниченное использование, распространение и воспроизведение на любом носителе при условии правильного цитирования оригинальной работы.Эта статья цитировалась в других статьях в PMC.

Аннотация

Asperugo procumbents L. используется в иранской традиционной медицине для освежения, успокаивания и улучшения настроения. Настоящее исследование было предпринято для оценки антидепрессивного и седативно-снотворного потенциала острого введения водно-спиртового экстракта этого растения мышам. Кроме того, оценивали влияние флумазенила на снотворное действие экстрактов.Ни одна из доз экстракта не смогла значительно сократить время неподвижности по сравнению с контрольной группой в тестах на антидепрессанты. В тесте на снотворное действие дозы 250 и 400 мг / кг означает значительное увеличение времени сна, вызванного пентобарбиталом, по сравнению с носителем. Все дозы экстракта значительно сократили время ожидания сна по сравнению с транспортным средством. Флумазенил изменил усиленные эффекты экстрактов в гипнотическом тесте, вызванном пентобарбиталом. Результаты настоящего исследования указывают на низкий антидепрессивный и хороший седативно-снотворный эффект водно-спиртового экстракта надземных частей Asperugo procumbens у мышей и на то, что центральные бензодиазепиновые рецепторы участвуют в седативно-снотворных эффектах этого растения.

Ключевые слова: Депрессия, Asperugo procumbens L., Тест принудительного плавания, подвешивание за хвост

Введение

Депрессия — важная проблема здравоохранения в мире, которая характеризуется несколькими признаками, такими как сильная грусть, отчаяние и т. Д. и повторяющиеся мысли о смерти или самоубийстве. Распространенность этого расстройства составляет около 13-20% населения (1). Примерно две трети пациентов с депрессией имеют мысли о самоубийстве, а 10-15% из них пытаются покончить жизнь самоубийством в возрасте до 40 лет (2).Хотя для лечения депрессии доступно несколько синтетических препаратов, побочные эффекты, такие как сухость во рту, гипотония, утомляемость, сексуальная дисфункция и сонливость, ограничивают использование этих методов лечения (3). Кроме того, эффективность лечения низка, и по крайней мере 40% пациентов не реагируют на антидепрессанты (4). Следовательно, необходимы исследования новых антидепрессантов с меньшим количеством побочных эффектов.

Бессонница, определяемая как постоянные трудности с засыпанием или засыпанием, которые влияют на дневную функцию, может вызвать серьезные психологические и физические расстройства.Большинство пациентов длительно принимают аналоги бензодиазепинов для лечения бессонницы. Но эти препараты обладают ограниченными преимуществами с очевидными побочными эффектами, такими как нарушение когнитивных функций, памяти и общей дневной работоспособности (5). Кроме того, длительное введение приводит к толерантности и зависимости.

Многие лекарственные травы признаны активными в центральной нервной системе (ЦНС), и у них есть, по крайней мере, гипотетический потенциал для воздействия на хронические состояния, такие как тревога, депрессия, головные боли или эпилепсия, которые плохо поддаются лечению обычными методами (6, 7).

Люди из разных регионов мира использовали лекарственные травы для облегчения аффективных расстройств в течение многих лет, и, как следствие, поиск новой фармакотерапии с использованием лекарственных растений значительно продвинулся за последнее десятилетие (8). В психиатрическую практику внедряется все большее количество растительных продуктов.

Asperugo procumbens L. (Boraginaceae), более известное как немецкая бешеная полынь, представляет собой растение с тонким стеблем, достигающим 90 см в длину.Надземные части этого растения используются в Иране в качестве традиционной медицины для лечения кожных инфекций, для укрепления нервной системы, освежающих, успокаивающих и улучшающих настроение действий, а также в качестве спазмолитического средства (9, 10). Однако опубликованных сообщений об антидепрессивной и транквилизирующей активности растения нет. Целью этого исследования было оценить антидепрессивный и седативно-снотворный потенциал однократного приема препарата Asperugo procumbens L.водно-спиртовой экстракт (AHE) в тесте принудительного плавания (FST), тесте подвешивания за хвост (TST) и вызванном пентобарбиталом гипнотическом тесте на мышах.

Экспериментальный

Подготовка растительного материала

Надземные части A. procumbens были собраны в продуктовом магазине в Сари, Мазандаран. Растение было идентифицировано и подтверждено доктором М. Азадбахтом из отдела фармакогнозии фармацевтического факультета Мазандаранского университета медицинских наук (Сари, США). Иран).Для приготовления водно-спиртового экстракта высушенные на воздухе и измельченные в порошок надземные части растения (50 г) мацерировали соответствующим этанолом 70º в течение 72 часов. Затем экстракция производилась перкуляционным методом. Затем экстракт упаривали на роторном испарителе и сублимационной сушилке с получением остатка (3 г). Остаток растворяли в нормальном физиологическом растворе: твин 80 (9: 1) для получения подходящих конечных концентраций.

Наркотики

Имипрамин, диазепам, флумазенил и пентобарбитал были приобретены у Sigma Company (Сент-Луис, Миссури, США).Имипрамин и пентобарбитал растворяли в физиологическом растворе: твин 80 (9: 1). Диазепам и флумазенил суспендировали в растворителе. Все растворы были свежеприготовлены в день тестирования и вводились конечному объему 10 мл / кг массы тела мышей.

Животные

Самцов мышей Swiss Albino (Институт Пастера, Амол, Иран) весом 20-30 г содержали при комнатной температуре в 12-часовом цикле свет / темнота. Пища и вода были доступны человек без ограничений. Тесты были выполнены только после того, как мыши привыкли к вышеуказанной среде.Количество животных в каждой группе было 5-6. Все эксперименты проводились с 8:00 до 13:00 каждый день, чтобы избежать каких-либо временных факторов. Каждое животное использовалось только для одного экспериментального условия. Все эксперименты проводились в соответствии с международными рекомендациями, изложенными в Руководстве по уходу и использованию лабораторных животных (11).

Тест на принудительное плавание

FST — это наиболее широко используемая фармакологическая модель для оценки антидепрессивной активности. Этот метод основан на наблюдении за животными, попавшими в ситуацию принудительного плавания, при котором они становятся пассивными и неподвижными после периода активной деятельности (борьбы), производя только движения, необходимые для удержания головы над водой.FST проводили на мышах по методу Porsolt et al . (12, 13). Сеансы плавания проводили, помещая животных в отдельные цилиндры из оргстекла (40 см в высоту, 20 см в диаметре), содержащие 20 см воды при 24 ± 1 ° C. Всех животных заставляли плавать в течение 6 минут, и время, проведенное в неподвижности в течение последних 5 минут из 6-минутного периода наблюдения, регистрировал вручную компетентный наблюдатель. Животным вводили экстракты (25, 50, 250 и 400 мг / кг, IP), имипрамин (15 мг / кг, IP) или носитель за 45 минут до испытания.

Испытание подвески хвоста

Общую продолжительность неподвижности, вызванной подвешиванием за хвост, измеряли в соответствии с методом, описанным Steruet et al . (14). Вкратце, мышей, изолированных как акустически, так и визуально, подвешивали на 58 см над полом с помощью липкой ленты, размещенной примерно на 1-2 см от кончика хвоста. Время неподвижности регистрировалось вручную в течение 5 минут (15). Мыши считались неподвижными только тогда, когда они пассивно висели или оставались совершенно неподвижными.Обычные антидепрессанты уменьшают время неподвижности в этом тесте. Животным вводили экстракты (25, 50, 250 и 400 мг / кг, IP), имипрамин (15 мг / кг, IP) или носитель за 45 минут до испытания.

Гипнотический тест на пентобарбитал

Рефлекс выпрямления — полезный метод оценки того, спят ли животные. Мышам вводили однократную внутрибрюшинную дозу носителя, диазепама (2 мг / кг) в качестве препарата сравнения или различные концентрации экстракта (50, 250, 400 мг / кг).Эти обработки проводили за 30 мин до заражения животного внутрибрюшинной инъекцией пентобарбитала (40 мг / кг). Латентность потери рефлекса выпрямления и общее время сна (время между потерей и восстановлением рефлекса выпрямления) определяли для каждой мыши. Мышь считалась бодрствующей, если она могла самостоятельно выпрямиться (вернуться в вертикальное положение). Как только мышь выпрямлялась, ее снова клали на спину и позволяли второй раз повернуться вправо для подтверждения (16).

Чтобы исследовать возможный механизм, участвующий в гипнотической активности водно-спиртового экстракта (AHE) Asperugo procumbens L., животных предварительно обрабатывали флумазенилом (10 мг / кг), антагонистом GABA A –бензодиазепинового рецептора .

Статистика

Все данные выражены как среднее значение + стандартная ошибка среднего. Сравнение между группами проводили с помощью однофакторного дисперсионного анализа с последующим тестом HSD Тьюки. P-значения менее 0,05 предполагали значимость.

Результаты

Тест на принудительное плавание

Как видно на фиг., Имипрамин значительно (p <0,001) уменьшал время неподвижности по сравнению с контрольной группой. Ни одна из доз AHE не могла значительно сократить время неподвижности по сравнению с контрольной группой. Однако лучший результат был получен при дозе экстракта 50 мг / кг.

Антидепрессивная активность различных доз Asperugo procumbents L. Водно-спиртовой экстракт (25, 50, 250, 400 мг / кг) в тесте принудительного плавания.Растворитель и различные дозы экстракта вводили внутрибрюшинно за 45 мин до проведения теста. Измерение производилось в течение 5 мин. Имипрамин (15 мг / кг) использовали в качестве препарата сравнения. Данные являются средними + SEM. по 5-6 животных в каждой группе. *** p <0,001 достоверно отличается от контрольной группы. EXT: выписка

Испытание подвески хвоста

Как видно на фиг., Имипрамин значительно (p <0,01) уменьшал время неподвижности по сравнению с контрольной группой, но ни одна из доз AHE не смогла значительно сократить время неподвижности по сравнению с контрольной группой.Однако лучший результат был получен при дозе экстракта 50 мг / кг.

Антидепрессивная активность различных доз водно-спиртового экстракта Asperugo procumbensb L. (25, 50, 250, 400 мг / кг) в тесте с подвешиванием за хвост. Растворитель и различные дозы экстракта вводили внутрибрюшинно за 45 мин до проведения теста. Измерение производилось в течение 5 мин. Имипрамин (15 мг / кг) использовали в качестве препарата сравнения. Данные являются средними + SEM. по 5-6 животных в каждой группе.** p <0,01 достоверно отличается от контрольной группы. EXT: выписка

Гипнотический тест на пентобарбитал

Эффекты различных доз AHE на время сна и латентный период сна, вызванные пентобарбиталом, показаны на и, соответственно. AHE в дозах 250 и 400 мг / кг значительно увеличивал время сна по сравнению с носителем (p <0,05 и p <0,01 соответственно), и этот эффект почти эквивалентен препарату сравнения диазепаму (2 мг / кг), в то время как AHE при дозе 50 мг / кг значительно уменьшилось время сна (p <0.05) по сравнению с автомобилем (на рисунке не показан). Можно видеть, что флумазенил (10 мг / кг, IP) обращал действие диазепама (p <0,01) и 400 мг / кг AHE (p <0,05). Таким образом, во время гипнотического теста, вызванного пентобарбиталом, время сна уменьшилось.

Седативно-снотворное действие различных доз водно-спиртового экстракта Asperugo procumbens L. (50, 250, 400 мг / кг) в гипнотическом тесте, индуцированном пентобарбиталом. Растворитель, диазепам (2 мг / кг) и различные дозы экстракта вводили внутрибрюшинно за 30 минут до заражения животных IP.инъекция пентобарбитала (40 мг / кг). Флумазенил (10 мг / кг) применяли за 15 мин до экстракта или диазепама. Данные являются средними + SEM. по 5-6 животных в каждой группе. * р <0,05; ** р <0,01; *** p <0,001 значимо отличается от контрольной группы. † p <0,05, ††† p <0,001 значимо отличается от той же группы плюс флумазенил (10 мг / кг). ДЗП: диазепам; EXT: экстракт; Грипп: флумазенил

Сравнение периодов задержки сна при различных дозах Asperugo procumbens L.водно-спиртовой экстракт (50, 250, 400 мг / кг) в гипнотическом тесте, индуцированном пентобарбиталом . Растворитель, диазепам (2 мг / кг) и различные дозы экстракта вводили внутрибрюшинно за 30 минут до заражения животных IP. инъекция пентобарбитала (40 мг / кг). Флумазенил (10 мг / кг) применяли за 15 мин до экстракта или диазепама. Данные являются средними + SEM. по 5-6 животных в каждой группе. ** p <0,01, *** p <0,001 значительно отличается от контрольной группы. † p <0,05, †† p <0.01 значительно отличается от той же группы плюс флумазенил (10 мг / кг). ДЗП: диазепам; EXT: экстракт; FLU: флумазенил

Все дозы AHE и диазепама значительно снижали латентный период до сна по сравнению с носителем. Как видно на примере, флумазенил (10 мг / кг, IP) обращал действие диазепама (p <0,01). ) и 400 мг / кг AHE (p <0,05). Таким образом, во время гипнотического теста, вызванного пентобарбиталом, латентность сна увеличилась.

Обсуждение

На протяжении пяти тысяч лет записанной истории мы знаем, что с древних времен люди использовали различные методы и процедуры для лечения различных психических расстройств, и очень часто это были лекарственные препараты из растений.Многочисленные научные открытия в индустриальную эпоху внесли большой вклад в развитие медицины и значительно улучшили качество жизни психиатрических пациентов за последнее столетие. Однако доказательная медицина после большого счастья столкнулась с множеством разочарований, и появилось мнение, что некоторые натуральные лекарства постепенно выводятся из употребления. С другой стороны, огромное количество пациентов используют натуральные лекарственные растения для самолечения различных психических расстройств (17).

Многие из сегодняшних синтетических лекарств происходят из царства растений, и всего около двух веков назад в основных фармакопеях преобладали лекарственные травы. Траволечение быстро пришло в упадок, когда фундаментальная и клиническая фармакология заняли лидирующие позиции в медицине. Тем не менее, фитотерапия по-прежнему вызывает интерес при многих заболеваниях, в частности психических и неврологических расстройствах. Хотя для лечения психических расстройств доступно множество фармацевтических агентов, врачи обнаруживают, что многие пациенты не переносят побочные эффекты, не реагируют должным образом или в конечном итоге теряют ответ.Для сравнения, многие лечебные травы имеют гораздо меньше побочных эффектов. Они могут быть альтернативным лечением или использоваться для усиления эффекта от рецептурных лекарств (18).

В настоящем исследовании мы изучали антидепрессивную и седативно-снотворную активность водно-спиртового экстракта Asperugo procumbens на мышах. Мы использовали две модели животных, тест принудительного плавания (FST) и тест с подвешиванием за хвост (TST) для исследования антидепрессантов. Считается, что неподвижность, проявляемая грызунами при неизбежном стрессе, отражает состояние отчаяния или пониженного настроения, которые, как считается, отражают депрессивные расстройства у людей.Кроме того, было показано, что время неподвижности сокращается при лечении антидепрессантами. Более того, была обнаружена значимая корреляция между клинической эффективностью антидепрессантов и их эффективностью в обеих моделях (13, 14). В обеих моделях результаты показали, что ни одна из доз экстракта не могла значительно уменьшить время неподвижности по сравнению с контролем.

Одна из возможных причин этих результатов — растворитель, использованный для экстракции. Для экстракции широко используются водно-спиртовые растворы.Они обладают действием воды и спиртовых растворов, предотвращают микробное загрязнение и осаждение целевого вещества во время станции. В настоящем исследовании мы использовали этанол 70º в качестве растворителя для экстракции, который может растворять флавоноиды. Антидепрессивный эффект многих растений обусловлен содержанием в них флавоноидов. Обусловлено ли это антидепрессивное действие его флавоноидами или другим компонентом, таким как эссенции, неясно и требует уточнения. Кроме того, в настоящем исследовании эксперименты проводились в острой форме, и путь введения экстрактов был IP, который отличался от его традиционного пути для человека.Поскольку путь и продолжительность введения могут влиять на фармакокинетику активных компонентов, терапевтические дозы и степень воздействия препаратов, полученных здесь, не могут быть экстраполированы на человека, и пероральное и хроническое введение экстракта может дать лучшие результаты (19).

Во второй серии экспериментов оценивали седативно-снотворное действие AHE.

Диазепам, который принадлежит к группе бензодиазепинов, является депрессантом центральной нервной системы, используемым при лечении расстройств сна, таких как бессонница.Бензодиазепины имеют сайт связывания на комплексе тортип-ионофор рецептора ГАМК (ГАМК A ) (20-22). Они снижают активность, умеренное возбуждение и успокаивают реципиента. Такие вещества, как диазепам (эталонный препарат, использованный в этом исследовании), уменьшают начало и увеличивают продолжительность сна, вызванного барбитуратами, и уменьшают исследовательскую активность, обладающую потенциалом как седативное средство (22). АГЭ после внутрибрюшинного введения доз 250 и 400 мг / кг вызывал седативный эффект, аналогичный тому, который наблюдался при применении диазепама в дозе 2 мг / кг.Диазепам — это очень известный анксиолитический бензодиазепин, который оказывает не только анксиолитический эффект, но также имеет важное седативное действие. Возможно, что транквилизирующая активность AHE опосредована ГАМКергической системой, поскольку она может вызывать глубокий седативный эффект у мышей (22, 23). Ингибирующее действие ГАМК заключается в открытии хлоридных каналов, что позволяет гиперполяризовать мембрану, что приводит к угнетению ЦНС и приводит к седативному и снотворному действию. Глутамат и ГАМК в количественном отношении являются наиболее важными возбуждающими и тормозящими нейротрансмиттерами, соответственно, в головном мозге млекопитающих (22).Таким образом, рецепторы этих двух нейромедиаторов считаются важными мишенями для психотропных препаратов. В тесте на индуцированный пентобарбиталом сон на мышах был представлен потенцированный эффект AHE в миосовых водах. Это не только увеличивало время сна, но также уменьшало латентность засыпания и увеличивало время наступления сна. Поскольку действие барбитуратов на ЦНС включает активацию тормозной ГАМК-эргической системы, результат настоящего исследования предполагает, что некоторые ингредиенты в AHE способствуют облегчению этой тормозной системы.

Чтобы определить, участвует ли бензодиазепиновый рецептор в гипнотических эффектах AHE, был введен флумазенил, специфический антагонист бензодиазепинового участка в комплексе GABA A -бензодиазепиновый рецептор. Предварительная обработка флумазенилом значительно подавляла эффекты AHE на поведение во сне, вызванное пентобарбиталом. Итак, возможно, что снотворная активность AHE участвует в активации ГАМК A -бензодиазепиновых рецепторов.

Было обнаружено, что растительные соединения, такие как флавоноиды, терпены и сапонины, обладают снотворным действием (24, 25).Флавоноиды с анксиолитической активностью описаны у многих видов растений, используемых в народной медицине для угнетения ЦНС. Этот эффект был приписан их сродству к центральным бензодиазепиновым рецепторам (24). Можно предположить, что флавоноиды Asperugo procumbens способствуют снотворному эффекту этого растения через центральные бензодиазепиновые рецепторы.

В заключение, данная работа показывает, что водно-спиртовой экстракт Asperugo procumbens L.обладает низкой антидепрессивной активностью в моделях острой депрессии на животных, но значительным седативно-снотворным эффектом. Дальнейший химический и фармакологический анализ экстракта будет проведен для выделения и характеристики активных компонентов, ответственных за седативный и снотворный эффект.

Ссылки

1. Лицинио Дж., Вонг М. Роль медиаторов воспаления в биологии большой депрессии: цитокины центральной нервной системы модулируют биологический субстрат депрессивных симптомов, регулируют системы, реагирующие на стресс, и способствуют нейротоксичности и нейрозащите.Мол. Психиатрия. 1999; 4: 317–327. [PubMed] [Google Scholar] 2. Моаллем С.А., Хоссейнзаде Х., Гонче Х. Оценка антидепрессивных эффектов надземных частей Echiumvulgare на мышах. Иран. J. Bas. Med. Sci. 2007. 10: 189–196. [Google Scholar] 3. Dhingra D, Sharma A. Обзор растений-антидепрессантов. Nat. Prod. Сияние. 2006. 5: 144–152. [Google Scholar] 4. Freitas AE, Budni J, Lobato KR, Binfaré RW, Machado DG, Jacinto J, Veronezi PO, Pizzolatti MG, Rodrigues AL. Антидепрессантное действие этанольного экстракта Tabebuia avellanedae на мышей: доказательства участия моноаминергической системы.Прог. Neuro-Psychopharmacol. Биол. Психиатрия. 2010. 34: 335–343. [PubMed] [Google Scholar] 5. Томас Р., Кристофер Д. Эволюция бессонницы: текущее состояние и будущее направление. Sleep Med. 2004; 5: 23–30. [PubMed] [Google Scholar] 6. Филлипсон JD. Фитохимия и лекарственные растения. Фитохимия. 2001; 56: 237–43. [PubMed] [Google Scholar] 7. Carlini EA. Растения и центральная нервная система. Pharmacol. Biochem. Behav. 2003. 75: 501–512. [PubMed] [Google Scholar] 8. Чжан З. Терапевтические эффекты растительных экстрактов и их компонентов в моделях психических расстройств на животных.Life Sci. 2004. 75: 1659–1699. [PubMed] [Google Scholar] 9. Аханджан М., Мохана, округ Колумбия, Равиша К.А. Антибактериальная активность Asperugo procumbens L. против некоторых патогенных бактерий человека. African J. Microbiol. Res. 2008; 2: 138–140. [Google Scholar] 10. Багери М, Риган МС. Изучите статус и использование лекарственных растений в Иране и в мире. Лес. Диапазон. Земля. J. 1994; 33: 22–31. [Google Scholar] 11. Комитет Национального исследовательского совета по обновлению Руководства по уходу и использованию лабораторных животных, Национальный исследовательский совет.Руководство по уходу и использованию лабораторных животных. Вашингтон, округ Колумбия: Пресса национальных академий; 2010. [Google Scholar] 12. Porsolt RD, Le Pichon M, Jalfre M. Депрессия: новая животная модель, чувствительная к лечению антидепрессантами. Природа. 1977; 266 [PubMed] [Google Scholar] 13. Porsolt RD, Bertin A, Jalfre M. Поведенческое отчаяние у мышей: первичный скрининговый тест на антидепрессанты. Acrh.Inter. Pharmacodyn. Ther. 1977; 229: 327–336. [PubMed] [Google Scholar] 14. Steru L, Chermat R, Thierry B, Simon P.Тест подвешивания за хвост: новый метод скрининга антидепрессантов у мышей. Психофармакология. 1985. 85: 367–370. [PubMed] [Google Scholar] 15. Machado DG, Kaster MP, Binfaré RW, Dias M, Santos AR, Pizzolatti MG, Brighente IM, Rodrigues A.L. Антидепрессантный эффект экстракта листьев Schinusmolle L. у мышей: доказательства участия моноаминергической системы. Прог. Neuropsychopharmacol. Биол. Психиатрия. 2007. 31: 421–428. [PubMed] [Google Scholar] 16. Blanco MM, Costa CARA, Freire AO, Santos Jr JG, CostaM Нейроповеденческий эффект эфирного масла Cymbopogon citratus у мышей.Фитомедицина. 2009. 16: 265–270. [PubMed] [Google Scholar] 17. Бабич Д. Фитотерапия в лечении психических расстройств. Психиатр. Дунай. 2007; 19: 241–244. [PubMed] [Google Scholar] 18. Ахондзаде С., Малеки Дж. Фитопрепараты в лечении психических и неврологических расстройств. Иран. J. Психиатрия. 2006; 1: 1–11. [Google Scholar] 19. Эмамгореиши М., Хейдари-Хамедани Г. Седативно-снотворное действие экстрактов и эфирного масла семян кориандра. Иран. J. Med. Sci. 2006; 31: 22–27. [Google Scholar] 20.Хуанг Ф., Сюн Й., Сюй Л., Ма С., Доу С. Седативная и снотворная активность фракции этанола из Fructus schisandrae у мышей и крыс. J. Ethnopharmacol. 2007; 110: 471–475. [PubMed] [Google Scholar] 21. Эррера-Руис М., Гутьеррес С., Энрике Хименес-Феррер Дж., Торториелло Дж., Мирон Дж., Леон И. Этилацетатный экстракт из корней ипомоэстанса оказывает угнетающее действие на центральную нервную систему. J. Ethnopharmacol. 2007; 112: 243–247. [PubMed] [Google Scholar] 22. Алнамер Р., Алауи К., Буидида Э. Х., Бенжуад А., Черра И.Седативное и снотворное действие метанольных и водных экстрактов лаванды лекарственной из Марокко. Adv. Pharmacol. Sci. 2012: 1–5. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar] 23. Готтесманн С. Механизмы ГАМК и сон. Неврология. 2002; 111: 231–239. [PubMed] [Google Scholar] 24. Рахшанда Х., Хоссейни М., Долати К. Гипнотический эффект Rosa damascena у мышей. Иран. J. Pharm. Res. 2004; 3: 181–185. [Google Scholar] 25. Ракотонирина В.С., Бум Е.Н., Ракотонирина А., Бопелет М. Седативные свойства отвара корневища Cyperus articulatus.Фитотерапия. 2001; 72: 22–29. [PubMed] [Google Scholar]

Седативно-снотворные, антидепрессанты, ТЦА, антидепрессанты, Другое

  • [Рекомендации] Schutte-Rodin S, Broch L, Buysse D, Dorsey C, Sateia M. Клинические рекомендации по оценке и лечению хроническая бессонница у взрослых. Дж. Клин Сон Мед . 2008 15 октября. 4 (5): 487-504. [Медлайн]. [Полный текст].

  • Монтанья П., Гамбетти П., Кортелли П., Лугареси Э. Семейная и спорадическая фатальная бессонница. Ланцет Нейрол . 2003 марта 2 (3): 167-76. [Медлайн].

  • Сатейя MJ, Buysse DJ, Krystal AD, Neubauer DN, Heald JL. Руководство по клинической практике фармакологического лечения хронической бессонницы у взрослых: Руководство по клинической практике Американской академии медицины сна. Дж. Клин Сон Мед . 2017 15 февраля. 13 (2): 307-349. [Медлайн].

  • Edinger JD, Средство МК. Когнитивно-поведенческая терапия первичной бессонницы. Clin Psychol Ред. .2005 июл.25 (5): 539-58. [Медлайн].

  • Чессон А.Л. младший, Андерсон В.М., Литтнер М., Давила Д., Харце К., Джонсон С. и др. Параметры практики нефармакологического лечения хронической бессонницы. Отчет Американской академии медицины сна. Комитет по стандартам практики Американской академии медицины сна. Сон . 1999 15 декабря. 22 (8): 1128-33. [Медлайн].

  • Morgenthaler T, Kramer M, Alessi C, Friedman L, Boehlecke B, Brown T, et al.Параметры практики психологического и поведенческого лечения бессонницы: обновленная информация. Отчет американской академии медицины сна. Сон . 2006 г., 1. 29 (11): 1415-9. [Медлайн].

  • Сатейя MJ, Buysse DJ, Krystal AD, Neubauer DN, Heald JL. Руководство по клинической практике фармакологического лечения хронической бессонницы у взрослых: Руководство по клинической практике Американской академии медицины сна. Дж. Клин Сон Мед . 2017 15 февраля. 13 (2): 307-349.[Медлайн].

  • Американская академия медицины сна. ICSD2 — Международная классификация нарушений сна. Руководство по диагностике и кодированию . 2-й. Вестчестер, штат Иллинойс: Американская академия медицины сна; 2005. 1-32.

  • Купить DJ. Диагностика и классификация расстройств бессонницы. В кн .: Бессонница: принципы и управление. Szuba MP, Kloss JD, Dinges DF, Eds. Издательство Кембриджского университета, Кембридж, Великобритания, 2003 г., и др.

  • Чокроверты С.Медицина расстройств сна: фундаментальные науки, технические аспекты и клинические аспекты, 3-е издание, стр. 361. У. Б. Сондерс, Филадельфия и др.

  • Организация Гэллапа. Исследование привычек сна, проведенное Институтом Гэллапа . Принстон, штат Нью-Джерси: Организация Гэллапа; 1979.

  • Американская психиатрическая ассоциация. Диагностическое и статистическое руководство по психическим расстройствам . Пятое. Арлингтон, Вирджиния: Американская психиатрическая ассоциация; 2013.

  • Эдингер Дж. Д., Средство МК, Карни CE, Кристал AD. Нарушения психомоторной активности и их связь с предыдущим ночным сном у людей с первичной бессонницей. Сон . 2008 г., 1. 31 (5): 599-607. [Медлайн]. [Полный текст].

  • Zammit GK, Weiner J, Damato N, Sillup GP, McMillan CA. Качество жизни людей с бессонницей. Сон . 1999 г. 1. 22 Прил. 2: С379-85. [Медлайн].

  • Дейли М., Морен С.М., Леблан М., Грегуар Дж. П., Савар Дж.Экономическое бремя бессонницы: прямые и косвенные затраты для людей с синдромом бессонницы, симптомами бессонницы и хорошим сном. Сон . 2009 г. 1. 32 (1): 55-64. [Медлайн]. [Полный текст].

  • Национальные институты здравоохранения Заявление на научной конференции по проявлениям и лечению хронической бессонницы у взрослых, 13-15 июня 2005 г. Сон . 2005 г., 1. 28 (9): 1049-57. [Медлайн].

  • Смит М.Т., Хуанг М.И., Манбер Р.Когнитивно-поведенческая терапия хронической бессонницы, возникающей в контексте медицинских и психических расстройств. Clin Psychol Ред. . 2005 июл.25 (5): 559-92. [Медлайн].

  • Morin CM, Bootzin RR, Buysse DJ, Edinger JD, Espie CA, Lichstein KL. Психологическое и поведенческое лечение бессонницы: обновление последних данных (1998-2004). Сон . 2006 г., 1. 29 (11): 1398-414. [Медлайн].

  • Cheisler CA, Cajochen C, Turek FW.Мелатонин в регуляции сна и циркадных ритмов. Kryger MH, Roth T, Dement WC, ред. Принципы и практика медицины сна . Нью-Йорк: Макгроу-Хилл; 2000. 400-6.

  • Сапер CB, Скаммелл TE, Лу Дж. Гипоталамическая регуляция сна и циркадных ритмов. Природа . 2005 27 октября. 437 (7063): 1257-63. [Медлайн].

  • Saper CB, Chou TC, Scammell TE. Переключатель сна: гипоталамический контроль сна и бодрствования. Trends Neurosci . 2001 24 декабря (12): 726-31. [Медлайн].

  • Baumann CR, Bassetti CL. Гипокретины (орексины) и нарушения сна. Ланцет Нейрол . 2005 г., 4 (10): 673-82. [Медлайн].

  • Лу Дж, Греко Массачусетс. Схема сна и снотворный механизм препаратов ГАМК. Дж. Клин Сон Мед . 2006 15 апр. 2 (2): S19-26. [Медлайн].

  • Nutt D. GABAA рецепторы: подтипы, региональное распределение и функции. Дж. Клин Сон Мед . 2006 15 апреля. 2 (2): S7-11. [Медлайн].

  • Кристал А. Фармакологическое лечение: другие лекарства. Kryger MH, Roth T, Dement WC, ред. Принципы и практика медицины сна . 5-е изд. Сент-Луис, Миссури: Эльзевьер Сондерс; 2010. 916-30.

  • Дрейк CL и Рот Т. Предрасположенность к развитию бессонницы: доказательства, потенциальные механизмы и направления на будущее. Сон Мед Клин . 2006 г.1 (3): 333-350.

  • Нофцингер EA, Buysse DJ, Germain A, Price JC, Miewald JM, Kupfer DJ. Функциональные нейровизуализационные доказательства гипервозбуждения при бессоннице. Am J Psychiatry . 2004 ноябрь 161 (11): 2126-8. [Медлайн].

  • Капот MH, Аранд DL. 24-часовая скорость метаболизма у бессонниц и нормальных спящих. Сон . 1995 Сентябрь 18 (7): 581-8. [Медлайн].

  • Капот MH, Аранд DL. Использование кофеина как модели острой и хронической бессонницы. Сон . 1992 15 декабря (6): 526-36. [Медлайн].

  • Vgontzas AN, Bixler EO, ​​Lin HM, Prolo P, Mastorakos G, Vela-Bueno A, et al. Хроническая бессонница связана с никогемерной активацией оси гипоталамус-гипофиз-надпочечники: клинические последствия. Дж. Клин Эндокринол Метаб . 2001 август 86 (8): 3787-94. [Медлайн].

  • Lack LC, Gradisar M, Van Someren EJ, Wright HR, Lushington K. Взаимосвязь между бессонницей и температурой тела. Sleep Med Ред. . 2008 12 августа (4): 307-17. [Медлайн].

  • Шпильман А.Дж., Карузо Л.С., Гловинский ПБ. Поведенческий взгляд на лечение бессонницы. Psychiatr Clin North Am . 1987 декабрь 10 (4): 541-53. [Медлайн].

  • Крокер А., Сегал А. Генетический анализ сна. Genes Dev . 2010 15 июня. 24 (12): 1220-35. [Медлайн]. [Полный текст].

  • Rétey JV, Adam M, Khatami R, Luhmann UF, Jung HH, Berger W и др.Генетическая изменчивость гена рецептора аденозина A2A (ADORA2A) способствует индивидуальной чувствительности к влиянию кофеина на сон. Clin Pharmacol Ther . 2007 май. 81 (5): 692-8. [Медлайн].

  • Hamet P, Tremblay J. Генетика цикла сна-бодрствования и его нарушений. Метаболизм . 2006 Oct.55 (10 Suppl 2): ​​S7-12. [Медлайн].

  • Buhr A, Bianchi MT, Baur R, Courtet P, Pignay V, Boulenger JP, et al. Функциональная характеристика новой мутации человеческого рецептора GABA (A) beta3 (R192H). Хум Генет . 2002 августа 111 (2): 154-60. [Медлайн].

  • Монтанья П., Кортелли П., Тинупер П. и др. Смертельная семейная бессонница. Гийемино С., Монтанья П., Лугарези Е., Гамбетти П., редакторы. Фатальная семейная бессонница: наследственная прионная болезнь, сон и таламус . Нью-Йорк, Нью-Йорк: Raven Press; 1994. 1–14.

  • Гамбетти О., Медори П., Манетто В. и др. Семейная бессонница со смертельным исходом: прионная болезнь S с характерными гистопатологическими и генотипическими особенностями.Гийемино С., Монтанья П., Лугарези Е., Гамбетти П., редакторы. Фатальная семейная бессонница, наследуемая прионными болезнями, сон и таламус . Нью-Йорк, Нью-Йорк: Raven Press; 1994. 7–32.

  • Montagna P, Cortelli P, Avoni P, Tinuper P, Plazzi G, Gallassi R и др. Клинические особенности фатальной семейной бессонницы: фенотипическая изменчивость в зависимости от полиморфизма кодона 129 гена прионного белка. Мозговой патолог . 1998 июл.8 (3): 515-20. [Медлайн].

  • Goldfarb LG, Petersen RB, Tabaton M, Brown P, LeBlanc AC, Montagna P и др.Смертельная семейная бессонница и семейная болезнь Крейтцфельдта-Якоба: фенотип заболевания, определяемый полиморфизмом ДНК. Наука . 1992 30 октября, 258 (5083): 806-8. [Медлайн].

  • Скаравилли Ф., Кордери Р. Дж., Крецшмар Х., Гамбетти П., Бринк Б., Фриц В. и др. Спорадическая бессонница со смертельным исходом: тематическое исследование. Энн Нейрол . 2000 Октябрь, 48 (4): 665-8. [Медлайн].

  • Morin CM, Rodrigue S, Ivers H. Роль стресса, возбуждения и навыков совладания с первичной бессонницей. Психосом Мед . 2003 март-апрель. 65 (2): 259-67. [Медлайн].

  • Ford DE, Kamerow DB. Эпидемиологическое исследование нарушений сна и психических расстройств. Возможность для профилактики ?. ЯМА . 1989 15 сентября. 262 (11): 1479-84. [Медлайн].

  • Бессонница. Американская академия медицины сна. Международная классификация нарушений сна . 2-е изд. Вестчестер, Иллинойс: Американская академия медицины сна; 2005 г.1-31.

  • Тейлор Д.Дж., Мэллори Л.Дж., Лихштейн К.Л., Дурренс Х.Х., Ридель Б.В., Буш А.Дж. Коморбидность хронической бессонницы с проблемами со здоровьем. Сон . 2007 г., 1 февраля. 30 (2): 213-8. [Медлайн].

  • Джонсон Э. О., Рот Т., Шульц Л., Бреслау Н. Эпидемиология бессонницы DSM-IV в подростковом возрасте: распространенность в течение жизни, хроничность и возникающие гендерные различия. Педиатрия . 2006, февраль, 117 (2): e247-56. [Медлайн].

  • Охайон ММ.Эпидемиология бессонницы: что мы знаем и что нам еще предстоит узнать. Sleep Med Ред. . 2002 г., 6 (2): 97-111. [Медлайн].

  • Лю Ю., Уитон А.Г., Чепмен Д.П., Каннингем Т.Дж., Лу Х., Крофт Дж.Б. Распространенность здоровой продолжительности сна среди взрослых — США, 2014 г. MMWR Morb Mortal Wkly Rep . 2016 19 февраля. 65 (6): 137-41. [Медлайн].

  • Morin CM, LeBlanc M, Daley M, Gregoire JP, Mérette C. Эпидемиология бессонницы: распространенность, методы самопомощи, консультации и детерминанты обращения за помощью. Сон Мед . 2006 марта 7 (2): 123-30. [Медлайн].

  • Калем М., Бисла Дж., Бегум А., Дьюи М., Беббингтон П.Е., Бругха Т. и др. Повышенная распространенность бессонницы и изменения в использовании снотворных в Англии за 15 лет: анализ национальных обследований психиатрической заболеваемости 1993, 2000 и 2007 годов. Сон . 2012 г. 1. 35 (3): 377-84. [Медлайн]. [Полный текст].

  • Zhang B, Wing YK. Половые различия при бессоннице: метаанализ. Сон .2006 г., 1. 29 (1): 85-93. [Медлайн].

  • Kravitz HM, Ganz PA, Bromberger J, Powell LH, Sutton-Tyrrell K, Meyer PM. Проблемы со сном у женщин среднего возраста: общественное обследование сна и менопаузального перехода. Менопауза . 2003 янв-фев. 10 (1): 19-28. [Медлайн].

  • Strine TW, Chapman DP, Ahluwalia IB. Проблемы, связанные с менструацией, и психологический стресс среди женщин в Соединенных Штатах. J Womens Health (Larchmt) .2005 Май. 14 (4): 316-23. [Медлайн].

  • Ruiter ME, DeCoster J, Jacobs L, Lichstein KL. Расстройства сна у афроамериканцев и кавказских американцев: метаанализ. Behav Sleep Med . 2010. 8 (4): 246-59. [Медлайн].

  • Монане М. Бессонница у пожилых людей. Дж. Клиническая психиатрия . 1992 июн 53 Дополнение: 23-8. [Медлайн].

  • Кристалл AD. Лечение бессонницы для здоровья, качества жизни и функциональных нарушений. Дж. Клин Сон Мед . 2007 15 февраля. 3 (1): 63-72. [Медлайн].

  • Chien KL, Chen PC, Hsu HC, Su TC, Sung FC, Chen MF и др. Привычная продолжительность сна и бессонница, а также риск сердечно-сосудистых событий и смерти от всех причин: отчет когорты сообщества. Сон . 2010 г., 1. 33 (2): 177-84. [Медлайн]. [Полный текст].

  • Филлипс Б., Бузкова П., Энрайт П. Бессонница в исследовании сердечно-сосудистой системы не предсказывала случаев возникновения гипертонии у пожилых людей. Сон . 2009 г. 1. 32 (1): 65-72. [Медлайн]. [Полный текст].

  • Gangwisch JE, Heymsfield SB, Boden-Albala B, Buijs RM, Kreier F, Pickering TG, et al. Короткая продолжительность сна как фактор риска гипертонии: анализ первого Национального исследования здоровья и питания. Гипертония . 2006 май. 47 (5): 833-9. [Медлайн].

  • Gottlieb DJ, Redline S, Nieto FJ, Baldwin CM, Newman AB, Resnick HE, et al. Связь обычной продолжительности сна с гипертонией: исследование здоровья сердца во сне. Сон . 2006 1 августа 2006 г. 29 (8): 1009-14. [Медлайн].

  • Вгонцас А.Н., Ляо Д., Бикслер Э.О., Хрусос Г.П., Вела-Буэно А. Бессонница с объективной короткой продолжительностью сна связана с высоким риском гипертонии. Сон . 2009 г. 1. 32 (4): 491-7. [Медлайн]. [Полный текст].

  • Lanfranchi PA, Pennestri MH, Fradette L, Dumont M, Morin CM, Montplaisir J. Кровяное давление в ночное время у нормотензивных субъектов с хронической бессонницей: последствия для сердечно-сосудистого риска. Сон . 2009 г., 1. 32 (6): 760-6. [Медлайн]. [Полный текст].

  • Knutson KL, Van Cauter E, Rathouz PJ, Yan LL, Hulley SB, Liu K и др. Связь между сном и артериальным давлением в среднем возрасте: исследование сна CARDIA. Arch Intern Med . 2009 г. 8 июня. 169 (11): 1055-61. [Медлайн]. [Полный текст].

  • Baglioni C, Battagliese G, Feige B, Spiegelhalder K, Nissen C, Voderholzer U, et al. Бессонница как предиктор депрессии: метааналитическая оценка продольных эпидемиологических исследований. J Влияет на Disord . 2011 декабрь 135 (1-3): 10-9. [Медлайн].

  • Охайон М.М., Рот Т. Место хронической бессонницы в течении депрессивных и тревожных расстройств. J Psychiatr Res . 2003 янв-фев. 37 (1): 9-15. [Медлайн].

  • Чессон А. Младший, Харце К., Андерсон В. М., Давила Д., Джонсон С., Литтнер М. и др. Параметры практики для оценки хронической бессонницы. Отчет Американской академии медицины сна. Комитет по стандартам практики Американской академии медицины сна. Сон . 2000 15 марта. 23 (2): 237-41. [Медлайн].

  • Натале В., Плацци Г., Мартони М. Актиграфия в оценке бессонницы: количественный подход. Сон . 2009 г., 1. 32 (6): 767-71. [Медлайн]. [Полный текст].

  • Morin CM, Hauri PJ, Espie CA, Spielman AJ, Buysse DJ, Bootzin RR. Нефармакологическое лечение хронической бессонницы. Обзор Американской академии медицины сна. Сон . 1999 15 декабря. 22 (8): 1134-56.[Медлайн].

  • Джейкобс Г.Д., Пейс-Шотт Э.Ф., Стикголд Р., Отто М.В. Когнитивно-поведенческая терапия и фармакотерапия бессонницы: рандомизированное контролируемое исследование и прямое сравнение. Arch Intern Med . 2004, 27 сентября. 164 (17): 1888-96. [Медлайн].

  • Ирвин MR, Коул JC, Nicassio PM. Сравнительный метаанализ поведенческих вмешательств при бессоннице и их эффективности у взрослых среднего возраста и у пожилых людей старше 55 лет. Психология здоровья .2006 25 января (1): 3-14. [Медлайн].

  • Манбер Р., Эдингер Дж. Д., Гресс Дж. Л., Сан-Педро-Сальседо М. Г., Куо Т. Ф., Калиста Т. Когнитивно-поведенческая терапия бессонницы улучшает исход депрессии у пациентов с сопутствующим большим депрессивным расстройством и бессонницей. Сон . 2008 г., 1. 31 (4): 489-95. [Медлайн]. [Полный текст].

  • Edinger JD, Wohlgemuth WK, Radtke RA, Coffman CJ, Carney CE. Доза-ответ эффекты когнитивно-поведенческой терапии бессонницы: рандомизированное клиническое испытание. Сон . 2007, 1 февраля. 30 (2): 203-12. [Медлайн].

  • Buysse DJ, Germain A, Moul DE, et al. Эффективность краткосрочного поведенческого лечения хронической бессонницы у пожилых людей. Arch Intern Med . 2011 г. 23 мая. 171 (10): 887-95. [Медлайн]. [Полный текст].

  • Morin CM, Beaulieu-Bonneau S, LeBlanc M, Savard J. Самопомощь при бессоннице: рандомизированное контролируемое исследование. Сон . 2005 г., 1. 28 (10): 1319-27. [Медлайн].

  • Sivertsen B, Omvik S, Pallesen S, Bjorvatn B, Havik OE, Kvale G, et al. Когнитивно-поведенческая терапия против зопиклона для лечения хронической первичной бессонницы у пожилых людей: рандомизированное контролируемое исследование. ЯМА . 2006, 28 июня. 295 (24): 2851-8. [Медлайн].

  • Morin CM, Vallieres A, Guay B, Ivers H, Savard J, Merette C и др. Когнитивно-поведенческая терапия при стойкой бессоннице, отдельно или в сочетании с лекарствами. ЯМА .20 мая 2009. 301 (19): 2005-15.

  • Krystal AD, Walsh JK, Laska E, Caron J, Amato DA, Wessel TC и др. Устойчивая эффективность эзопиклона в течение 6 месяцев ночного лечения: результаты рандомизированного двойного слепого плацебо-контролируемого исследования у взрослых с хронической бессонницей. Сон . 2003 г., 1. 26 (7): 793-9. [Медлайн].

  • Walsh JK, Krystal AD, Amato DA, Rubens R, Caron J, Wessel TC и др. Ночное лечение первичной бессонницы эзопиклоном в течение шести месяцев: влияние на сон, качество жизни и ограничения в работе. Сон . 2007 1 августа 2007 г. 30 (8): 959-68. [Медлайн]. [Полный текст].

  • Рот Т., Уолш Дж. К., Кристал А., Вессель Т., Рорс Т. А.. Оценка эффективности и безопасности эзопиклона в течение 12 месяцев у пациентов с хронической первичной бессонницей. Сон Мед . 2005 г., 6 (6): 487-95. [Медлайн].

  • Krystal AD, Erman M, Zammit GK, Soubrane C, Roth T. Долгосрочная эффективность и безопасность золпидема с пролонгированным высвобождением 12,5 мг, вводимого от 3 до 7 ночей в неделю в течение 24 недель, у пациентов с хронической первичной бессонницей: a 6-месячное рандомизированное двойное слепое плацебо-контролируемое многоцентровое исследование в параллельных группах. Сон . 2008 г., 1. 31 (1): 79-90. [Медлайн]. [Полный текст].

  • Джеффри С. FDA рекомендует снизить дозу золпидема перед сном. Медицинские новости Medscape. 10 января 2013 г. Доступно по адресу http://www.medscape.com/viewarticle/777431. Доступ: 16 января 2013 г.

  • Сообщение FDA по безопасности лекарств: Риск ухудшения состояния на следующее утро после использования лекарств от бессонницы; FDA требует более низких рекомендуемых доз для некоторых препаратов, содержащих золпидем (Ambien, Ambien CR, Edluar и ZolpiMist).Управление по санитарному надзору за качеством пищевых продуктов и медикаментов США. Доступно на http://www.fda.gov/Drugs/DrugSafety/ucm334033.htm. Доступ: 10 января 2013 г.

  • Джеффри С. Изменения на этикетке FDA для продуктов золпидема. Медицинские новости Medcape . 14 мая 2013 г. [Полный текст].

  • Моргенталер Т.И., Зильбер М.Х. Расстройство пищевого поведения, связанное с амнестическим сном, связанное с золпидемом. Сон Мед . 2002 июл.3 (4): 323-7. [Медлайн].

  • Чанг А., Кристал А.Отчет о двух случаях, когда связанное со сном пищевое поведение имело место при использовании препарата с пролонгированным высвобождением, но не при использовании препарата с немедленным высвобождением седативно-снотворного средства. Дж. Клин Сон Мед . 2008 15 апреля. 4 (2): 155-6. [Медлайн]. [Полный текст].

  • Roehrs TA, Randall S, Harris E, Maan R, Roth T. Двенадцать месяцев ночного приема золпидема не приводят к увеличению дозы: проспективное плацебо-контролируемое исследование. Сон . 2011 г. 1. 34 (2): 207-12. [Медлайн].[Полный текст].

  • Дайвиго (лемборексант) [вкладыш в упаковке]. Озеро Вудклифф, Нью-Джерси: Eisai Inc., декабрь 2019 г. Доступно на [Полный текст].

  • Zammit G, Erman M, Wang-Weigand S, Sainati S, Zhang J, Roth T. Оценка эффективности и безопасности рамелтеона у субъектов с хронической бессонницей. Дж. Клин Сон Мед . 2007 15 августа. 3 (5): 495-504. [Медлайн]. [Полный текст].

  • Zammit G, Wang-Weigand S, Rosenthal M, Peng X.Влияние рамелтеона на ночной баланс у пожилых людей с хронической бессонницей. Дж. Клин Сон Мед . 2009 15 февраля. 5 (1): 34-40. [Медлайн]. [Полный текст].

  • Mayer G, Wang-Weigand S, Roth-Schechter B, Lehmann R, Staner C, Partinen M. Эффективность и безопасность 6-месячного ночного введения рамелтеона у взрослых с хронической первичной бессонницей. Сон . 2009 г. 1. 32 (3): 351-60. [Медлайн]. [Полный текст].

  • Рот Т., Хейт Дурренс Х., Йохельсон П., Петерсон Г., Лудингтон Е., Роговски Р. и др.Эффективность и безопасность доксепина 6 мг на модели преходящей бессонницы. Сон Мед . 2010 октября, 11 (9): 843-7. [Медлайн].

  • Krystal AD, Durrence HH, Scharf M, Jochelson P, Rogowski R, Ludington E, et al. Эффективность и безопасность доксепина 1 мг и 3 мг в 12-недельной лаборатории сна и амбулаторных испытаниях пожилых людей с хронической первичной бессонницей. Сон . 2010 ноябрь 33 (11): 1553-61. [Медлайн]. [Полный текст].

  • Чжан Д., Таширо М., Сибуя К. и др.Остаточный седативный эффект на следующий день после ночного приема безрецептурного антигистаминного средства для сна, дифенгидрамина, измеренный с помощью позитронно-эмиссионной томографии. J Clin Psychopharmacol. 2010 Dec; 30 (6): 694 … Чжан Д., Таширо М., Сибуя К. и др. Остаточный седативный эффект на следующий день после ночного приема безрецептурного антигистаминного средства для сна, дифенгидрамина, измеренный с помощью позитронно-эмиссионной томографии. J Clin Psychopharmacol. 2010 декабрь; 30 (6): 694-701.

  • Бжезинский А., Вангель М.Г., Вуртман Р.Дж., Норри Г., Жданова И., Бен-Шушан А. и др.Влияние экзогенного мелатонина на сон: метаанализ. Sleep Med Ред. . 2005 Февраль 9 (1): 41-50. [Медлайн].

  • Бушеми Н., Вандермейер Б., Хутон Н., Пандья Р., Тьосволд Л., Хартлинг Л. и др. Эффективность и безопасность экзогенного мелатонина при вторичных нарушениях сна и нарушениях сна, сопровождающих ограничение сна: метаанализ. BMJ . 2006 18 февраля. 332 (7538): 385-93. [Медлайн]. [Полный текст].

  • Wade AG, Ford I, Crawford G и др.Ночное лечение первичной бессонницы мелатонином с пролонгированным высвобождением в течение 6 месяцев: рандомизированное плацебо-контролируемое исследование возраста и эндогенного мелатонина как предикторов эффективности и безопасности. BMC Med. 2010 16 августа; 8 … Wade AG, Ford I, Crawford G и др. Ночное лечение первичной бессонницы мелатонином с пролонгированным высвобождением в течение 6 месяцев: рандомизированное плацебо-контролируемое исследование возраста и эндогенного мелатонина как предикторов эффективности и безопасности. BMC Med. 2010 16 августа; 8:51. Полный текст: http: //www.biomedcentral.com / 1741-7015 / 8/51.

  • Ронданелли М., Опицци А., Монтеферрарио Ф, Антониелло Н., Манни Р., Клерси С. Влияние мелатонина, магния и цинка на первичную бессонницу у пациентов учреждений длительного ухода в Италии: двойной слепой, контролируемый плацебо клиническое испытание. Дж. Ам Гериатр Соц . 2011 Январь 59 (1): 82-90. [Медлайн].

  • Бент С., Падула А., Мур Д. Валериан для сна: систематический обзор и метаанализ. Am J Med .Декабрь 2006. 119 (12): 1005-12.

  • Fernández-San-Martín MI, Masa-Font R, Palacios-Soler L, Sancho-Gómez P, Calbó-Caldentey C, Flores-Mateo G. Эффективность валерианы при бессоннице: метаанализ рандомизированных плацебо-контролируемых исследований . Сон Мед . 2010 июн.11 (6): 505-11. [Медлайн].

  • Таавони С., Экбатани Н., Кашаниян М., Хагани Х. Влияние валерианы на качество сна у женщин в постменопаузе: рандомизированное плацебо-контролируемое клиническое исследование. Менопауза . 2011 Сентябрь 18 (9): 951-5. [Медлайн].

  • Meolie AL, Rosen C, Kristo D, Kohrman M, Gooneratne N, Aguillard RN, et al. Пероральное безрецептурное лечение бессонницы: оценка продуктов с ограниченными доказательствами. Дж. Клин Сон Мед . 2005 15 апреля. 1 (2): 173-87. [Медлайн].

  • Sun JL, Sung MS, Huang MY, Cheng GC, Lin CC. Эффективность точечного массажа для пациентов учреждений длительного ухода с бессонницей: рандомизированное контролируемое исследование. Интер Дж. Нурс Стад . 2010 Июль 47 (7): 798-805. [Медлайн].

  • Anderson, P. FDA одобряет новое устройство от бессонницы. Медицинские новости Medscape. Доступно на http://www.medscape.com/viewarticle/864509. 8 июня 2016 г .; Дата обращения: 9 июня 2016 г.

  • Анколи-Исраэль С., Мартин Дж. Л.. Бессонница и дневной сон у пожилых людей. Дж. Клин Сон Мед . 15 июля 2006 г. 2 (3): 333-42. [Медлайн].

  • Kryger M, Monjan A, Bliwise D, Ancoli-Israel S.Сон, здоровье и старение. Преодоление разрыва между наукой и клинической практикой. Гериатрия . 2004 г., январь 59 (1): 24-6, 29-30. [Медлайн].

  • Лю Л. и Анколи-Исраэль С. Бессонница у пожилых людей. Сон Мед Клин . 2006. 1 (3): 409-422.

  • Рид К.Дж., Барон К.Г., Лу Б., Нейлор Э., Вулф Л., Зи П.С. Аэробные упражнения улучшают сон и качество жизни пожилых людей, страдающих бессонницей. Сон Мед . 2010 Октябрь.11 (9): 934-40. [Медлайн]. [Полный текст].

  • [Руководство] Американская академия медицины сна. Пять вещей, о которых должны спрашивать врачи и пациенты. Мудрый выбор. Доступно на http://www.aabb.org/pbm/Documents/Choosing-Wisely-Five-Things-PhysICAL-and-Patients-Should-Question.pdf. 2 декабря 2014 г .; Доступ: 1 августа 2016 г.

  • Mukherjee S, Patel SR, Kales SN, Ayas NT, Strohl KP, Gozal D, et al. Официальное заявление Американского торакального общества: важность здорового сна.Рекомендации и приоритеты на будущее. Am J Respir Crit Care Med . 2015 15 июня. 191 (12): 1450-8. [Медлайн].

  • Lowes, R. FDA одобряет новый вид снотворного суворексанта (Belsomra). Медицинские новости Medscape. Доступно на http://www.medscape.com/viewarticle/829893. Доступ: 16 августа 2014 г.

  • Brooks M. FDA снизило начальную дозу эзопиклона (Lunesta) вдвое. Медицинские новости Medscape . 15 мая 2014 г. [Полный текст].

  • Антидепрессантов для лечения бессонницы у пациентов с депрессией — Клинические запросы FPIN

    1.Бенка Р.М., Обермейер WH, Тистед Р.А., Gillin JC. Сон и психические расстройства. Метаанализ. Arch Gen Psychiatry . 1992; 49 (8): 651–668 ….

    2. Wilson S, Аргиропулос С. Антидепрессанты и сон: качественный обзор литературы. Наркотики . 2005. 65 (7): 927–947.

    3. Винокур А, Гэри К.А., Роднер С, Рэй-Ред С, Фернандо А.Т., Сзуба МП. Депрессия, физиология сна и антидепрессанты. Подавить тревогу . 2001. 14 (1): 19–28.

    4. Гурски Ю.Т., Krahn LE. Влияние антидепрессантов на сон: обзор. Harv Rev Psychiatry . 2000. 8 (6): 298–306.

    5. Mayers AG, Болдуин Д.С. Антидепрессанты и их влияние на сон. Человек Психофармакол . 2005. 20 (8): 533–559.

    6. Посуда JC. Трициклические антидепрессанты в лечении бессонницы. J Clin Psychiatry .1983; 44 (9 пт 2): 25–28.

    7. Цучияма К., Нагаяма Х, Кудо К, Кодзима К, Ямада К. Расхождение между субъективным и объективным сном у больных депрессией. Психиатрическая клиника Neurosci . 2003. 57 (3): 259–264.

    8. Шютте-Роден С, Брош L, Купить D, Дорси С, Сатея М. Клинические рекомендации по оценке и лечению хронической бессонницы у взрослых. J Clin Sleep Med .2008. 4 (5): 487–504.

    9. Казим А, Снег V, Денберг Т.Д., Forciea MA, Оуэнс Д.К. Подкомитет по оценке клинической эффективности Американского колледжа врачей. Использование антидепрессантов второго поколения для лечения депрессивных расстройств: руководство по клинической практике Американского колледжа врачей [опубликованное исправление опубликовано в Ann Intern Med. 2009; 150 (2): 148]. Энн Интерн Мед. . 2008. 149 (10): 725–733.

    Снотворные — обзор | Темы ScienceDirect

    Остаточные эффекты

    Все снотворные обладают в значительной степени сопоставимыми фармакодинамическими эффектами, но они существенно различаются по своим фармакокинетическим профилям.Как следствие, когнитивные проблемы, связанные с их использованием в клинической практике, различаются в основном количеством (то есть величиной и продолжительностью), а не качеством. Снотворные предназначены для приема перед сном и быстро вызывают сонливость и седативный эффект. В идеале эти эффекты должны сохраняться в течение всего периода сна, но не должны больше проявляться после пробуждения утром. К сожалению, для многих лекарств это не так (см. Обзор Vermeeren, 2004). Результаты экспериментальных исследований работоспособности показывают, что снотворные могут ухудшать психомоторные характеристики, внимание и память на следующий день после приема перед сном.Эпидемиологические исследования подтверждают, что эти эффекты снижают качество жизни пациентов и увеличивают риск несчастных случаев, таких как падения, переломы бедра и дорожно-транспортные происшествия. Как экспериментальные, так и эпидемиологические исследования показывают, что повышенный риск зависит от факторов, связанных с лечением, таких как лекарство, доза, время после приема и частота приема, а также от факторов, связанных с пациентом, таких как возраст и пол.

    Некоторые снотворные доступны в дозах, которые не вызывают или имеют минимальные остаточные эффекты на следующий день.Итак, наиболее эффективный способ минимизировать риски несчастных случаев, связанных с использованием снотворных, — это назначить безопасную альтернативу. Однако, если использование снотворного без клинически значимых остаточных эффектов невозможно, пациенты должны быть, по крайней мере, должным образом проинформированы о продолжительности и тяжести остаточных эффектов, чтобы иметь возможность соответствующим образом скорректировать свое поведение. Информацию о продолжительности и тяжести остаточных эффектов лучше всего получить из экспериментальных исследований с использованием объективных тестов производительности, которые достоверно измеряют вызванные лекарствами изменения в дневной деятельности.Было проведено множество исследований, чтобы определить, оказывает ли конкретная доза препарата влияние на работоспособность, отличное от плацебо. Однако различия в используемых методологиях очень затрудняют сравнение исследований.

    Несколько тестов эффективности применялись последовательно в течение нескольких лет, что позволило получить сопоставимые данные о влиянии различных лекарств и доз. Одним из таких тестов является тест по вождению по шоссе, который был стандартизирован в начале 1980-х годов (O’Hanlon, 1984) и впоследствии использовался в более чем 75 исследованиях.Тест развился на основе исследований усталости водителей, проведенных в Соединенных Штатах в начале 1970-х годов. В нем участвуют субъекты, управляющие автомобилем со специальными приборами по основной магистрали протяженностью 100 км (61 миля), сохраняя при этом постоянную скорость и устойчивое поперечное положение между границами полосы с более медленным движением (рис. 1).

    Рис. 1. Тест на вождение по шоссе, используемый в экспериментальных исследованиях для оценки остаточного воздействия снотворных средств на ходовые качества. (а) Субъекты едут на специально оборудованном транспортном средстве по 100-километровой основной автомагистрали в нормальном движении в сопровождении инструктора по вождению, имеющего доступ к двойному управлению.Им предписывается ехать по возможности прямо посреди более медленной (правой) полосы движения с постоянной скоростью 95 км / ч. (b) Камера на крыше автомобиля непрерывно регистрирует поперечное положение автомобиля на дороге по отношению к левой полосе движения. (c) Стандартное отклонение поперечного положения (SDLP в сантиметрах) является показателем ошибки отслеживания дороги или «переплетения». Это высоконадежный показатель индивидуальных способностей вождения (средняя корреляция между тестами и повторными тестами составляет 0,85), и он оказался чувствительным к действию многих седативных препаратов, включая низкие дозы алкоголя.

    Субъекты находятся под наблюдением лицензированного инструктора по вождению, имеющего доступ к двойному управлению. Скорость и поперечное положение относительно разметки полосы движения непрерывно записываются в течение 1-часового проезда устройством на борту транспортного средства. После завершения теста из данных выводятся несколько параметров, включая основной параметр производительности, стандартное отклонение бокового положения (SDLP, в сантиметрах). SDLP можно интерпретировать как индекс ошибки плетения или отслеживания дороги. Это надежный показатель индивидуальных результатов вождения (корреляция между тестами и ретестами колеблется от 0 до 0).От 7 до 0,9) и оказалась чувствительной ко многим седативным препаратам (см., Ramaekers, 2003; Theunissen et al., 2009; Vermeeren 2004, Vermeeren et al., 2009).

    Тест, откалиброванный для воздействия алкоголя в исследовании замкнутого цикла, в котором 24 человека, употребляющего алкоголь в обществе, были протестированы трезвыми и после контролируемого употребления алкоголя, повышающих концентрацию алкоголя в крови (БАК) с шагом 0,3 мг / мл до максимального значения 1,2 мг / мл ( Louwerens et al., 1987). В соответствии с установленной взаимосвязью между BAC и риском аварии, связь между BAC и SDLP оказалась экспоненциальной функцией.Основываясь на этой зависимости, BAC 0,5, 0,8 и 1,0 мг / мл были связаны со средними изменениями SDLP на 2,4, 4,2 и 5,1 см. Таким образом, средние изменения в характеристиках вождения под действием снотворных можно сравнить с изменениями, связанными с BAC в различных пределах, которые считаются законными в разных странах.

    На рис. 2 показаны результаты 12 исследований, в которых использовались сопоставимые процедуры для оценки остаточного воздействия снотворных средств на ходовые качества на следующее утро. В пяти исследованиях оценивали остаточные эффекты после двух ночей лечения снотворными у женщин, жалующихся на бессонницу и ранее принимавших снотворные.В других исследованиях тестирование проводилось с участием здоровых субъектов обоих полов или после одной ночи лечения. Во всех исследованиях тесты на вождение проводились утром между 10 и 11 часами после приема. В шести исследованиях второй тест по вождению проводился во второй половине дня, между 16 и 17 часами после приема препарата перед сном. Эффекты золпидема, зопиклона и залеплона также оценивали после приема этих препаратов посреди ночи, то есть за 4 или 5 ч до тестирования.

    Рис. 2. Остаточное влияние снотворных на производительность в стандартизированном тесте на вождение по шоссе между 10 и 11 часами после приема препарата перед сном. Эффекты на SDLP (в сантиметрах) представлены как средние изменения по сравнению с плацебо. Указаны снотворные дозы (в миллиграммах) и состав (колпачки, капсулы; таблетки, таблетки) флунитразепама (FLN), флуразепама (FLU), габоксадола (GBX), лорметазепама (LMT), лопразолама (LOP), нитразепама (NIT). , оксазепам (OXA), секобарбитал (SEC), темазепам (ТЕМ), залеплон (ZAL), золпидем (ZPD) и зопиклон (ZOP).Звездочки указывают на достоверные ( p & lt; 0,05) отличия от плацебо. Пунктирными линиями показаны эквивалентные эффекты алкоголя на SDLP, в то время как концентрации алкоголя в крови составляют 0,5, 0,8 и 1,0 мг / мл, как измерено Louwerens et al. (1987).

    Наиболее серьезные остаточные эффекты были обнаружены для флуразепама 30 мг и лопразолама 2 мг. Средняя степень нарушения была хуже, чем у пациентов с БАХ 1,0 мг / мл утром и эквивалентно 0,8 мг / мл днем.Лекарства, которые имели остаточные эффекты утром, эквивалентные BAC от 0,5 до 0,8 мг / мл, были нитразепам 10 мг, флунитразепам 2 мг, зопиклон 7,5 мг, оксазепам 50 мг и лорметазепам 2 мг (капсулы). Остаточные эффекты быстро исчезали со временем для снотворных с коротким и промежуточным периодом полувыведения (зопиклон 7,5 мг, лорметазепам 2 мг и оксазепам 50 мг), но оставались значительными или даже увеличивались для снотворных с длительным периодом полувыведения (флунитразепам 2 мг и нитразепам 10). мг соответственно). Лекарства, которые не имели значимых остаточных эффектов утром и днем, включали залеплон 10 и 20 мг, золпидем 10 мг, лорметазепам 1 мг (капсулы), темазепам 20 мг (мягкие желатиновые капсулы) и нитразепам 5 мг.В таблице 1 суммированы эффекты снотворных доз в разное время после введения, классифицированные как маловероятные, незначительные (сравнимые с BAC <0,5 мг / мл), умеренные (сравнимые с BAC от 0,5 до 0,8 мг / мл) и тяжелые (сравнимые с BAC. > 0,8 мг / мл). Подробнее см. Vermeeren (2004).

    Таблица 1. Классификация остаточных эффектов снотворных

    77 Маловероятно 15 1578 1578 61 триазолам Сильно Сильно Сильно Сильно Сильно Сильно 15 15 15 15 Умеренное

    7 1515

    Лекарственное средство Доза (мг) Время после приема перед сном
    4-8 ч (2 и половина ночи) 8-12 часов (утро) 12-16 часов (полдень) 16-22 часа (вечер)
    залеплон 10 Маловероятно Маловероятно Маловероятно залеплон 20 Маловероятно Маловероятно Маловероятно Маловероятно
    золпидем 10 9778 Умеренно 15157815 Маловероятно Маловероятно Маловероятно Маловероятно5 Умеренно Маловероятно Маловероятно Маловероятно
    temazepam SGC 20 Умеренно Маловероятно Маловероятно Маловероятно Маловероятно Маловероятно Маловероятно Маловероятно Маловероятно Маловероятно Маловероятно Маловероятно Маловероятно Маловероятно Маловероятно
    Лорметазепам в капсулах 1 Умеренно Маловероятно Маловероятно Маловероятно
    мидазолам 15 Тяжелая Незначительная Маловероятно Маловероятно
    temazepam HGC 30 97778 Тяжелая Маловероятно Незначительная 0.25 Серьезная Незначительная Маловероятно Маловероятно
    золпидем 20 Тяжелая Незначительная Маловероятно Умеренно Маловероятно Маловероятно
    лопразолам 1 Тяжелое Умеренное Маловероятно Маловероятно 61 61
    flunitrazepam Сильно Сильно Сильно Сильно триазолам 0.5 Тяжелая Умеренная Маловероятно Маловероятно
    зопиклон 7,5 Тяжелая Умеренная Маловероятно Маловероятно Маловероятно Маловероятно
    Незначительное Маловероятно или незначительно
    флунитразепам 2 Серьезное Умеренное От незначительного до умеренного Незначительное Незначительное Незначительное
    Незначительное Умеренная Умеренная
    флуразепам 15 Тяжелая Умеренная Умеренная Умеренная
    Тяжелая Тяжелая Тяжелая Тяжелая Тяжелая 8 Умеренная
    лопразолам 2 Тяжелая Тяжелая Тяжелая Умеренная

    Источник: Vermeeren (2004).

    На рисунке не показаны результаты исследования, сравнивающего остаточные эффекты триазолама 0,5 мг, мидазолама 15 мг и темазепама 20 мг (в мягких желатиновых капсулах) после дневного сна у сменных рабочих. Результаты несопоставимы с результатами других исследований, поскольку процедуры различались: экзамен по вождению проводился во второй половине дня, между 7,5 и 8,5 часами после утреннего приема лекарств или плацебо. Тем не менее, результаты подтвердили предыдущие результаты, предполагающие, что 20 мг темазепама вряд ли окажут остаточное действие при вождении.Напротив, 0,5 мг триазолама вызывал остаточное нарушение, эквивалентное BAC более 1,0 мг / мл после первой обработки и эквивалентно BAC 0,8 мг / мл после пятой обработки подряд. Мидазолам 15 мг оказал незначительное влияние на пятый день лечения, но не оказал никакого эффекта в первый день.

    Эффекты у пожилых людей и пациентов с бессонницей недавно были изучены (Leufkens et al., 2009b, c; Leufkens and Vermeeren, 2009). Используя тот же тест и методы, они обнаружили, что тяжесть остаточных эффектов в группах среднего и старшего возраста (до 75 лет) сопоставима с таковыми у молодых людей.Темазепам 20 мг не оказывал остаточных эффектов на управление транспортными средствами у пожилых людей, тогда как эффекты зопиклона 7,5 мг в той же группе были сопоставимы с эффектами, обнаруженными у молодых добровольцев (Leufkens and Vermeeren, 2009). Кроме того, эти исследователи обнаружили, что зопиклон 7,5 мг оказывал умеренно тяжелые остаточные эффекты при вождении у пациентов с бессонницей, которые не принимали снотворные на регулярной основе (Leufkens et al., 2009b). Было обнаружено, что эффекты у бессонницей, хронически употребляющих снотворные, немного уменьшились, но все же были значительными.

    Добавить комментарий

    Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *