Русские феминистки: «Феминистками не рождаются» Краткий гид по современному феминизму в России: Общество: Россия: Lenta.ru

Содержание

Что такое феминизм в России? — Журнал

Журналист и литературный критик Анна Наринская коротко излагает историю феминистского движения, чтобы объяснить, почему в России его толком не было и до сих пор нет.

Термин feminist появился в английском языке в 80-е годы XIX века и обозначал женщин и мужчин, поддерживающих идею юридического и политического равноправия полов. Это, разумеется, не значит, что мысль, которая сегодня квалифицировалась бы как «феминистская», не существовала и не развивалась до этого времени. Например, моя «любимая», если можно так выразиться, феминистка − Афра Бен: английская писательница, драматург и авантюристка эпохи Реставрации. В эссе «Собственная комната» − важнейшем тексте о женщине и литературе, точнее, о женщине и слове − Вирджиния Вулф пишет о ней как об одной из первых женщин-писательниц, чей голос был услышан и распознан именно как женский.

Расцветом феминистской мысли считают конец 1960-х − 70-е − начало 80-х. Именно тогда феминистские дискуссии на Западе окончательно вышли из предоставленного им маргинального загона и стали рассматриваться как дискуссии о состоянии общества и мысли вообще. Работы этого времени, кстати, − первые теоретические феминистские тексты, которые стали известны в нашей стране среди, ну скажем так, людей, стремящихся к знанию (о выдержках из Коллонтай и Крупской я сейчас не говорю). Это связано с тем, что на волне настигшего многих в девяностые интереса к новой французской философии до нас вместе с Фуко и Бодрийяром дошли работы Юлии Кристевой с ее соображениями о «мужском контроле над языком».

Этот бум феминистских дискуссий в конце шестидесятых привел к тому, что сформировалась теория (а на деле − смешение теорий) радикального феминизма. Радикальный феминизм рассматривает (и оспаривает) женскую позицию не только в общественной и политической жизни, но и во всех остальных сферах, включая жизнь интимную. Одно из самых растиражированных утверждений радикального феминизма «личное есть политическое» вполне точно суммирует его суть. Вся история такого важнейшего для США феномена, как sexual harassment (то есть определение, что есть сексуальное домогательство, и решение о том, что оно должно быть наказуемо), − итог признания обществом ценности этих мыслей.

«Радикальным» этот вид феминизма оказывается в соотношении с двумя феминистскими течениями, сформировавшимися задолго до него, − либеральным и марксистским.

Либеральный феминизм сосредотачивается на требованиях всяческого равноправия в общественной жизни. Для меня главное имя в либеральном феминизме − мужское. Это имя Джона Стюарта Милля, важнейшего философа XIX века, одного из основоположников философии либерализма. Для него свобода женщины была частью развиваемой им концепции индивидуальной свободы.

В 1869 году Милль выпустил работу «Подчиненность женщины», в которой утверждал, что подчиненное состояние женщины − реликт первобытного прошлого, а не результат прогресса и что, оставшись «замороженным» веками, именно оно сейчас этот прогресс и тормозит. Эта работа имела эффект взорвавшейся бомбы, была предметом невероятных споров и злопыхательств. Ее практически моментально перевели на множество языков, в том числе и на русский. Неприятные «стриженые женщины» русской литературы того времени (и в том числе персонажи из «Бесов», вышедших в 1871-м) − это они Милля начитались.

Сегодня в границах так называемого цивилизованного общества − то есть в Европе и в Северной Америке − требования либерального феминизма можно считать выполненными. Я, можно сказать, зафиксировала официальное признание этого из уст важнейшего деятеля движения. Несколько лет назад на книжную ярмарку non/fiction приезжала та самая Юлия Кристева. Сейчас это прекрасная пожилая дама, которая − в смысле борьбы за женские права − интересуется только третьим миром, потому что считает, что в Европе достигнуто абсолютное равноправие мужчин и женщин.

Феминистки-марксистки в ответ сказали бы, что это абсолютное равноправие в классовом обществе де-факто доступно только представительницам среднего класса, но это сегодня не самая популярная дискуссия.

Все вышесказанное, конечно, самый беглый набросок, необходимый для того, чтобы перейти к нам, любимым. Вот что такое «феминистка» в глазах нашего, скажем так, среднестатистического соотечественника (и соотечественницы)? Это психопатка, которая даст по морде тому, кто подаст ей пальто или откроет перед нею дверь. Типа это у нее каприз такой. Ну и еще есть мнение − реже произносимое вслух, − что они все либо лесбиянки, либо как-то особо фордыбачат в постели. Последние соображения − это, кстати, типичное «слышал звон, да не знаю, где он». Изначально этот звон исходил от невероятно успешной книги Жермен Грир «Женщина-евнух», вышедшей в 70-м году. Идея Грир была в том, что в традиционной семье сексуальность женщины страшно зажата, потому что семейная жизнь, включая ее интимную сторону, сконструирована мужчинами. И соответственно роль женщины сведена до позиции евнуха. Эта книга была настоящим бестселлером, продавалась в универмагах и стала частью поп-культуры. В совершенно прелестной книге Сью Таунсенд «Секретный дневник Адриана Моула», вышедшей в Великобритании в начале 80-х (она написана от лица 14-летнего мальчика, живущего в бедном английском пригороде), описано, как мама героя читает книжку Жермен Грир и ей абсолютно сносит крышу: она перестает красить ногти, брить ноги и носить лифчик. И вот этими своими небритыми ногами она идет в магазин, а весь пригород в ужасе на нее смотрит.

Что пронзает сердце, когда из нашего угла читаешь это? Что в Советском Союзе ничего подобного не было. У нас женщины даже и не успели по-настоящему, по полной, как сказали бы мои дети, побороться за свои права. Только женщины «с самосознанием» успели развернуться, как случилась революция и им это все дали сверху, в виде директив. В итоге произошло то, что с директивами происходит всегда. Они: а) выполнялись формально; б) воспринимались враждебно или в лучшем случае иронически. Скажем, фигура Александры Коллонтай, которая олицетворяет собой советский феминизм, совершенно по-разному рассматривается у нас и на Западе. У них это важный персонаж, первая женщина, которая стала министром и насаждала равноправие, как считается огромным числом западных экспертов, с большим успехом. А мы сами что знаем про Коллонтай, кроме того, что она продвигала «теорию стакана воды», приравнивающую сексуальные отношения к любому другому физиологическому акту?

Другой популярный (и всем известный) советский «феминистский» лозунг: ленинское «Каждая кухарка должна научиться управлять государством». По статистике к 60-м годам Советский Союз являлся местом с самой большой в мире долей женщин в среднеуправленческих слоях. Имеются в виду все эти тети с халами на голове, все эти описанные Галичем «товарищи Парамоновы», сидящие в обкомах и исполкомах. Их присутствие на этих местах, понятным образом, никак не отменяло − на человеческом уровне − отношения типа «бабы − дуры» и вообще полного семейного неравноправия, а возможно, только укрепляло его.

А если же говорить о думающих и даже диссидентствующих слоях общества − то там идея была в сопротивлении государственному давлению в общем, и отдельно о дискриминации женщин никто не думал.

К тому же здесь имеется еще интересный нюанс. Феминизм во всех своих проявлениях предполагает сопротивление конвенциональным религиям: любая религия предполагает, что женщина должна знать свое место − пусть не второстепенное, но специальное и неравноправное. А в 70-х − начале 80-х множество представителей интеллигенции − диссидентской и в том числе еврейской − обратились к религии, поскольку она рассматривалась как противоядие от совка.

В принципе, совершенно консенсусный взгляд жителей Советского Союза выражен в фильме «Москва слезам не верит». Там сказана очень простая вещь: баба может зарабатывать сколько угодно, решать будет мужчина. Забавный факт, что этот фильм вышел в 80-м году, когда в США как раз был всплеск феминистской борьбы. И при этом ему дали «Оскар» − по мнению многих, он раскрывал сущность «другого», а говоря проще − повествовал о таинственной русской душе. Рейгану перед встречей с Горбачевым специально показывали эту ленту, чтобы он мог лучше понять своего заокеанского собеседника.

На смену советской власти пришел, выражаясь штампованно, но не то чтобы неправильно, капитализм с культом богатства. И − что в нашем случае важнее − культом успеха. У этого успеха очень быстро сформировался гендерный признак. Для мужчины успех означал быть богатым, для женщины − быть подругой богатого. Эта конфигурация сохранилась по сей день. Можно провести эксперимент и спросить у публики, кто такая Даша Жукова, − будьте уверены: ответ будет не «важный галерист и издатель», а «подруга Абрамовича».

Такое мнение ощущается привычным и уютным. Соответственно на него, чтобы угодить и тем самым получить прибыль, работает вся машина коммерческой поп-пропаганды. И с чистосердечной прямотой: любой книжный завален книгами типа «Как выйти замуж за миллионера», «Путь к сердцу мужчины лежит через желудок», «Сделай свой имидж таким, чтобы понравиться мужчине». И с некоторой постмодернистской фигой в кармане, как это сделано в сериале Валерии Гай Германики «Краткий курс счастливой жизни». В этом смысле его интересно сравнить с американским прообразом − сериалом «Секс в большом городе». Он тоже предлагает четырех баб, которые думают только о мужиках, сексе и т.д., но номинально они все очень карьерно успешные женщины, то есть предъявлено: у них в жизни есть еще что-то кроме. А Гай Германика сажает своих героинь в замшелый офис, они покупают что-то в переходе, вообще живут ужасной жизнью, не говорят и не думают ни о чем, кроме своих отношений с мужчинами.

Сегодня, казалось бы, многие феминистские ценности могли бы проникать сюда из западной телепродукции, проще говоря, из сериалов, которыми все сейчас так увлечены. Но! На Западе, как я говорила, время прямой борьбы женщин за права практически закончилось ввиду исключительных успехов на этом поприще, и большинство сериалов отражает эту ситуацию. Возьмем продвинутые, скажем так, фильмы − датский сериал «Преступление» (и его американский ремейк «Убийство») или датско-шведский «Мост», которые считаются исключительно феминистскими шоу, потому что предъявляют нам женщину-детектива как в некотором смысле супергероиню. Но если раньше в любом кино женщина-полицейский должна была постоянно доказывать коллегам-мужчинам, что она не хуже их, и в этом состояла одна из нитей напряженности сюжета, то здесь этого уже нет и быть не может. Ее превосходство оправдано ее званием, и этим можно уже не заниматься, есть дела поважнее. В «Преступлении», первый сезон которого я лично считаю одним из высочайших достижений телекино в принципе, имеется даже некое возвращение к женственности. Ошибки, которые допускает героиня, и прозрения, которые ее посещают, часто связаны как раз с тем, что она женщина. Это прямо-таки реабилитация словосочетания «женская логика», которое на Западе еще недавно сочли бы сексистским.

То есть мы пропустили время «их» прямых феминистских высказываний − таких, как в фильме «Тельма и Луиза» (что не значит, что мы этот фильм не смотрели, а значит, что мы не воспринимали его как фильм о «женском»), − и сразу вступили во время высказываний более сложных. Которые нам − не имеющим феминистской предыстории − довольно сложно распознать.

В смысле того, что у нас сегодня с феминизмом происходит, исключительно иллюстративен пример Pussy Riot. Члены этой группы называют себя феминистками, но знает ли кто-нибудь о феминистской платформе Pussy Riot? Даже если она где-то у них сформулирована, она совершенно ни до кого не доходит, включая даже интересующихся − например, меня. Для общества важно, что они против Путина, против РПЦ и за защиту прав заключенных, и вообще важно, что они есть. Какие женские права они отстаивают − мы не знаем. Феминистская составляющая их воззрений, какая бы она там ни была, никого не интересует, и, честно говоря, не похоже, чтобы они как-то сильно интересовались ею сами. Во всяком случае, они это не демонстрируют.

И это очень показательно. Что такое было бы сейчас стать настоящей феминисткой в России? (Я сознательно не говорю здесь о совершенно дискредитированном «официальном» феминизме имени Марии Арбатовой, о бойких колумнистках про «секс и отношения», чья позиция сводится к извечному «все мужики − сволочи», и − к сожалению − об очень мне нравящихся умных теоретиках, таких, например, как Надежда Плунгян, которых именно их «умность», думаю, делает сегодня маргинальными.)

Быть сейчас феминисткой в России означает, по моему убеждению, пойти на сознательное упрощение своей позиции. Надо говорить о тех позициях и достижениях феминизма, которые мы − в силу изложенных выше обстоятельств − пропустили. И говорить об этом доступным, понятным языком. Надо обсуждать и отстаивать вещи, которые на Западе давно уже обговорены, стали там банальностью и даже всем надоели и на которые вследствие этого здесь принято смотреть свысока. Речь идет, например, о так презираемой всеми политкорректности. И в этом смысле становятся актуальными все эти смехотворные истории со щипанием за задницу или прочитанная мной недавно в Фейсбуке история о том, как учительница предложила школьнице помыть пол со словами «ты же будущая хозяюшка». Для начала надо, чтобы сами женщины понимали, что щипок за задницу − это не комплимент, а унижение и почему нельзя, чтобы учительница говорила такое, а потом уже обсуждать более сложные проблемы.

Из всех людей, которые выражали свое мнение публично, самой близкой к такой позиции мне кажется Маша Гессен − во всяком случае, пока она здесь жила. Я знаю, что она отнюдь не во всех кругах популярна, − и многие ее оппоненты мне куда симпатичнее, чем она, и сама я по огромному количеству вопросов с ней не согласна. Но в этом смысле ее поведение мне казалось самым последовательным и самым практически правильным. Ей было не зазорно обо всем этом − банальном − говорить, она не боялась показаться в этом смысле кому-то смешной и недостаточно интеллектуальной. А это очень важно.

История феминизма в России

Главными женскими проблемами соотечествениц остаются:
безопасность (в России декриминализировано домашнее насилие),
— неравенство оплаты за равный труд (в России зарплата женщин на 30% ниже, чем у мужчин),
женская бедность (матери-одиночки по прежнему одни из самых нуждающихся слоев населения, не защищенные экономически; женщины в одиночку берут декретные отпуска; женщин с маленькими детьми неохотно берут на работу; женщины чаще не получают продвижение в карьере из-за предвзятого отношения),
гендерные стереотипы, бытовой сексизм (женщины вынуждены считаться с диктуемой обществом «нормой» и «женским предназначением» вместо того, чтобы ориентироваться на свои склонности и таланты).
Это, конечно, далеко не полный перечень.

Феминистские организации создают кризисные центры, защищают женщин в суде или ищут адвокатов, помогают найти убежище, распространяют информацию о нарушениях, разрабатывают законопроекты и добиваются их рассмотрения. За созданием каждой такой организации стоит сильная женщина, преодолевающая массу трудностей в своей работе.

Мощнейшим инструментом в продвижении идей феминизма остается искусство и литература. Художницы, женщины-искусствоведы, критики, режиссеры создают арт-проекты, направленные на актуализацию гендерных вопросов, например, проблем неравенства и насилия (театральный режиссер Вика Привалова, художницы Леда Гарина, Варвара Гранкова, Мика Плутицкая, искусствоведы Надежда Плунгян, Леля Нордик, художница, активистка за права женщин с инвалидностью Алена Левина, куратор феминистских музыкальных фестивалей Таня Волкова; в литературе — поэтесса, создательница феминистских поэтических зинов Оксана Васякина, создательница просветительских проектов посвещенных критике сексизма в литературных текстах, Саша Шадрина и многие другие).

Данные исследования аналитического центра НАФИ при поддержке Совета Евразийского женского форума и Google показывают как далеко нам до равноправия: 71% россиян считают, что главное предназначение женщины — быть матерью и хорошей хозяйкой, а подавляющее большинство женщин (89%) заявляют, что мужчина должен быть «добытчиком»; в большинстве случаев (83%) названные успешными люди оказывались мужчинами и лишь в 17% — женщинами. Доминирование мужчин особенно ярко проявляется в политике (только 4% женских имен) и бизнесе (1%).

В России с трудом приживаются феминитивы и матчество, а мнение, что «феминизм – удел некрасивых женщин» чаще всего раздается из уст самих женщин.

И все-таки феминизм распространяет свое влияние на все большее количество новых областей жизни и знания, открывает и изобретает новые перспективы, концепции и подходы.

Уравнение века: за что и как больше столетия боролись российские феминистки

В год столетия русской революции будет много споров о том, каково ее значение для истории и была ли она благом для страны с названием Россия. Одно несомненно: жизнь женщин этой страны она изменила окончательно и бесповоротно.

Заложницы мифа

Первичное разделение труда надолго поставило женщину в зависимое от мужчины положение. Самое ценное качество, данное женщине, — способность воспроизводить жизнь — оказалось главной причиной дискриминации слабого пола. За мужчиной закреплялось право на «внешнюю деятельность», за женщиной — обязанности по обустройству дома. Такое распределение ролей освятили мифы о «тайне пола», культивируемые ветхозаветным учением и античной философией. «Женщина при таком подходе — существо не только подчиненное, но еще и весьма подозрительное, — резюмирует политолог, главный научный сотрудник Института социологии РАН Светлана Айвазова, автор монографии «Русские женщины в лабиринте равноправия» (М., 1998). — Раз в месяц она больна, а любые контакты с ней опасны. В ее присутствии превращается в уксус вино, скисает молоко, увядают цветы, опадают листья, гибнет урожай. Она поглотитель энергии [мужчины], плакальщица на его похоронах, олицетворение хаоса, прорицательница, медиум, гадалка».

Миф о «тайне пола», воспетый Пифагором, Аристотелем, Платоном, в разных вариациях воспроизводится впоследствии на каждом витке истории. «Декларация прав женщины и гражданки» Оливии де Гуж, утверждавшая: «Если женщина имеет право взойти на эшафот, то она должна иметь право взойти и на трибуну», и Гражданский кодекс Наполеона, объявивший, что женщина не имеет никаких гражданских прав и находится под опекой мужа, стали границами, в которых женщина искала свою социальную идентичность. Эти поиски в XIX веке стимулировал капитализм, узаконивший массовый наемный труд женщин. К началу ХХ века за гендерное равноправие и облегчение страданий женщины в Европе и США борются суфражистки, социалистки, радикальные феминистки и феминистки-христианки. Но в их борьбу вмешивается все тот же патриархальный миф: мужчины-политики видят в женщине гражданскую несостоятельность, отягощенность материнством, импульсивность. Женщина на митинге, по их мнению, трудно контролируема и опасна, от женской толпы всегда исходит угроза коллективного психоза.

Первый съезд

В России революция 1905 года вывела на новый уровень женские движения, ранее выступавшие только за доступ женщин к труду и высшему образованию. Реакцией на дискриминационные избирательные законы 1905 года стало появление женских организаций, выдвигающих политические требования, а также первых феминистских журналов — «Союз женщин» и «Женский вестник». Крупнейшим событием в истории российского женского движения стал созыв 10–16 декабря 1908 года Первого всероссийского женского съезда. Съезд готовился шесть лет и поставил вопрос об ответственности всех граждан страны — и женщин, и мужчин — за развитие России по демократическому пути. Несмотря на попытку раскола движения пролетариями во главе с Александрой Коллонтай, идеи, выдвинутые на форуме, определили направление деятельности российских феминисток на десятилетие. За это время им удалось добиться рассмотрения в Думе вопросов об участии женщин в земских выборах и о проживании женщин отдельно от супругов без утраты прав на общесемейное имущество. Точку в предоставлении гражданских прав и свобод поставили декабрьские декреты 1917 года. Отныне женщины получали право на детей и имущество при расторжении брака, право свободно выбирать профессию и место жительства, образование, а также право на равную оплату за равный с мужчинами труд. Парадоксальным образом эти же декреты объявили деятельность всех феминистских организаций незаконной.

Реклама на Forbes

Товарищ женщина

Уже в первые годы политика советского государства определяет материнство как вторую «социалистическую обязанность» наряду с первой — трудиться наравне с мужчинами. Чтобы ускорить включение женщин в социалистический труд, легализуется право на аборт, а «Кодекс законов о браке, семье и опеке» отныне говорит о гражданском браке как о законном союзе, который предельно легко заключить и расторгнуть. Такое «решение женского вопроса» лишь усложняет положение женщин, расшатывает семью и сокращает рождаемость. К 1930 году перед государством встает вопрос принятия контрмер. Соответствующие постановления ЦИК и СНК СССР не заставили себя ждать. С 1936 по 1944 год был вновь введен запрет абортов, признана обязательной регистрация брака, усилена уголовная ответственность за неплатеж алиментов. Военное время ускорило реформу образования: с 1943 по 1954 год мальчики и девочки обучались раздельно. Из первых школа готовила воинов, из вторых — матерей воинов. Право на прерывание беременности женщины получили лишь в 1955 году, а к обсуждению вопросов партнерских отношений в семье общество вернулось лишь в связи с Конституцией 1977 года.

Шесть номеров «Марии»

В 1979 году в рамках диссидентского движения возрождается и феминистское. В самиздате готовится к выпуску альманах «Женщины и Россия», авторы которого настаивают на том, что «женский вопрос» в СССР не решен. Альманах ждет печальная участь. Его тираж на выходе арестован КГБ, издатели альманаха Татьяна Горичева, Наталья Малаховская и Татьяна Мамонова вынуждены эмигрировать. Другие авторы материалов признают себя «антисоветчиками» под угрозой лишения их детей. На смену арестованному альманаху ненадолго пришел журнал «Мария», основой философии которого стали одновременно феминистские и христианские ценности. Три из шести номеров журнала вышли за рубежом. В ряду тем, поднятых журналом, протест против войны в Афганистане. Именно на основе «Марии» и ее редакции возник первый советский феминистский клуб.

Прорыв во власть

Новый всплеск активности феминистского движения в России пришелся на 1990-е годы. К 1998 году Министерством юстиции зарегистрировано более 600 женских объединений.  На повестке дня стояли такие вопросы, как преодоление негативных для женщин последствий реформ, борьба с дискриминацией женщин на рынке труда путем их переподготовки, поддержка малообеспеченных семей. Немногочисленные организации  развивают и поддерживают женское предпринимательство. На политической арене появляются значимые женские фигуры: Нина Андреева, Валерия Новодворская, Галина Старовойтова, Казимира Прунскене.

В декабре 1993 года впервые в истории страны женская партия вышла на выборы и добилась успеха. «Женщины России» получили 8,13% голосов и сформировали в Государственной Думе свою собственную фракцию. В нестабильных политических условиях после расстрела Белого дома часть избирателей сделала ставку на базовые ценности: мир, материнство, стабильность. По данным Московского центра гендерных исследований, в 1993 году в списках кандидатов в депутаты от различных избирательных блоков женщины составляли 7%, а в 1995 году — уже 14%. Это стало гораздо более значимым итогом, чем сама работа фракции в Думе.

История российского феминизма сегодня позволяет сделать ряд важных выводов. Предрассудки не устраняются в одночасье. Гражданское общество не вводится декретами и указами. Практика цивилизованной социальной жизни подготавливается многолетней работой, в том числе и деятельностью феминистических движений.

Служение или обслуживание?

После 2000 года частичное возвращение консервативной идеологии, заявления государственных чиновников и иерархов православной церкви постоянно актуализируют тему защиты прав женщин. Феминистское движение начинает активно использовать такие инструменты, как социальные сети и акционизм. С 2011 по 2016 год сетевые феминистские сообщества инициировали протестные кампании — по борьбe с исключением абортов из полиса ОМС, флешмобы в поддержку жертв насилия и против нарушения медицинской этики в роддомах. С 2010 года ежегодно вручается премия Рунета «Сексист года», которой могут быть удостоены не только мужчины, но и сами женщины, отрицающие свои права. В то же время выступления Pussy Riot, прошедшие под лейблом феминизма, остро поставили вопрос о независимости движения и возможном обслуживании им интересов различных политических группировок.

Записала Ирина Каширина.

Что случилось с феминизмом в 2020 году?

После этого уже началась пандемия, но она не сказалась на нашей работе, поскольку у нас изменилась пропорция обращений: сократились телефонные обращения, но выросли письменные. Мы ушли в онлайн-режим и консультировали большое количество людей – психологически и юридически – по всей стране.

Но у нас случился пик обращений, когда произошел скандал с Региной Тодоренко. Она сняла фильм, в котором рассказала о работе нашей организации, и тогда, действительно, резко выросло количество обращений. В среднем мы отрабатывали порядка 150-200 обращений в месяц, а после фильма мы были вынуждены обрабатывать порядка 600 обращений, имея такой же небольшой штат. Для нас это была очень большая нагрузка.

Когда первая волна пандемии закончилась, стало очевидно, что у нас так сильно выросла проходимость, что мы уже не можем вернуться в свой предыдущий офис, в связи с чем нужно было искать новый. Теперь наш офис в два раза больше, что позволяет принимать несколько людей и параллельно их консультировать. Помимо этого у нас выросла команда: стало больше специалистов, которые занимаются профильными делами.

Мы зажили на новом уровне – и масштабы, и нагрузки. Мы строили большие планы, но в декабре к нам пришла внеплановая проверка Минюста, в связи с чем мы станем скорее всего иностранными агентами. До конца декабря мы живем режиме ожидания, и возможно в следующем году мне придется немало времени провести в суде, а не занимаясь полезными делами.

Конечно, я совершенно не согласна с тем, что мы занимаемся политической деятельностью, которая была бы не в интересах государства. Мне неприятно примерять на себя такой статус, поскольку я себя не считаю иностранным агентом, и здесь важно говорить о следующем. Во-первых, домашнее насилие – это абсолютно глобальная проблема, и совсем не важно, в какой точке мира ей заниматься. Наоборот, все женщины, все люди, все организации, все президенты должны объединяться так же, как они объединяются против терроризма, потому что у домашнего насилия нет определенной географии, это международная история.

Во-вторых, я убеждена, что я не делаю ничего, за что мне должно быть стыдно. Мне очень жаль, что государство своими действиями дает понять одно: работа против насилия – антигосударственная. Следовательно государственная политика, государственная идеология – это насилие. Наше государство очень иерархично, оно не принимает закон против домашнего насилия, хотя это уже сделали все наши соседи. Но я абсолютно не планирую в связи с этими изменениями, которые навязывает Минюст, менять свое мировоззрение, поскольку я занимаюсь тем, во что я верю, то, что приносит результат и то, чем я горжусь.

Приключения феминизма в России. Когда в нашей стране появились первые феминистки

Как и любое прогрессивное явление, феминизм в России начался с Петра Великого. Правда, как и все затеи энергичного императора, реализовывался он мерами исключительно принудительными.

Привыкших жить в запертых теремах боярских жен и дочерей внезапно заставили переодеться в неприличные европейские платья, научиться танцевать и посещать ассамблеи. Многие из них были рады этому ничуть не больше, чем их отцы и мужья — предписанию сбрить бороды. Зато «Домострой», предписывавший регулярно бить жену в профилактических целях, наконец перестал быть главной книгой российских семей. По крайней мере высших сословий.

Феминизм сел на лицо маркетинга. Почему с гендерными темами в рекламе следует соблюдать осторожность Маркетинг

Феминизм сел на лицо маркетинга. Почему с гендерными темами в рекламе следует соблюдать осторожность

Спор о первородстве

С чего (или с кого) отсчитывать российское женское движение — вопрос дискуссионный. Кто–то начинает с Екатерины II, при которой возникли прообразы будущих «институтов благородных девиц». Другие настаивают на том, что первыми феминистками были жены декабристов, добровольно отправившиеся в сибирскую ссылку и развернувшие там бурную просветительскую деятельность. Третьи скрупулезно подсчитывают количество женских организаций, начавших возникать с 1812 года и занимавшихся разного рода благотворительностью (их деятельность впоследствии сильно подтолкнула и Крымская война, на которой возникло движение сестер милосердия). Но самая распространенная точка зрения все же относит начало серьезного разговора о женских правах в России к середине 1850–х годов.

Президент Российской ассоциации исследователей женской истории Наталья Пушкарева выделяет некоторые особенности, свойственные отечественному феминизму. Одна из них состоит в том, что, как ни парадоксально, русские женщины по сравнению с европейскими были довольно неплохо защищены с правовой точки зрения и наделены собственническими правами. Особенно после великих реформ Александра II. Проблема, как это у нас водится, была лишь в том, чтобы принятые законы начали исполняться. Неслучайно подъем феминизма во второй половине XIX века совпал с развитием женского предпринимательства.

Если западные феминистки стремились получить политические права, чтобы с их помощью разрушить «мир мужчин» и построить на его руинах свой новый, то россиянок в первую очередь волновало избавление от «адских мучений немилого брака» и право на развод. Обычно это связывают с тем, что в самодержавной России равно бесправными были все. И, чтобы бороться за гражданские права, нужно было идти не в феминистки, а в террористки по примеру Веры Засулич и Софьи Перовской.

Оказала свое влияние на феминизм и литературоцентричность русской жизни. Выход романа «Что делать?» спровоцировал появление женских трудовых ассоциаций. А первой статьей, поставившей женский вопрос ребром, считается «Женщины, их воспитание и значение в семье и обществе», опубликованная литературным критиком Михаилом Михайловым в «Собеседнике» в 1852 году. Писательницами были и первые «настоящие» русские феминистки — Евгения Конради и Мария Цебрикова.

Выбирай или?..

Довольно курьезный вклад в дело феминизма весной 1881 года внесли власти Петербурга, устроившие выборы общественного совета при градоначальнике.

Из–за чрезвычайно сумбурной организации голосовать было позволено всем домовладельцам, нанимателям квартир, собственникам предприятий и лавок.

В том числе и женщинам, которые вообще–то по законодательству Российской империи избирательных прав не имели. «Законодатели задумываются, сомневаются, а градоначальник по своему вымыслу приказал — и свершилось то, о чем тогда не просили и не думали», — иронизировал по этому поводу влиятельный публицист того времени Григорий Градовский.

В целом это вызвало некоторую панику как у избирателей и избирательниц, так и у полицейских, записывавших голоса (избирательных участков не было, и все голосовали на дому).

Кандидат исторических наук Юлия Сафронова, описывая этот исторический анекдот, рассказывает, что многие восприняли выборы как массовую облаву для внезапных обысков (дело происходило вскорости после убийства Александра II). Другие же просто боялись голосовать за кого бы то ни было из соображений «как бы чего не вышло». Избранный с такими мучениями орган в итоге получил прозвище «Совет 25 баранов» (по фамилии тогдашнего градоначальника), с грехом пополам проработал 3 месяца и был втихую распущен.

Именно борьба за избирательные права стала основой зрелого феминистического движения, которое сформировалось в России к концу XIX — началу XX века. Это право женщины обрели в борьбе благодаря Временному правительству весной 1917 года, а пришедшая следом советская власть окончательно закрепила его законодательно. Впрочем, еще в 1906 году женщины получили избирательные права на территории Великого княжества Финляндского. Так что Российская империя формально входит в тройку мировых лидеров по этому параметру (первой была Новая Зеландия в 1893–м, второй — Австралия в 1902–м).

Собственная гордость

Разрушая старый порядок, молодая Советская Россия в том числе сурово расправилась и с гендерным неравенством. Александра Коллонтай стала первой в мире женщиной–министром, заняв в первом составе правительства пост наркома общественного призрения. Позднее она активно занималась дипломатической работой и перетаскивала теорию феминизма на марксистские рельсы. Но в памяти народной осталась в основном благодаря идеям ликвидации института семьи и шокирующе откровенной теории «стакана воды» применительно к половому влечению.

Неколебимым авторитетом на посту заместителя наркома просвещения обладала и верная подруга вождя мирового пролетариата Надежда Крупская. В дальнейшем, правда, женские властные позиции в СССР изрядно поколебались, вспомнить можно разве что Екатерину Фурцеву.

Зато равное право на труд не только воспевалось, но и поддерживалось. Вместо глянцевого американского образа идеальной домохозяйки советская пропаганда славила женщину–труженицу. От трактористки Паши Ангелиной, соперничавшей по популярности со Стахановым, до первой в мире женщины–космонавта Валентины Терешковой.

Конечно, советское общество не смогло избавиться от мизогинии полностью. Философия незабвенного слесаря Гоги, изложенная с большого экрана Алексеем Баталовым, согласной которой жена не должна зарабатывать больше мужа, тому прямое подтверждение. Сам Баталов, кстати, в интервью не раз признавался, что считает Гогу персонажем очень живым и реалистичным, но весьма далеким от понятия мужского идеала. Дискуссия о том, что такое настоящий мужчина и настоящая женщина, не думает утихать и спустя почти 40 лет после выхода фильма.

«Тем не менее, однако, движение совершается, мало–помалу подтачивая старые предрассудки и готовя тот новый общественный порядок, в котором уравновесятся в известной степени права и отношения, теперь так спутанные». Стоит признать, что эта фраза из той самой статьи Михаила Михайлова 1852 года актуальна и сегодня, когда женщины сами покупают себе драгоценности, машины и квартиры, руководят корпорациями и министерствами и вольны распоряжаться своей личной жизнью как угодно.

Выделите фрагмент с текстом ошибки и нажмите Ctrl+Enter

«Когда говорят, что феминизм в Россию «завезли», это звучит нелепо»

В какую эпоху у нас заговорили о праве на аборты и почему 8 Марта – присвоение женских заслуг

«Установка советской пропаганды, что советская власть дала женщинам все, до сих пор популярна у нас в стране», — считает автор книги «Русский феминизм как вызов современности» Ирина Юкина. В интервью «БИЗНЕС Online» она рассказывает, кто стоял у истоков женского движения, почему дамы сначала требовали права на образование и только потом избирательных прав, а также когда в России случилась вторая волна феминизма.

Ирина Юкина: «Женское движение, феминизм, суфражизм, современный феминизм — это по факту элитарные городские движения» Фото: Сергей Фадеичев/ТАСС

«Многие лидеры общественного мнения отождествляли работу женщин по найму с проституцией»

— Ирина Игоревна, когда в России зародилось женское движение? Чем это было вызвано?

— В 1861 году в России отменили крепостное право, начались великие реформы Александра II: университетская, военная, земская, судебная и так далее. Появилась принципиальная возможность для гражданских инициатив, чем женщины и воспользовались. Вам могут сказать, что Женское патриотическое общество возникло еще в войну 1812 года. Да, так, но это были придворные дамы и единичная придворная инициатива. А массовые, самодеятельные женские организации начали появляться только в предреформенные и пореформенные годы. Например, Общество дешевых квартир начало свою деятельность в 1858-м.

В результате реформ изменилась структура общества, исчезли «дворянские гнезда». Если купчихи и крестьянки продолжали заниматься своим привычным делом, то обедневшие дворянки оказались в самом невыгодном положении. В то время были жесткие представления о том, как себя должна вести приличная девушка. И эти представления не предполагали, что женщина может наниматься на работу, действовать самостоятельно. Многие лидеры общественного мнения отождествляли труд женщин по найму с проституцией. Например, Лев Николаевич Толстой писал: «Мы увидим, что никакой надобности нет придумывать исход для отрожавшихся и не нашедших мужа женщин: на этих женщин без контор, кафедр и телеграфов всегда есть и было требование, превышающее предложение. Повивальные бабки, няньки, экономки, распутные женщины. Никто не сомневается в необходимости и недостатке повивальных бабок, и всякая несемейная женщина, не хотящая распутничать телом и душою, не будет искать кафедры, а пойдет насколько умеет помогать родильницам». Но женщины не согласились принять такую судьбу. Многие из обедневших дворянок пошли на штурм устоев и представлений, отстаивая свое собственное человеческое достоинство и право быть самостоятельной рациональной личностью. Этих женщин стали называть «новые женщины». Первая проблема, с которой они столкнулись, — отсутствие образования, необходимого для профессиональной занятости. И первые женские организации поставили вопрос об образовании женщин.

Поэтому, когда говорят, что феминизм в Россию «завезли», это звучит по меньшей мере нелепо. Как и любое общественное движение, феминизм сформировался в недрах общества как ответ на проблемы данного конкретного общества, и он всегда имел национальные особенности. Неужели мы серьезно можем считать, что англичанки, американки и женщины других стран смогли понять, что им отказывают в праве на полноценную жизнь и человеческое достоинство, а русские женщины — нет? Ответ очевиден.

Да, женщины были готовы идти работать. Но кем? Некоторые дворянки имели приличное домашнее образование, как, например, Мария Васильевна Трубникова — одна из основательниц женского движения. У истоков данного движения в России стоял так называемый триумвират: Трубникова, Анна Павловна Философова и Надежда Васильевна Стасова. Мария Васильевна была дочерью декабриста Василия Ивашева и француженки Камилы Ле Дантю. После ранней смерти родителей детей забрала к себе тетка, княгиня Хованская, в доме которой все многочисленные братья и сестры учились вместе, и Трубникова получила прекрасное образование.

Стасова была самой старшей в этом кружке. Она дочь известного архитектора Василия Стасова и сестра критика Владимира Стасова. Философова, урожденная Дягилева, была аристократкой, а ее муж Владимир Философов являлся тайным советником и военным прокурором. Анна Павловна входила в самые высокие круги российского общества и успешно использовала свои связи при дворе для достижения целей женского движения.

— Я правильно понимаю, что женское движение зарождалось именно в дворянской среде?

— Конечно. Женское движение, феминизм, суфражизм, современный феминизм — это по факту элитарные городские движения. Для осознания проблем своей группы, их формулирования, постановки целей, выработки тактики и так далее нужно образование, время, анализ ситуации, коммуникация, связи, круг единомышленниц.

«Многие женщины не считают себя феминистками и даже отрицают его, я говорю о наших современницах, но при этом они полностью реализуют своей жизнью тот идеал, за который ратовали и за который боролись первые русские феминистки» Фото: «БИЗНЕС Online»

«Женское движение мы можем называть феминистским примерно с конца XIX века»

— Что же такое женское движение и феминизм?

— Давайте определимся. Если в двух словах — это деятельность женщин в интересах женщин. Принципиальные различия между женским движением и феминизмом, на мой взгляд, в том, что феминизм вырабатывает свою идеологию, которая помогает ему определять проблемы, видеть их истоки, выработать стратегию и тактику. Женское движение может действовать как благотворительное, то есть не искать причины социальных проблем женщин как большой социальной группы и предотвращать их, а только сводить к минимуму последствия. Но это тоже необязательно. Другими словами, феминизм через свою идеологию и практику требует изменения патриархальных принципов организации общества, что многих пугает. Для меня феминизм — это наступательная идеология, деятельность женских организаций, групп по решению своих проблем и достижению своих целей, а также образ жизни реальных женщин. Многие  не считают себя феминистками и даже отрицают его, я говорю о наших современницах, но при этом они полностью реализуют своей жизнью тот идеал, за который ратовали и за который боролись первые русские феминистки.

Некоторые исследователи называют начальный этап женского движения (1860–1880-е годы) благотворительным. Согласна. У движения еще отсутствовала своя идеология, существовали лишь идеи, что женщины ценны для общества не только как матери, что они могут быть полезными членами общества в публичной сфере и что женщина имеет право на свой выбор в жизни, а не выбор общества. Только к концу XIX века, когда уже много чего было сделано в сфере женского образования и занятости, много шишек  получено, стала формироваться наступательная феминистская идеология. Поэтому женское движение мы можем называть феминистским примерно с конца XIX века. До этого я назвала бы его женским движением.

Первая женская организация — Общество дешевых квартир и других пособий нуждающимся жителям Петербурга — являлась чисто благотворительной. Образованные женщины средних и высших сословий посчитали, что любой человек должен жить в достойных условиях. Это была адаптация идей прав человека, которые развивались в данное время в Европе. Поэтому Трубникова, Стасова, Философова и их единомышленницы сняли квартиру, в которой поселились преимущественно бедные одинокие женщины и женщины с детьми — работницы и мещанки. Изначально принцип пола не соблюдался. Для женщин открыли школу, мастерскую по пошиву белья для того, чтобы обеспечить их заработком. Дамы-патронессы рассчитывали на взаимопонимание и ответный отклик со стороны клиенток квартиры. Но нет, ни цели, ни инициативы патронесс они не поддержали: учиться не хотели, к глубокому разочарованию учредительниц квартиры. Патронессы поняли, что выбрали не ту группу женщин для благотворения.

— Почему? У женщин более низкого социального статуса просто не было времени подумать о своих правах, образования не хватало?

— Стасова писала об огромном разочаровании безынициативностью и безразличием указанных женщин и о том, что они считали нормальным, когда о них заботятся. Это некая патриархальная модель отношений: вы нас взяли и теперь заботьтесь дальше. Трудно сказать, наверное, у данных женщин не было конкретных целей в жизни,  привычки оценивать ситуацию и действовать. Согласитесь, даже обедневшие дворяне и дворянки привыкли к своему довольно высокому статусу, который не хотели потерять, к определенному уровню жизни и потребления и готовы были меняться, чтобы занять достойное положение в пореформенном обществе. Очень многое зависит от человека. Тем не менее патронессы, хотя и разочаровались в «бедных женщинах», но дело не бросили и эту квартиру содержали вплоть до революции 1917 года. Но одновременно с тем они сделали ставку на тех молодых особ, которые хотели изменить свою жизнь и приезжали в Петербург в поисках образования, работы и новой жизни. Здесь они нашли полное понимание.

Следующий проект триумвирата — создание Женской издательской артели, или Артели переводчиц в 1862–1863 годах. Это был опыт решения проблемы с женской профессиональной занятостью. Правительство не хотело регистрировать женскую артель как товарищество на паях. Устав их не утвердили лишь на том основании, что артель состояла из одних женщин. Тогда Стасова и Трубникова зарегистрировали артель на свое имя как частное предприятие, что было возможно по законодательству страны. Тут нужно сказать, что российские женщины имели больше экономических прав, чем европейские. Многие из нас выросли на советских учебниках истории, и нам в школе рассказывали, как женщины до Октябрьской революции сильно угнетались. Но россиянки в отличие от европейских женщин имели право на собственность, недвижимость, включая право на землю, и эти права сохраняли в браке. Также они могли открыть свое дело.

Частный статус издательской артели спас ее, когда правительство стало закрывать интеллигентские артельные проекты, созданные по образцу швейной мастерской Веры Павловны, описанной Николаем Чернышевским в романе «Что делать?». Женская артель в лучшие свои годы была рентабельна и обеспечивала пайщиц заработком, хотя, конечно, небольшим.

Кроме того, у артельщиц имелась еще высокая общественная цель — доставлять обществу полезное чтение. В основном они переводили и издавали детские книги (сказки Андерсена, братьев Гримм), естественно-научную литературу и литературу по женскому вопросу.

— Женское движение в России зарождалось параллельно с западным?

— Первая волна феминизма развивалась в тех же временных рамках, что европейский и американский феминизм. Ставились одни и те же вопросы, решались одни и те же проблемы: право на образование, труд, репродуктивные права. Позднее у нас был поставлен только вопрос об избирательных правах женщин. По вполне понятной причине — в России до революции 1905 года не существовало ни парламента, ни избирательной системы, поэтому мужчины и женщины были равны в своем политическом бесправии. То есть во всех странах, идущих по пути модернизации, перед женщинами вставали одни и те же проблемы. Это были общие процессы, и Россия развивалась в данном контексте.

«Русская феминистская мысль к началу XX века пришла к заключению, что вторичность женщины в обществе связана с ее способностью к материнству. Женщина уязвима и физически, и психологически как во время беременности и родов, так и после» Фото: «БИЗНЕС Online»

«Цель второй волны не только равные права, но и равные возможности»

— Вы говорите о волнах в феминистском движении. Что это такое?

— Это широко принятая периодизация, критикуемая, но все же удобная в использовании. Первая волна феминизма считается до момента получения женщинами избирательных прав. Ее цель — равные права по закону. Цель второй волны не только равные права, но и равные возможности. В ходе первой волны решались вопросы женского образования и занятости, репродуктивных прав женщин и обретения избирательного права. Русские

«равноправки» поставили все эти вопросы. О репродуктивных правах — праве женщины на контрацепцию и аборт — они говорили как о праве на «свободное материнство». Такой был эвфемизм, который заменял неприличное для того времени слово «аборт».

Русская феминистская мысль к началу XX века пришла к заключению, что вторичность женщины в обществе связана с ее способностью к материнству. Женщина уязвима и физически, и психологически как во время беременности и родов, так и после. Представьте, если бы у Вас имелось 8–10 детей. Вы, кроме беременности, кормления, детских болезней и прочего, вообще бы ничего не видели и в общественной и культурной жизни участвовать не смогли бы. Никакой профессиональной самореализации у вас бы не было. Материально вы полностью зависели бы от мужа и семьи. Поэтому встал вопрос о праве на свободное материнство. Это конец XIX века. Впервые вопрос об абортах открыто обсуждался на Пироговском съезде — в профессиональной организации врачей. Женщин среди врачей было уже много к тому времени, и они заняли вполне определенную позицию.

— Но и сейчас тоже есть движения, которые хотят решить данный вопрос, но в обратном направлении.

— Да, есть движения как против абортов, так и за свободный выбор женщины. Но тогда женщины и мужчины, кстати говоря, тоже отстаивали и право на контрацепцию, к которой многие относились с опаской. Например, профессор Афанасий Боряковский в своем выступлении на съезде заявил: «Лучше уж совсем отказаться от полового сношения, чем умножать горе болезнями». Как в конце XIX века, так и сейчас доводы противников и защитников права женщины решать, сколько ей иметь детей и когда, одни и те же.

— Значит, Александр II освободил не только крестьян, но и женщин.

— Александр II многое сделал, его реформы развернули нашу страну от феодализма к современному обществу модерна. Но я настаиваю на том, что женщины всего добились сами. Никто им ничего на блюдечке не принес. Они рационально использовали ситуацию и разумно действовали, объединившись в различные организации.

Например, такая организация, как Русское женское взаимно-благотворительное общество, появившись в 1895-м, 23 года действовало как женский клуб на съемной квартире в центре Петербурга. Анна Николаевна Шабанова — организаторша (это не современный феминитив, они сами себя так называли) общества мечтала создать женский клуб по образцу мужских, где женщины могут встречаться, с библиотекой, столовой. Не разрешили. Учредительницы не могли вначале даже снять квартиру, потому что домовладельцы боялись сдавать помещение под такое диковинное заведение, как женский клуб. Поэтому им пришлось назваться Взаимно-благотворительным обществом.

— Очередной тайный кружок!

— Совсем не тайный. Министерство в итоге утвердило устав общества благодаря протекции фрейлины Озеровой. Чувствуете, на каком уровне добивались разрешения?

«Равноправки» выразили Озеровой благодарность. В итоге женский клуб открыли, здесь можно было получить юридическую консультацию, медицинскую помощь, повысить квалификацию на переводческих курсах, курсах бухгалтеров и так далее. При обществе были открыты первые ясли, так называемый детский очаг. Вообще женское движение инициировало много социальных инноваций. Общежития тоже придумали женщины, так как в то время женщине одной было неприлично и дорого снимать квартиру. Кроме того, ее могли обвинить в занятии проституцией и насильственно выписать желтый билет, то есть официально зарегистрировать как проститутку.

Обсуждая свои проблемы в кругу единомышленниц, «равноправки», «новые женщины», собственно, вырабатывали идеологию своего движения. Они обсуждали проблемы женщин в разных сферах занятости (врачей, фельдщериц, адвокатесс, учительниц, журналисток и других) и искали причины, объяснения данной ситуации и пути их решения. «Равноправки» добились очень многого. Это сейчас врач, преподаватель, адвокат, судья — нормальные женские профессии, в которых женщины заняли свое законное место. А когда-то подобное считалось ненормальным.

«Консерваторы считали, что в парламент придут женщины – террористки и революционерки, а революционеры рассуждали о консерватизме русской крестьянки, которая будет голосовать за царя-батюшку» Фото: © Иван Шагин, РИА «Новости»

«Установка советской пропаганды, что советская власть дала женщинам все, до сих пор популярна у нас в стране»

— Почему вообще возник запрос на избирательные права, ведь с начала зарождения женского движения к тому времени уже прошло больше 50 лет?

— Как только в 1905 году революция поставила вопрос об избирательных правах и стал обсуждаться избирательный закон, женщины потребовали избирательных прав. Но вчерашние друзья из числа мужской интеллигенции не поддержали данные женские требования. В политическую повестку партий женское избирательное право внести не удалось. С этого момента — с 1905 года — мы можем говорить о появлении на политической сцене России русского суфражизма. Сразу возник союз равноправности женщин с чисто суфражистскими целями — получение избирательных прав. Потом была зарегистрирована Женская прогрессивная партия, которую возглавляла врач Мария Ивановна Покровская. Появились женские политические журналы «Женский вестник», «Союз женщин».

В первой Государственной Думе вопрос о женских избирательных правах встал сразу же. И, по мнению современников, закон в интересах женщин был бы принят, если бы Думу так быстро не распустили. Однако избирательные права в 1906 году получили женщины Финляндии, которая являлась частью Российской империи. Многие исследователи считают, и я с ними согласна, что главным двигателем в получении женщинами избирательных прав явилась русская революция 1905-го, национально-освободительное движение Финляндии и деятельность русских и финляндских суфражисток, их давление на власть. Возможно, это был пилотный проект власти — посмотреть, что получится, если дать женщинам политические права. Все политические партии опасались женского элемента в политике. Консерваторы считали, что в парламент придут женщины – террористки и революционерки, а революционеры рассуждали о консерватизме русской крестьянки, которая будет голосовать за царя-батюшку.

История закончилась тем, что Временное правительство предоставило женщинам избирательные права. Не просто так, не из милости и по собственному желанию, а благодаря действиям и напору феминистского и суфражистского движения. 19 марта 1917 года 40-тысячная женская демонстрация прошествовала к Таврическому дворцу и потребовала избирательных прав. В демонстрации приняли участие женщины всех классов и состояний, в том числе работницы. На митинге у Таврического дворца председательница Лиги равноправия женщин, врач Поликсена Несторовна Шишкина-Явейн заявила: «Мы не уйдем отсюда, пока не получим четкого ответа». Было ясно, что ответ мог быть только положительным. Председателю Временного правительства князю Львову пришлось дать некие обещания, за выполнением которых «равноправки» жестко следили — они вошли в комиссию по выработке нового избирательного закона. Именно поэтому 15 апреля 1917 года россиянки получили право избирать и быть избранными в гласные городских дум, а 20 июля 1917-го — в Учредительное собрание.

Данный закон стал самым демократичным избирательным законом в мире, так как давал полные избирательные права всем гражданам России с 20 лет без различия пола, вероисповедания, национальности, сословной и классовой принадлежности.

Ариадна Тыркова вспоминала в своих мемуарах, что, когда указ вышел, она подошла к очереди женщин, стоявших за хлебом, и сказала: «Я вас поздравляю, женщины. Вы теперь равноправные гражданки и имеете право голоса». Очередь никак не отреагировала, но какой-то матросик, спросил: «Это как? Я что, свою бабу и бить теперь не могу?» Тут очередь оживилась: «Нет, дорогой, теперь с подобным покончено!» — закричали женщины.

— Как большевики обошлись с теми, кто стоял у истоков женского движения в России? Я читала, что некоторым пришлось уехать.

— По-разному. Тыркова бежала из Петрограда, когда за ней уже охотились как за видной деятельницей кадетской партии, активно участвовавшей в антибольшевистской борьбе. Затем она эмигрировала в Великобританию. Покровская была санитарным врачом в дореволюционной России и осталась им при советской власти. Обследовала условия труда рабочих за Нарвской заставой. Шабанова также осталась в стране и продолжала работать педиатром. Анна Кальманович уехала в Эстонию и там умерла примерно в 1920-х годах. Шишкина-Явейн тоже уехала в Эстонию, но вернулась обратно с двумя детьми после смерти мужа, пережила блокаду.

Об их деятельности и достижениях никто не говорил, не вспоминал. Установка советской пропаганды, что советская власть дала женщинам все, до сих пор популярна у нас в стране.

— То есть большевики присвоили себе все их достижения?

— Конечно. Победу «равноправок» украли или, если сказать более политкорректно, перехватили и присвоили, что, впрочем, сути дела не меняет. Законы советской власти в отношении женщин принимались по наработанным феминистками идеям и предложениям, которые были усвоены общественным мнением благодаря их деятельности.

«Законодательно равноправие есть, а по факту далеко не во всем, не всегда, не для всех. Права — это такая вещь, за которую надо постоянно бороться. Кто себе позволяет, тот их имеет» Фото: «БИЗНЕС Online»

«Нам — женщинам России — никто ничего не дал. Мы всего добились сами»

— Была ли в России вторая волна феминизма?

— Да, я считаю, что она случилась у нас в 1990-е, когда встали небывалые по масштабу экономические, социальные и политические проблемы и государство в лице мужской политической и экономической элиты привычно стало решать их за счет женщин. Последних в первую очередь увольняли, сокращали, началась женская безработица, женщинам рекомендовали вспомнить о своем истинном предназначении, правда, не объясняли, на какие деньги. Раздел социалистической собственности произошел без женщин. Поэтому уже в начале 1990-х появились организации взаимной поддержки женщин — женсоветы, которые действовали как женские профсоюзы, клубы безработных женщин, центры психологической помощи женщинам, материнские организации взаимопомощи, комитеты солдатских матерей как ответ на проблему дедовщины в армии, гендерные центры, которые начали изучать ситуацию, и так далее. Женское движение 1990-х годов очень многое сделало — подняло вопросы о домашнем насилии, о торговле женщинами, о женской занятости и безработице, о женском политическом участии. Никто из власть предержащих не хотел видеть данных проблем, но пришлось реагировать на требования организованных женских групп. Для меня солидарность и взаимопомощь — это и есть феминизм.

— Можно ли говорить о равноправии полов сегодня, когда во власти по-прежнему женщин меньшинство?

— Законодательно равноправие есть, а по факту далеко не во всем, не всегда, не для всех. Права — это такая вещь, за которую надо постоянно бороться. Кто себе позволяет, тот их имеет.

— Как думаете, случится ли когда-то, что в России президентом станет женщина? Или у нас все-таки страна по-прежнему патриархальная?

— Безусловно, будет, не сомневаюсь. А вот в патриархальности нашей страны я не уверена.

— Каково в РФ значение праздника 8 Марта, который зародился на Западе, но при этом у нас стал началом Февральской революции?

— Праздник в России празднуется с 1913 года. Да, его идею принесли женщины-социалистки со Второй социалистической конференции женщин. Праздник прижился. Сначала это был день солидарности трудящихся женщин, отмечали его прежде всего работницы. Женская демонстрация по поводу 8 марта в 1917 году (23 февраля по старому стилю) дала начало Февральской революции. Об этом довольно быстро перестали вспоминать, так как идея и история праздника очень расходилась с пропагандистскими установками советской власти, что она «дала женщинам все». А тут женщины выступили активными субъектами революции и повели за собой страну. С 1965 года 8 Марта стал нерабочим днем, чествовали женщин в духе социалистической риторики — как тружениц, как матерей. На мой взгляд, здесь опять произошло присвоение заслуг женщин — женщины сами создали этот праздник, а теперь его им подарили.

— Не кажется ли вам, что теперь 8 Марта вовсе не день феминизма и эмансипации, а праздник, когда особенно подчеркивается в женщинах именно женское?

— Нет, не кажется. Прекрасный праздник со своей историей. Каждый волен праздновать его, как ему хочется. Главное — помнить, что нам, женщинам России, никто ничего не дал. Мы всего добились, все сделали сами, в том числе праздник 8 Марта. Всех с праздником!

Этнолог, антрополог и феминистка Наталья Пушкарева: «Социальные различия между женщиной и мужчиной сконструированы культурой и традициями»

Наталья Львовна, в ходе конференции много говорилось о некоем женском варианте всемирной истории. Разве у нас истории не одна на всех?

Действительно, на протяжении многих столетий историческая наука развивалась как универсальная для двух полов. Считалось, что все события имеют равное значение для мужчин и для женщин. Но многое изменилось полвека тому назад. Если в 1860-е годы, на первой волне феминизма был поставлен вопрос о доступности для женщин высшего образования, о возможности делать то, что раньше разрешено было делать только мужчинам, — например, преподавать в университетах, заниматься научной работой, профессионально самореализовываться, то вторая волна феминизма 1960-х г. поставила вопрос о возможностях, a не только о правах. Если мы сравним первую и вторую волны женского движения в Европе, США и России, то заметим: первая волна феминизма принесла с собой много хорошего, женщины многого добились. В большинстве стран за ними были закреплены  гражданские, в том числе избирательные права. Где-то раньше, где-то позже. Например, в России это случилось 20 июня 1917 года при Временном правительстве, в США в 1920-м,  в Швейцарии — аж в 1976-ом. Вторая волна 1960-х годов поставила вопрос о доступности прав, ведь возможность их реализовать важнее того, что они просто записаны. 1960-е были особым временем молодежных революций, поставивших под сомнение всю систему ценностей старшего поколения. Это было время громадных успехов медицины, появления современных противозачаточных средств, что позволило женщинам более четко планировать свое будущее, не полагаясь в этом вопросе на мужчин. 

Не удивительно, что женщины-историки в США и Европе решили в то далекое десятилетие ниспровержений, что настал час написать «другую историю»: вместо HISTORY (они прочитывали слово история как HIS STORY, «его история», «история Мужчины»)  создать HERSTORY, «eё историю», «историю Женщины». И развитие этой собственной истории  началось с того, что  учебники стали  дополняться  и дополняются до сих пор  женскими именами. На Западе, во всяком случае, этому уделяется большое внимание. 

 

Не происходит ли это искусственно? Не перегибается ли здесь палка? 

Все это зависит от того, существует ли норма в историописании? И если существует, то кто создал эту норму? Просто люди? Мужчины или женщины?  «Да не важно!», — говорят.   – Создано — и всё». Нет, важно! Женщина будет создавать норму сочинения исторических трудов иначе, чем мужчина. Потому что её система ценностей, или, говоря научным языком, аксиосфера, другая. У неё иная  иерархия ценностей. 

Ей важны дети, семья, близкие, a не отвлеченные абстракции. Именно женщины говорят: «Для меня семья важнее достижения научных вершин». Или: «Для меня связи и отношения между людьми значат больше, чем успех». Социальные различия между полами сконструированы обществом, культурой и традициями.  И мы должны понять, что было важно в прошлом и что сейчас важно не для отвлеченного «человека», a именно для мужчины или женщины.  

Иначе мы не учтем социальных запросов половины населения страны.  Мы будем приписывать людям желания, которые у них отсутствуют. Для того, чтобы мы соблюдали интересы всех и каждого и существуют гендерные исследования, которые концентрируют внимание на особенностях восприятия действительности. Мужчины и женщины по-разному запоминают события, в которых они участвует, обращают внимание на совершенно разные детали.

 

В чем особенность феминистского движения в России? 

Феминизм как движение — явление городское. Россия была страной слабо урбанизированной. Количество феминисток, лидеров женского движения в конце XIX — начале XX века было очень невелико. Но это  были настоящие интеллектуалы, чьи работы и идеи опередили время. 

И сейчас западные феминистки используют то, что  было придумано, осмыслено нашими феминистками еще в начале XX века. Я имею в виду, например,  Анну Шабанову, Ольгу Шапиро, Марию Покровскую.

Они говорили, что неслучайно  русская литература очень мало уделяла внимания сексуальности.  У нас не найти таких образов, как мадам Бовари или Кармен.  Наши женские образы – это Татьяна Ларина, Елена Инсарова, Наташа Ростова… Наших женщин всё время нацеливали на высокое, на служение общественным идеям, на жертвенность. 

Поэтому декабристки поехали за своими мужьями в ссылку, поэтому народоволки шли преподавать в деревни. Вот почему при всей малочисленности русское женское движение, российский феминизм достигли больших успехов. Ведь в России женщины добились избирательных прав, как я уже сказала, еще до того, как к власти пришли большевики.

Сейчас в моде неоконсервативные ценности, общество нацеливает женщин на возращение к неким корням. Говорят, что надо мужьям больше платить, чтобы жены сидели дома и чаще рожали. Это значит, что завоевания российских феминисток 100-летней давности просто… забыты. Они боролись как раз за обратное: за женскую самостоятельность.

 

А вы считаете, что женщины в массе своей неоконсервативный подход не поддерживают? 

Поддерживают многие.  И феминисткое движение как раз и выступает за право женщин выбирать в жизни свою стезю. Кто-то хочет быть директором, профессором, деканом, а кто-то родить пятерых детей. 

 

Что у вас, как одного и лидеров феминистского движения России, вызывает наибольшую тревогу? 

Самая, пожалуй, острая женская проблема — неравенство в зарплатах. По закону, мужчине и женщине должны платить одинаково, но на самом деле получается, что женщин часто ущемляют.  Им «не достаются» высокие должности с высокой оплатой (исключения бывают, но в массе своей женщины занимают более низкие позиции, нежели мужчины). Их очень неохотно повышают по службе, и им бывает очень непросто стать ректором (хотя преподавателей-женщин пруд пруди),  директором производства (хотя заместители бывают), чем ниже уровень – тем больше женщин. Среди врачей в поликлиниках их полно, но среди академиков в АМН почти нет… 

В целом по стране среди докторов наук доля женщин составляет всего лишь 14%. И это не потому, что женщины в чём-то уступают мужчинам. Нередко их просто отсеивают на самых ранних этапах. Одна знакомая женщина-астроном призналась, что никогда бы не поступила в аспирантуру, если бы не украинская фамилия — Сильченко О. А. может быть как мужчиной как, так и женщиной. Мое глубочайшее убеждение состоит в том, что в анкетировании нужно полностью исключить фактор пола. Также мне кажется правильным вернуться к советской практике, когда в разного рода представительных органах было не менее 30% женщин.   От квотирования отказались во времена Перестройки, и это очень плохо. Ведь чем больше женщин будет во власти, тем выше шанс, что их голос будет услышан. 

хулиганов, провозглашающих «национальный патриархат», преследуют российских феминисток

A ННА КУЗЬМИНЫХ, , 27-летний кинорежиссер, также является участницей Pussy Riot, группы панк-рока и перформанс-арта, которая протестовала против авторитарного правительства Владимира Путина на протяжении большей части десятилетия. В июле вместе с четырьмя другими членами группы она была арестована (дважды) за «неподчинение приказам полиции».

Послушайте эту историю

Ваш браузер не поддерживает элемент

Больше аудио и подкастов на iOS или Android.

После 30 дней в тюрьме Кузьминых в этом месяце освободили. Потом начались настоящие неприятности. Как она рассказывает: «Мой телефон зазвонил, мне звонили сразу 50 номеров». Сообщения были завалены угрозами типа «Шлюха, мы убьем тебя и всю твою семью».

Суровые испытания г-жи Кузьминых никоим образом не являются чем-то необычным. Русские женщины с нетрадиционными взглядами все чаще подвергаются преследованиям со стороны реакционных групп, мишенью которых являются феминистки, гей-активисты, женщины, работающие в порноиндустрии, и те, кто осмеливается иметь романтических партнеров, не являющихся этническими русскими.

Одна группа, которая организовывала подобные кампании запугивания, — это Male State, которая описывает свою идеологию как «национальный патриархат». Основал его в 2016 году бодибилдер Владислав Поздняков. В 2018 году он был осужден по обвинению в разжигании ненависти к женщинам; его группа преследовала многих из них по отдельности. Год спустя Поздняков сбежал в Польшу.

Exile, однако, не помешал ему подбодрить своих разгневанных фанатов-мужчин. Мужское государство заявляет, что выступает против нынешних лидеров России за то, что они слишком про-женски.У него около 83000 подписчиков на его Telegram-канале. Его члены ищут людей — обычно женщин — которые выражают феминистские или дружественные к геям взгляды в социальных сетях или являются частью порно-бизнеса, а затем используют онлайн-инструменты, чтобы их выследить.

Когда им это удается, они становятся противными. Многим жертвам присылают фотографии их домов или их родственников. Угрозу заметить несложно. Г-жа Кузьминых говорит, что переломным моментом для нее стало то, что кто-то отправил ей фотографию ее младшей сестры через WhatsApp, социальную сеть.

Многие активисты подозревают, что Мужское государство имеет связи с российскими властями, особенно с полицией. Члены левой группы Socfemalternativa подвергались преследованиям со стороны Male State и стали предметом отчета Министерства внутренних дел о феминистках, посещающих митинги протеста. Отчет включал фотографии, адреса, аккаунты в социальных сетях и другую личную информацию. Многое из этого появилось ранее в каналах Telegram, которыми управляет Male State. «Дело не только в том, что они знают мой адрес или номер моей квартиры — они даже знают, на каком этаже я живу», — говорит Кузьминых.

Некоторые жертвы сменили города; не менее дюжины бежали из России. Среди тех, кто остается, многие опасаются выходить на улицу; некоторые стали самоубийцами. Г-жа Кузьминых планирует покинуть Россию. Она задается вопросом, может ли западноевропейская страна или Америка признать ее политическим беженцем. Она сомневается, что российские копы ее защитят. Напротив, она опасается, что они могут помочь ее мучителям. ■

Статья появилась в европейском разделе печатного издания под заголовком «Анонимные фанатики»

Женское движение в России | Гарвардская библиотека

Женское движение в России зародилось в 19 веке и приобрело силу в начале 1900-х годов под руководством женщин-педагогов, врачей и активистов.Они выступали за равноправие в сфере образования, права и экономики и стремились улучшить повседневную жизнь женщин из рабочего класса.

Хотя движение было распущено большевиками после Октябрьской революции 1917 года, в царские времена движение было мощной социальной и политической силой. Одним из свидетельств его влияния был принятый Временным правительством в марте 1917 года закон, который сделал Россию второй страной в мире, предоставившей женщинам право голоса.

Коллекция Рутшильд объединяет более 33 000 страниц опубликованных материалов, документирующих это движение за права женщин.Эти микрофильмы, собранные гендерным ученым Рошель Голдберг Рутшильд в течение десятилетий исследований, теперь оцифрованы и доступны в Интернете.

Включены периодические издания, избранные годовые отчеты женских политических, благотворительных и общественных организаций, материалы трех Всероссийских съездов по проблемам женщин, проведенных в период с 1908 по 1915 годы, и 29 монографий (от коротких полемических брошюр до больших эссе). коллекции) первых трех десятилетий ХХ века.

Всего в коллекции:

Периодические издания
  • Женский вестник ( Женский вестник ), 1904-1917 гг.
  • Первый женский календарь ( Первый женский календарь ), 1899-1915 гг.
Организационные отчеты:
  • Лига равноправия женщин (Всероссийская лига равноправия женщин)
  • Общество взаимопомощи женщин (Русское женское взаимно-благотворительное общество)
Материалы Конгресса:
  • Всероссийский женский съезд (1908)
  • Всероссийский съезд по вопросам образования женщин (1914 г.)
Монографии видных российских феминисток и активистов, в том числе:
  • Мария Покровская
  • Александра Коллонтай
  • Прасковия Ариан
  • Кальманович Анна

Кампания запугивания российских феминисток в Интернете

МОСКВА — 14 февраля небольшая группа женщин в российской столице отметила День святого Валентина, проведя демонстрацию в поддержку заключенных в тюрьму женщин, которых они считают политическими заключенными.Они также хотели поддержать Юлию Навальную, жену заключенного оппозиционного политика Алексея Навального.

«Я восхищаюсь теми, кто знает, что им грозит нечто большее, чем просто штрафы, но которые все равно придут на протесты», — сказала пенсионерка, которая попросила называть ее только Мариной и которая регулярно посещает демонстрации оппозиции. «Когда вы знаете, чем рискуют эти люди, вам стыдно сидеть дома и жаловаться на кухне».

Но некоторые из участников протеста рисковали не только штрафами или даже тюремным заключением.Женщина, которая попросила называть только Ксению, которая является членом сообщества SotsFem Alternativa , рассказала RFE / RL, что лидер растущего онлайн-сообщества под названием Male State (Мужское государство) опубликовал в социальных сетях личных данных 13 февраля, сказав ей не участвовать в акции протеста на следующий день и зловеще подчеркнув, что это ее «первое предупреждение».

«Его последователи начали посылать мне всевозможные оскорбления, некоторые даже говорили, что было бы хорошо, если бы я умер», — сказала Ксения RFE / RL.

Другие активисты SotsFem Alternativa также разместили свою контактную информацию на закрытых форумах мужского государства.

«У нас было много неразборчивых угроз … с анонимных аккаунтов», — вспоминает Ксения. «Это было очень неприятно».

Художница-феминистка и активистка Дарья Серенко была организатором акции протеста 14 февраля, и ее личные данные и физический адрес некоторых из ее родственников были опубликованы лидером Мужского государства Владиславом Поздняковым в своем Telegram-канале. Она получила около 600 сообщений с оскорблениями или угрозами.

Серенко сказала, что во многих сообщениях, которые она получала от приспешников мужского пола, содержались прямые угрозы.

«Были угрозы типа:« Мы узнаем ваш адрес », — сказала она в интервью сайту Mediazona . «Мы идем за тобой». ‘Оглянись.’ «Мы посадим вас на бутылку». «Мы идем вас изнасиловать». «Мы знаем, где живет ваш муж». «Мы убьем ваших питомцев».

14 февраля она написала в Twitter , что кампания запугивания против нее переместилась в реальный мир.

«За мной следили с раннего утра», — написала она. «Я говорю о реальной угрозе моей жизни и здоровью. Я подам жалобу».

Женщинам угрожали за участие в акциях протеста.

Поздняков, 30 лет, отказался говорить RFE / RL по поводу этой статьи, настаивая на том, что он сделает это только в том случае, если RFE / RL удалит предыдущую статью о происхождении мужского государства. Поздняков создал онлайн-сообщество в социальной сети ВКонтакте в 2016 году. Его участники были откровенно расистами и женоненавистниками, отстаивали крайне правые взгляды и даже призывали к созданию полиции нравственности.

участников праздновали день рождения Адольфа Гитлера и ругали русских женщин, которые, по их мнению, разрушали русскую нацию своим аморальным поведением, таким как гомосексуальность или общение с иностранцами. Поздняков назвал идеологию общины «национал-патриархатом».

Incel Community

Кинорежиссер Елена Хазанова в течение двух лет изучала феномен «инселя», начав свою работу после того, как инсель, самопровозглашенный, въехал на грузовике на тротуар в Торонто, Канада, и убил 10 человек.Incels — термин, являющийся комбинацией «недобровольных воздержаний» — был внесен в список ненавистников Южного юридического центра по вопросам бедности в США, который описывает их как «часть онлайн-экосистемы сторонников мужского превосходства».

«Мы изучали как русские, так и англоязычные источники», — сказала Хазанова в интервью RFE / RL в июле 2020 года. «Два года мы работали только над этой темой. Два года назад, когда мы начинали, ни у кого в России не было слышал термин «инсель». Но за то время, что мы работали, ситуация сильно изменилась.«

Хазанова сказала, что феномен мужского государства идеологически и психологически сродни более широкому феномену инцела.

«Это типичные консервативные убеждения, которым наша цифровая реальность дала новую жизнь», — сказала она. «Incels считают, что женщины заняли свое место в мире, что на самом деле мужчины должны доминировать, а женщины должны им подчиняться. Их злейшие враги — феминистки, которых они даже отказываются признать женщинами».

Некоторые аккаунты в социальных сетях лидера Мужского государства Владислава Позднякова заблокированы.

«Феминистки и ЛГБТ — это биомусор», — написал Поздняков в Telegram после протеста 14 февраля. «Абсолютные уродства и дегенераты. Это психологически больные люди, которым нет места среди нормальных людей».

Сообщество мужского штата приобрело известность благодаря различным кампаниям, направленным на то, чтобы «вытеснить» женщин, которые якобы появлялись в порнографических роликах в прошлом, угрожая рассказать об этом своим мужьям и детям, а иногда и пытаясь вымогать деньги. Некоторые жертвы этих кампаний, просившие не называть их имени, сказали Радио Свобода, что они были ошибочно выбраны из-за внешнего сходства с женщинами на видео.

Одна женщина, которая сейчас работает учителем, поделилась с Радио Свобода прямым аудиосообщением из одного из личных аккаунтов Постнякова в социальных сетях, в котором голос угрожает рассылать порнографические видео своим ученикам и размещать скриншоты в своей школе, если она не ушел. Ее несовершеннолетний сын также получил послания от мужского пола.

Кампании

Male State также были нацелены на женщин, которые разместили свои фотографии с чернокожими мужчинами или у которых есть дети от смешанной расы. Одна женщина, которой было всего 16 лет, попросила не называть ее имя, стала мишенью для такой фотографии.

«Боже мой, — сказала она RFE / RL, — я поцеловала его только один раз».

Одна 28-летняя девушка из Мордовии, попросившая назвать ее только Анной, замужем за мужчиной из Ганы и имеет двухлетнюю дочь.

Одна женщина, которая замужем за мужчиной из Ганы, подверглась насилию в Интернете.

«Многие сообщения содержали угрозы моей жизни», — сказала она. «Мы найдем тебя». «Ты не можешь спрятаться». «Мы тебя порежем». Никогда не думала, что кто-нибудь на самом деле придет и убьет меня, но стресс сказался на моем здоровье.«

«Они написали, что я шлюха и сплю с« обезьяной »», — добавила женщина. «Они желали болезни и смерти не только мне, но и моему ребенку».

Мужские государственные мемы отмечают « День насилия в семье, » и привлекают комментарии, прославляющие насилие в отношении женщин.

В июле 2020 года ВК заблокировал сообщество Male State, которое на тот момент насчитывало около 170 000 членов, за призывы к насилию. Аккаунт Позднякова в TikTok был заблокирован в апреле 2020 года. Однако сообщество продолжает существовать на различных закрытых форумах и в Telegram-каналах.

Несколько последователей Male State говорили с RFE / RL и защищали угрозы в адрес феминистских активисток во время демонстрации в День святого Валентина.

«Левые в России всегда говорят, что у нас должна быть свобода слова», — сказал Виктор Волков, узнавший о кампании против Серенко через Telegram. «Каждый должен иметь право выражать свое мнение. Что ж, люди высказали свое мнение о Дарье и ее деятельности».

Другой последователь Позднякова, попросивший не называть его имени, заявил, что он знал о кампании против Серенко и поддерживает ее, но не участвовал в ней.

«В обществе должны быть альтернативные голоса», — сказал он. «Левые использовали эту тактику в течение долгого времени, и неудивительно, что лидеры общественного мнения, такие как Поздняков, приняли такие эффективные средства борьбы».

«Феминизм унижает женщин и делает их скотом», — добавил мужчина. «И борьба правых против феминизма — это борьба за достойное будущее для наших женщин и детей».

Феминистка-активистка Дарья Чабан уже несколько лет находится в поле зрения мужского государства.Она получила поток угроз, когда высказалась в поддержку трех сестер Хачатурян, которых преследуют за убийство своего отца в 2018 году после того, как они пережили, по их словам, годы сексуального и физического насилия. Мужское государство занимало видное место в коалиции так называемых защитников традиционных ценностей, включая Русскую православную церковь, которые отвергли аргумент сестер о самообороне.

Жестокое обращение в Интернете стало намного хуже, когда Чабан написала в социальных сетях, что не хочет иметь детей.После этого поста она получила сообщения, в которых говорилось, что она «недостойна жить», или с сожалением о том, что «нет концентрационных лагерей, где они могли бы уничтожать таких, как вы, вместе с геями и другими недостойными».

«Были угрозы смертью, изнасилованием и избиением», — рассказала она. «Кто-то написал, что он донесет на меня в полицию и что я буду заключен в тюрьму за распространение порнографии. Вот как они утверждают, что защищают интересы детей и подростков, которые могут зайти на мою страницу в социальных сетях и найти мои положительные изображения тела .«

Тест: 10 женщин, которые изменили мир

Активистка «СоцФем Альтернатива» Ксения подчеркнула, что, несмотря на кампанию запугивания «Мужское государство», митинг 14 февраля прошел успешно.

«Я думаю, что 250 женщин, которые встали в центре Москвы в цепочке солидарности, хотя и знали, что их могут избить дубинками, — это успешный протест», — сказала она RFE / RL. «Им определенно не удалось его отменить».

Она добавила, что активисты в России привыкли к угрозам и что феминистские мероприятия регулярно привлекают ультраправых, которые используют различные средства, чтобы сорвать процесс.

«Но это определенно не причина оставаться дома, — сказала Ксения, — или перестать настаивать на правах женщин, или прекращать борьбу за справедливый мир».

Написано Робертом Колсоном на основе репортажа Карины Меркурьевой из Русской службы Радио Свобода. Сергей Хазов-Кассия из Русской службы Радио Свободная Европа / Радио Свобода внес свой вклад в этот отчет

Россия должна отменить список рабочих мест без женщин

Трансгендерная женщина из Санкт-Петербурга, Россия, выиграла последнее судебное разбирательство с бывшим работодателем, который уволил ее в 2017 году после того, как она изменила свой юридический пол.

Женщина, известная во время всех испытаний под псевдонимом «Анна», десять лет проработала в компании, производившей пластины, используемые в печатных станках для обертки конфет. В 2017 году она была официально признана женщиной, а затем уволена. Основания? Что российское правительство запретило женщинам выполнять эту работу.

Укоренившийся в советской пропаганде 1970-х годов постановление, принятое правительством президента Владимира Путина в 2000 году, которое утверждало, что женщинам нужна «защита» от опасной работы для сохранения их фертильности, требует «защиты», подтвердило запрет на работу женщин в 456 профессиях.К ним относятся водители поездов или грузовиков и автомеханики.

российских женщин боролись с законом, в том числе в знаменательном деле 2012 года, когда женщину, изучавшую морское мореплавание, приняли на работу капитаном речного судна, а спустя несколько недель отказали, сославшись на запрет на участие женщин в этой профессии. Она никогда раньше не слышала о регулировании и инвестировала в свое образование по этой профессии.

Российские суды рассмотрели дело безуспешно, но в 2016 году Комитет ООН по ликвидации дискриминации в отношении женщин вынес решение в ее пользу, упрекнув российское правительство в его необоснованном призыве к защите женской фертильности и рекомендовал пересмотреть и изменить список запрещенных профессий. .

В июле 2019 года, после того судебного иска и апелляции ООН, а также кампании # alljobs4allwomen, проведенной ведущими правозащитными группами, Министерство труда и социальной защиты объявило о сокращении списка до 100 «запрещенных» профессий. Сокращенный список вступит в силу в январе. Со следующего года российским женщинам будет разрешено водить поезда и грузовики, а также ремонтировать автомобили.

Но в пересмотренном списке по-прежнему говорится, что женщинам запрещено работать в «химической промышленности, металлургии, нефтедобыче, добыче угля, производстве изоляционных материалов и некоторых других» из-за вредного воздействия определенных соединений на репродуктивное здоровье женщин.”

Недавно завершенное дело Анны иллюстрирует абсурдность этого списка и произвол, с которым он был нанесен русским женщинам. Это также ограничивает репродуктивные функции женщин и увековечивает традиционные гендерные роли и стереотипы.

Анна начала переходный период в 2015 году и боролась за то, чтобы имя на ее удостоверении личности соответствовало ее гендерной идентичности, заменив мужское имя, данное ей при рождении. Завязалась битва за изменение маркера пола в ее удостоверении личности. Но успех в смене юридического пола в 2017 году быстро привел к ее увольнению.Анна сразу же подала иск о дискриминации, но проиграла.

С помощью российской группы по защите прав ЛГБТ + «Выход» («Выход») она обратилась в городской суд, но снова проиграла. В декабре 2018 года президиум городского суда признал недействительными ранее вынесенные решения и направил дело Анны на новое рассмотрение.

В апреле 2019 года она выиграла, и суд назначил 10 000 рублей (144 доллара США) в качестве компенсации морального вреда и 1,85 миллиона рублей в качестве компенсации за вынужденный прогулы. В апреле 2020 года апелляция ее бывшего работодателя была отклонена, и решение о компенсации наконец оставлено в силе.

Макс Оленичев, юрисконсульт компании «Выход», который помогал в деле Анны, сказал, что окончательное решение суда является важным сигналом о том, что трансгендеры в России могут добиваться справедливости через суд, но также является сильным сигналом о гендерном равенстве в более широком смысле. «Каждая женщина имеет право выбирать профессию», — сказал Оленичев. «Абсолютный запрет на такой выбор, установленный в России списком запрещенных для женщин профессий, является проявлением дискриминации».

Вместо того, чтобы ограничивать доступ женщин к трудоустройству, российское правительство должно сосредоточить внимание на том, чтобы рабочие места были безопасными и свободными от злоупотреблений и дискриминации для всех.Работодатель Анны никогда не подвергал сомнению ее способность выполнять свою работу до того, как она на законных основаниях сменила пол. Затем они использовали пагубный и дискриминационный закон России, чтобы уволить ее.

Вместо того, чтобы злоупотреблять законом, чтобы не допустить женщин к определенным профессиям, российские власти должны сосредоточить свое внимание на дискриминации по признаку пола, например, на разнице в заработной плате, с которой сталкиваются женщины в России, несмотря на то, что в среднем они лучше образованы и здоровее мужчин. В правовой системе нет места запрету женщинам выполнять 456, 100 или одну работу, отрицая равенство женщин в выборе профессии.

МЕНШИВИК, БОЛЬШЕВИК, СТАЛИНСКИЙ ФЕМИНИСТ

У русского феминизма было два грозных противника: реакционные правые, считавшие, что место женщины — в доме; и марксистское движение. Марксисты рассуждали, что корни всякого угнетения — экономические. Пролетарии, будь то мужчины или женщины, эксплуатируются буржуазией, и пролетарская революция положит этому конец. До революции любая забота о равенстве женщин, любые попытки обеспечить им право голоса, равные возможности трудоустройства или высшее образование вызывали разногласия и вызывали контрреволюцию.В этой области русские марксисты последовали примеру своих немецких коллег. Когда в 1901 году выдающаяся немецкая марксистка Лили Браун опубликовала свою книгу «Die Frauenfrage», в которой она вышла за рамки экономики и проанализировала угнетение женщин как пола, грозная Клара Цеткин осудила ее и зачитала международное марксистское движение. Вклад Александры Коллонтай в антифеминистскую кампанию марксистов состоял в том, что она наставляла группу женщин-работниц сорвать национальный конгресс русских феминисток 1908 года выкрикиванием лозунгов и публикацией в 1909 году ее книги «Социальные основы женского вопроса». , » 400-страничная обличительная речь против лидеров феминистского движения.

Большевистская фаза Коллонтай началась, когда она уладила свои разногласия с Лениным в 1915 году, сближение, которое произошло из-за их общей пораженческой позиции во время Первой мировой войны. Ко времени либерально-демократической революции в феврале 1917 года Коллонтай была ученицей Ленина. Следующие несколько лет ее жизнь была бурной. Согласно хроникам ее биографов, в нем есть мерцающая интенсивность мелодраматического немого фильма. Она была ненадолго заключена в тюрьму Временным правительством. Она участвовала в решении Ленина и Троцкого захватить власть и была вознаграждена постом на уровне кабинета министров (Софья Панина была министром во Временном правительстве, поэтому большевики чувствовали, что они не могут сделать ничего меньшего).Коллонтай возглавила отряд революционных моряков при занятии почитаемого Александро-Невского монастыря в Петрограде, акция, которая положила начало гонениям на верующих, которые и по сей день являются такой заметной чертой советской жизни.

В разгар всего этого 45-летняя Коллонтай вышла замуж за гигантского 28-летнего моряка Павла Дыбенко (большевистские лидеры отреагировали на разницу в возрасте, как кудахтанье деревенских сплетен). Затем Дыбенко был предан суду за дезертирство, оправдан с помощью Коллонтай, после чего пара предприняла серию фантастических странствий по раздираемой Гражданской войной югу России, в ходе которого их брак распался.(Коллонтай описала отношения в своем романе как «ключ», «Василиса Малыгина».)

Именно тогда Коллонтай начала концентрироваться на обеспечении равных прав и некоторой власти для женщин. Ее имя часто связывают с такими широко известными событиями тех лет, как легализация абортов, доступность развода, пособия по беременности и родам и создание специального бюро Коммунистической партии, занимающегося организацией и идеологической обработкой женщин, Женотдел.

Все три биографии содержат разрушительные свидетельства враждебности мужчин-большевистских лидеров к любой программе, законодательству или организации, адресованным конкретно интересам женщин, а также постоянной необходимости, чтобы Коллонтай и другие женщины в большевистской иерархии притворялись, что их заботит женские проблемы не имели ничего общего с идеологией презираемых феминисток «равноправных».Таким образом, аборт был легализован только как временная мера, вызванная Гражданской войной; легализация была прямо провозглашена в интересах всего коллектива, а не отдельной женщины, нуждающейся в аборте. Нет лучшей иллюстрации второсортного гражданства женщин в этом новом обществе, чем история о том, как офис Женотдела пришлось переехать в отдаленный угол здания штаб-квартиры партии, чтобы женщины «болтали». ‘не будет мешать товарищам-мужчинам во время их важных дел.

Это не должно стать сюрпризом для тех, кто знаком с тонко завуалированным женоненавистничеством Ленина. В то время как Ленин мог красноречиво писать об экономической эксплуатации женщин, он также заставлял жену и тещу поджидать его по рукам и ногам. В его письмах «думать как женщина» или «вести себя как женщина» было худшим обвинением, которое он мог бросить другому мужчине. Понятие Ленина об участии женщин в политическом процессе можно судить по его поведению на Международной социалистической женской конференции, состоявшейся в Берне в 1915 году.По описанию Беатрис Фарнсворт, Ленин лично собрал делегацию женщин-большевиков во главе с его женой Надеждой Крупской и его любовницей Инессой Арманд, которые написали свои программные документы и речи, а за столиком в соседнем ресторане проинструктировали их, что им следует говорить. конференция. Либеральной феминистке Ариадне Тырковой, школьной подруге Крупской, Ленин сказал, что как только он придет к власти, он позаботится о том, чтобы ее подобные ей были повешены на уличных фонарях. Письма Ленина к Инессе Арманд и его записи разговоров с Кларой Цеткин не оставляют сомнений в том, что он находил сексуальное освобождение женщин отталкивающим.

Ожидание Коллонтай, что ей и другим женщинам будет предоставлена ​​реальная политическая власть в Советском правительстве, ее пренебрежение двойными стандартами в сексе и ее настойчивое требование превратить советское общество в социалистическую утопию, невзирая на человеческие жертвы, неизбежно противоречили ее взглядам. Ленина и Троцкого. Ее утопия возникла не из марксистских источников, а из знаменитого эпизода сновидений в романе Николая Чернышевского 1863 года «Что делать?» — романе, влияние которого на русское революционное движение в целом было неизмеримо.Чернышевский описал идеальное общество будущего, в котором все социальные и личные проблемы навсегда решаются путем размещения всего населения в общежитиях с совместным обучением, кормления его в коммунальных столовых, воспитания детей в коммунальных яслях и совместной работы. В этом для Коллонтай была суть коммунизма. Чернышевский ожидал, что его утопия разовьется через много веков; но Коллонтай, в истинно большевистской манере, хотела, чтобы это было выполнено немедленно.

Феминизмов и феминистских движений в Европе

Первоначально использовавшееся медицинским корпусом во Франции для обозначения женоподобного мужчины, прилагательное « féministe» и существительное « féminisme» было впервые использовано в их нынешнем значении французской журналисткой и активисткой Юбертин Оклер (1848-1914). , который основал La Citoyenne .Этот термин распространился по всей Европе и обозначал в широком смысле слова как форму мысли, которая критиковала гендерное неравенство, так и различные средства его протеста. Историография феминистских движений сегодня подчеркивает их разнообразный характер и проводит различие между несколькими волнами, сосредоточенными, соответственно, вокруг прав женщин (с середины девятнадцатого до середины двадцатого века), освобождения женщин (1970-е и 1980-е годы) и их множественной идентичности (с 1990-х до настоящее время).

Революции и гендерное неравенство (1789-1848)

Французская революция стала катализатором дебатов по поводу эмансипации женщин.Декларация прав человека и гражданина № от 26 августа 1789 г., в которой провозглашается, что «люди рождаются и остаются свободными и равными в правах» (статья 1), предполагает, что равенство было предоставлено всем людям. Однако, несмотря на участие женщин в революционные времена, последующие собрания предоставили женщинам элементы гражданского равенства (особенно в вопросах наследования), но отказались предоставить им политическое равенство, которого требовали, среди прочего, математик и заместитель маркиза де Маркиза. Кондорсе (1743–1794), а также писательница Олимпа де Гуж (1748 или 1755–1793), опубликовавшая в 1791 году Декларацию прав женщины и гражданина № . Ограничив таким образом женщин домашней сферой, Первая французская республика зарекомендовала себя как глубоко антифеминистская, лишив женщин таких основных прав, как право на собрания и право участвовать в выражении общей воли.

Этот парадокс вызвал критику за рубежом, например, ответ английского философа Мэри Уоллстонкрафт (1759-1797) 1792 года на доклад Талейрана (1754-1838) за предыдущий год Assemblée constituante, в котором утверждалось, что женщины должны получать только домашнее образование.Она осудила несправедливый и бессвязный характер подчинения женщин. В том же году мэр прусского города Кенигсберга Теодор Г. фон Хиппель (1741-1796) анонимно опубликовал текст, в котором он выступал за улучшение гражданского положения женщин. Феминистские требования возникли аналогичным образом в ряде европейских стран в течение 1790-х годов, включая Францию, Голландскую республику, а также государства и княжества в Италии и Германии. Наполеон, который был коронован императором в 1804 году, тем не менее в том же году снабдил Францию ​​ретроградным Гражданским кодексом в отношении гендерного равенства, который подтвердил подчинение замужних женщин своим мужьям и освятил власть pater familias .Из-за наполеоновских завоеваний этот Гражданский кодекс был навязан — или служил образцом — для большей части Европы, что дорого обошлось гендерным отношениям в Европе вплоть до середины двадцатого века.

Новый европейский порядок, возникший на Венском конгрессе (1815 г.), по своей природе не был склонен к продвижению реформаторских движений, тем более феминистского характера. Тем не менее социальная утопия, разработанная французом Шарлем Фурье (1772-1837), для которого прогресс людей зависел от продвижения женщин к свободе, наряду с размышлениями сен-симонианцев о свободе женщин, которые они исследовали во всех ее аспектах без табу , обсуждались в соседних странах в 1820-х и 1830-х годах.Распространению этих идей способствовали первые женские газеты Сен-Симона, такие как La Femme libre, , издававшаяся и писавшаяся исключительно женщинами.

Во время революций «Народной весны» 1848 года женщин можно было увидеть на баррикадах и в демократических клубах в Париже, Вене, Берлине, Праге, Франкфурте, Милане, Барселоне, Кельне, Венеции и Стокгольме. Поднимая требования прав и равенства от своего имени, они призывали к праву участвовать в государственных делах, получать образование, пользоваться свободой в браке и разводом.Жанна Деруан (1805-1894 гг.) В Париже и Каролина Перин (1808-1888 гг.) В Вене призвали к избирательному праву женщин и основали женские демократические клубы, такие как клуб в Париже, основанный вокруг Эжени Нибойе (1796-1883) и ее газеты La. Волшебный мир .

На последующем этапе восстановления резко ощущалась антифеминистская реакция, поскольку правительства континентальной Европы закрывали женские клубы и ассоциации и запрещали женщинам выражать свое мнение в политической прессе.С 1850 года в германских землях и Австрийской империи женщины не только не получали равенства на гражданском уровне, но также были юридически запрещены к любой деятельности политического характера, что исключало их из общественной сферы, которая строилась в то время. .

Рождение феминистских движений (1848-1880)

В то время как женщины континентальной Европы на мгновение замолчали, в 1850-х годах в Англии и Скандинавии возникли новые феминистские инициативы в связи с дебатами вокруг правовых реформ в области супружества, образования и занятости женщин.Английские феминистки выступили против законного подчинения жен в браке (лишение их личного имущества в пользу мужей, крайне неравное обращение с прелюбодеянием, фактическая невозможность развода). При поддержке членов парламента, таких как лорд Генри Брум (1778–1868), им удалось принять закон, облегчающий развод (Закон о супружеских отношениях 1857 г.), но замужние женщины по-прежнему лишались своего имущества. В скандинавских странах законное подчинение женщин, власть отцов над дочерями и статус одиноких взрослых женщин были поставлены под сомнение и стали предметом реформ в 1850-х годах.

В последующее десятилетие в Западной и Центральной Европе сформировались феминистские движения. Во Франции первые феминистские ассоциации были созданы по инициативе журналиста Андре Лео (мужской псевдоним Леодиль Шампсе, 1824-1900). В германских землях Луиза Отто-Петерс (1819–1895) и Огюст Шмидт (1833–1902) в 1865 году в присутствии лидера социалистов Августа Бебеля (1840–1913) создали Общую ассоциацию немецких женщин. Феминистские ассоциации также зародились в Богемии, Болгарии, Украине и Молдавии.В 1870-е и 1880-е годы эта первая феминистская волна распространилась на Восточную и Южную Европу. Однако в России, Польше, Венгрии и Испании вряд ли можно говорить о феминистском движении до 1900 года. В России Всероссийский союз за равенство женщин был создан в 1905 году после революции, хотя он призывает к избирательному праву женщин. не были подхвачены революционным движением.

Сосредоточившись на правах женщин, эти феминистские движения преследовали цели, которые вращались вокруг двух центральных вопросов: реформирования образования девочек и брака.К ним были добавлены и другие требования, такие как реформа половой морали, гендерное равенство перед законом и доступ женщин к университетам и доступным профессиям. В течение десятилетия, предшествовавшего Великой войне, право голоса женщин стало преобладающим требованием в Европе. Умеренные и более радикальные ветви противостояли по всем этим вопросам, каждый со своими собственными способами действий и аргументами. Подавляющее большинство феминисток были законниками, желательно обращаясь к петициям или прессе и стремясь заручиться поддержкой политиков в своих целях.Лишь меньшинство, например британские суфражистки, прибегало к насилию, чтобы быть услышанными, например, когда Эмили Дэвидсон (1872-1913) бросилась под коней короля во время дерби в Эпсоме в июне 1913 года. В результате она умерла через четыре дня после этого. ее ран. Помимо этих различий, период между 1890 и 1910 годами стал высшей точкой для феминизма первой волны в Европе.

Эпоха феминистских конгрессов (1890-1914)

В девятнадцатом веке феминистские движения возникли и развивались в рамках национального государства.В регионах, где такое государство отсутствовало, или в многонациональных государствах (Австро-Венгерская и Османская империи), они возникли в связи с националистическими движениями, что подчеркивает особую роль женщин в передаче национальной культуры (Польша, Богемия и др.) Украина, Болгария). Многие феминистки были вовлечены в другие социальные движения, которые были столь же многочисленными, сколь и разнообразными: антирабовладельческими, религиозными, педагогическими, гигиенистскими, профсоюзными, либеральными, социалистическими, анархистскими и пацифистскими. Многочисленные и сложные связи между этими движениями были установлены и продемонстрированы во время международных конгрессов, на которые собирались активисты европейского и не только европейского масштаба.

Двумя крупнейшими феминистскими интернационалами были Международный совет женщин (ICW, созданный в 1888 году) и Международный союз избирательного права женщин (IWSA, 1904). ICW, насчитывающий 7 миллионов членов из 24 стран, собрал 2000 женщин в Берлине в июне 1904 года для участия в Международной конференции женщин, которая касалась четырех основных направлений деятельности ассоциаций, которые он представлял: образование женщин, профессиональная подготовка и занятость, социальная сфера. институты и правовой статус женщин.Женское избирательное движение, организованное на международном уровне в рамках IWSA, подчеркнуло универсальный характер прав женщин и представило себя как движение за права человека. Сравнения между странами позволили ему оказать давление на лиц, принимающих политические решения на национальном уровне.

Пролетарское женское движение организовано и на международном уровне. В 1907 году немецкие работницы созвали Первую международную конференцию женщин-социалисток в Штутгарте, на которой женщины согласились с требованием неограниченного избирательного права.Именно во время Второй Международной конференции в Копенгагене в 1910 году Клара Цеткин (1857-1933) предложила одновременно организовать Международный женский день в Германии, Австрии, Болгарии, Дании и Швейцарии, который должен был состояться 19 марта 1911 года.

За исключением меньшинства женщин-пацифистов, которые в апреле 1915 года создали Международный женский комитет (а затем и Лигу) за мир и свободу (WILPF), Первая мировая война временно приостановила интернационализм женщин и остановила требования феминисток.С объявлением войны женские ассоциации во всех странах приостановили выполнение своих требований, чтобы служить нации и доказать свой патриотизм. Женщины были мобилизованы для участия в войне воюющих стран, хотя по мере продолжения конфликта протесты вернулись. В 1917 году работницы объявили забастовку и протестовали за лучшие условия труда и более высокую заработную плату, такие как « midinettes », работающие швеями в Париже, или « munitionnettes », работающие на военных предприятиях.В России революция февраля 1917 года началась с протестов женщин, проведенных в Международный женский день. Благодаря свержению монархий и политическим потрясениям в результате окончания войны женщины получили право голоса во многих европейских странах (Россия в 1917 году, Германия, Австрия, Латвия, Эстония, Польша и Великобритания в 1918 году, Нидерланды и Люксембург в 1919 г.), где отныне участвовали в политических партиях и занимали места в национальных парламентах.

На феминистском фронте: от одного послевоенного периода к другому (1920-1960)

Участие женщин в войне пошатнуло представление о мужском превосходстве.В 1920-е годы изменились и мир, и мода. В крупных европейских столицах во время «ревущих двадцатых» стало меньше одежды и стрижек (стрижка сорванцов). Однако «современная женщина», курящая студентка или работающая и финансово независимая женщина оставались в меньшинстве. В действительности гендерные отношения не претерпели серьезных изменений, и общества стремились вернуться к нормальной жизни.

Под руководством Александры Коллонтай (1872-1952), члена коммунистического правительства, возникшего в результате Октябрьской революции, и Инессы Арманд (1874-1920), члена Центрального комитета партии, Россия стала страной, предоставившей женщины имеют наибольшие права: равенство супругов в отношении детей, систематическое предоставление развода по взаимному согласию, защита беременных женщин, отпуск по беременности и родам, свободный и легкий доступ к аборту.Реформы Семейного кодекса (1918 и 1926 гг.), А также меры, принятые в 1920-х годах для содействия интеграции женщин в политическую и экономическую жизнь, породили надежды на глубокие изменения в отношениях между мужчинами и женщинами. Однако с конца 1920-х годов утвердилась новая сталинская модель, которая основывалась на силе и проводила контролирующую политику натализма. Советские власти, стремившиеся восстановить порядок в семье и предотвратить любые формы «феминистского уклонения», закрыли женскую секцию ЦК (созданную в 1919 году) и постановили решить женский вопрос.В течение 1930-х годов недавно предоставленные права (аборт, развод) были отменены или в значительной степени игнорировались в пользу просемейной и наталистской политики.

В странах, где женщины получили право голоса после войны, политические партии ухаживали за ними и беспокоились о последствиях этого права с точки зрения политического большинства. Перед женщинами-активистами возникли новые вопросы, например, как подняться до политического поста и как действовать на всех фронтах, чтобы получить другие права. Мобилизация за право голоса продолжалась во Франции и Италии, хотя и безуспешно, до конца Второй мировой войны.Феминистки повсюду встречали сильное сопротивление в трансформирующихся обществах, отмеченных напряженным социальным и политическим контекстом.

Во Франции лишь незначительное меньшинство феминисток, принадлежащих к неомальтузианской ветви, осудило принятие закона о натализме от 31 июля 1920 года, который запрещал всю информацию о контрацепции и абортах. Французская феминистка Аврил де Сент-Круа (1855-1939) подняла факел международной борьбы против регулируемой проституции (аболиционистское движение), торговли женщинами и детьми, а также за профилактику венерических заболеваний.Мария Вероне (1874–1938), журналист и президент Французской лиги прав женщин, опубликовала множество статей о законе о матерях-одиночках, разводе, положении вдов на войне, жилищном кризисе, пацифизме и равной оплате за равный труд. В 1930-х годах она разделила борьбу нового международного сообщества, разделившего феминистские круги. Родившаяся в Берлине в июне 1929 года и известная своей опасностью и динамизмом, организация Open Door International: За экономическую эмансипацию женщин-работниц боролась за профессиональное гендерное равенство и против конкретных мер защиты работающих женщин, в частности, осуждая запрет на работу в ночное время или работу. в шахтах или под землей.Между тем, все феминистские ветви согласились выступить против исключения замужних женщин из рабочего мира, что было реализовано во многих странах, переживающих экономический кризис, за исключением Франции, Швеции и Норвегии.

В Европе, которая не была мирной, женщины-пацифисты удвоили свои усилия, чтобы изменить парадигму международных отношений и предотвратить опасность распространения оружия. В женских союзах Лиги Наций (ЛН) женщины из разных европейских стран мобилизовались и стремились успешно завершить умиротворяющий проект ЛН.WILPF сплотил женщин вокруг основных идей и в 1932 году собрал восемь миллионов подписей под петицией о разоружении.

Фашистские режимы в Италии и нацистской Германии стремились восстановить контроль над женщинами. После того, как феминистские ассоциации были запрещены (в 1933 году в Германии, 1938 в Италии), активисток заставили замолчать, а женщины стали членами крупных женских организаций под руководством партии. Во время Второй мировой войны, как это было принято во время войны, сексуальность, особенно женская, подвергалась усиленному контролю, а сексуальное насилие использовалось как оружие войны и для чисток.

После конфликта политические права были наконец предоставлены женщинам в ряде стран Западной Европы (Франция 1944 г., Италия 1945 г., Бельгия 1948 г.) и на Балканах (Хорватия и Словения 1945 г., Албания 1946 г., Югославия 1947 г.), в то время как в Южной Европе греческих, португальских и кипрских женщин, а также женщин из Швейцарии по-прежнему не допускали к урне для голосования. В 1948 году Всеобщая декларация прав человека признала как гендерное равенство, так и равенство между супругами.Ряд западноевропейских стран вписали гендерное равенство в свои новые конституции (Франция 1946 г., Италия 1947 г., Федеративная Республика Германия 1949 г.). В течение 1950-х годов восприятие сексуальности эволюционировало, особенно у молодых людей, хотя европейские общества во время бума рождаемости хотели, чтобы матери оставались дома, и им было трудно разделить сексуальность и деторождение. Обеспечение доступа к противозачаточным средствам было сложной задачей, которую возглавляли ассоциации планирования семьи.

«Годы движения» к западу от железного занавеса (1960–1980-е годы)

В коммунистических странах к востоку от железного занавеса гендерное равенство было частью государственной идеологии, которая особенно поддерживала баланс между работой и семьей для женщин и либерализовала аборты (1955 в СССР, 1956 в Болгарии, Польше, Венгрии, Румынии, 1957 в Чехословакии, 1960 г. в Югославии и 1972 г. в ГДР, то есть задолго до западноевропейских стран), но заклеймил феминизм как «буржуазное» отклонение и подрывное движение.Международная демократическая федерация женщин (МДФ), придерживавшаяся коммунистических взглядов, отстаивала права женщин на международном уровне и помогала женским ассоциациям в молодых странах, переживших деколонизацию.

В западных демократиях протестные движения конца 1960-х годов создали благоприятный контекст для появления так называемого феминизма второй волны в Соединенных Штатах (женская либеральная партия) и Западной Европе. Речь шла не столько о завоевании равных прав, сколько о достижении реального равенства, в том числе в «частной» сфере семьи, брака и сексуальности, а также о материальном и культурном «освобождении» женщин.Исключение мужчин из большинства женских групп и коллективов считалось непременным условием эмансипации женщин. Организованные в «группы повышения осведомленности», комитеты и сети различного размера и формы, феминистки предпочтительно действовали на местном уровне в проектах, часто социальных по своему характеру: кампании по репродуктивному контролю (доступ к противозачаточным таблеткам и либерализация абортов), создание прессы издания (более 400 феминистских периодических изданий в ФРГ в период с 1973 по 1980 год), женские семинары или университеты и приюты для женщин, подвергшихся побоям.

Это движение выступало за зрелищные акции, освещаемые средствами массовой информации, и использовало оружие провокационной речи. В августе 1970 года дюжина французских феминисток поместила цветы у подножия Триумфальной арки в память о жене неизвестного солдата, «более неизвестной, чем неизвестный солдат». Так родилось Освободительное движение французских женщин (Движение за освобождение женщин, MLF). В апреле 1971 года в периодическом издании Nouvel Observateur появился «Manifeste des 343 salopes» [Манифест 343 шлюх], у которых хватило смелости сказать: «Я сделала аборт» и потребовать бесплатного доступа к контрацепции и аборту. Вдохновленные этой акцией, несколько недель спустя немецкие женщины, в том числе журналистка Карола Стерн (1925–2006) и актриса Роми Шнайдер (1938–1982), запустили прессу «Wir haben abgetrieben» (У нас были аборты). кампании в ФРГ, в большом тиражном журнале Stern .

В соответствии с этими международными мобилизациями, ООН провозгласила 1975 год «Годом женщины», а в 1979 году приняла Конвенцию о ликвидации всех форм дискриминации в отношении женщин.

Политическое влияние феминизма, которое было заметно в международном масштабе, во многих странах выразилось в принятии законодательных реформ и программ, продвигающих гендерное равенство в 1970-х и 1980-х годах, а позже в усилиях по прекращению сексуальных домогательств и сексистского насилия. Например, в 1970 году итальянский парламент одобрил закон о разводе и частично декриминализовал аборты в 1978 году. В Англии за Законом о равной оплате труда 1970 года последовали в 1975 году Закон о дискриминации по признаку пола и Закон о защите занятости против незаконного увольнения в делах. беременности, а в 1976 году — Законом о домашнем насилии и супружеском судопроизводстве, а также Законом о сексуальных преступлениях (поправка), чтобы укрепить права женщин перед лицом сексуального насилия.В Испании смерть Франко в 1975 году и переход к демократии привели к возрождению феминизма. Кодификация прав женщин отражала признание их борьбы, которая шла рука об руку с институционализацией, особенно политической (создание специальных министерств, введение квот в определенных политических партиях в ФРГ в 1980-е годы) и академической (создание кафедр для женщин и женщин). гендерный анамнез). Это называется государственным феминизмом, особенно тот вид, который развился в скандинавских странах и во Франции в «бурные годы» (1981-1986).

Некоторые активистки-феминистки, которых называют фемократами, стали участвовать в политических партиях и учреждениях, чтобы добиться новых реформ. На противоположной стороне были другие, которые были более радикальны и хотели оставаться независимыми, но не могли избежать снижения мобилизации женщин.

Активистское возрождение в глобализованном мире (1990-е годы по настоящее время)

90-е годы ознаменовались двумя переменами разного характера. С одной стороны, на Востоке падение Стены и крах коммунистического блока поставили под сомнение определенное количество прав и преимуществ для женщин в этих странах, таких как аборт, защита от супружеского насилия, уход за детьми и доступ к квалифицированные занятия.С другой стороны, после достижений предыдущего периода были поставлены новые вопросы. После вопроса об органе, который был центральным в 1970-е годы, роль женщин в принятии политических решений вернулась на первый план и привела к принятию законов, обеспечивающих квоты или паритет (закон от 6 июня 2000 г. во Франции). Кроме того, гендерная идентичность подвергалась сомнению на пересечении феминистской и ЛГБТ-борьбы (лесбиянок, геев, бисексуалов, трансгендеров). Текущие дебаты в феминистском движении вращаются вокруг гендерной бинарности или текучести, эксплуатируемых проституток или секс-работников и принятия чадры как свободы носить то, что хочется, или ее отказа как символа угнетения.В отличие от представления о том, что мы живем в постфеминистский период, когда женщины получили все права, наблюдения показывают сохранение гендерного неравенства. В интерсекциональной перспективе, неравенство «расы» и «класса» также было добавлено, как и те, которые появляются в глобальном масштабе в результате неолиберальной глобализации. Доказательством этого являются женщины-мигранты, которые особенно подвержены насилию.

Форма иска также подвергалась сомнению. Возрождение активистов привело к появлению небольших решительных групп, таких как Pussy Riot в России, транснациональных сетей, таких как Femen, или мобилизации через социальные сети.#Metoo способствовал массовому и транснациональному выражению давнего восстания против насилия в отношении женщин.

Перевод Арби Гарибиан

Самых крутых женщин-революционерок в России

Советских военнослужащих | © Wikicommons

На протяжении всей истории Российской империи и СССР сильные и смелые женщины бросали вызов ожиданиям, отказываясь от комфортной жизни, чтобы бороться за идеалы, в которые они верили.От радикальных экстремистов до упорных социалистов и марксистов — вот некоторые из главных революционеров России.

Хотя она могла быть наиболее известна как жена Владимира Ленина, Крупская сама по себе была выдающейся революционеркой. Она начала свою политическую карьеру в качестве марксистского активиста в Санкт-Петербурге в конце 1800-х годов и прослужила три года в ссылке после ареста. Вместе с Инессой Арманд и Конкордией Самойловой она редактировала «Работницу», журнал, посвященный роли женщин в социалистическом обществе и способствовавший созданию Z henotdel, коммунистической женской организации СССР .Как главный доверенное лицо и соратник Ленина — особенно в течение 16 лет, которые они провели в изгнании до революции, — Крупская также была его личным секретарем, а также работала редактором его публикаций.

Надежда Крупская была личным секретарем Ленина. | © WikiCommons

Арманд была русской социалисткой, феминисткой французского происхождения и (возмутительно для того времени) разведенной и дважды вышла замуж к тому времени, когда ей исполнилось 35 лет. Верующая в свободолюбие, широко признано, что она была давней любовницей Ленина.Заинтересовавшись марксизмом через своего второго мужа и впоследствии лично встретившись с Лениным во Франции, Арман организовала сеть большевиков, живущих в европейской эмиграции. Она тесно сотрудничала с Надеждой Крупской, чтобы освободить женщин и вовлечь их в советскую машину. Затем она возглавила Z henotdel и неустанно выступала за просвещение женщин, улучшение доступа к медицинским ресурсам и освобождение их от домашних обязанностей. Арман был отправлен на Кавказ для некоторой передышки после того, как он истощился от суровой кампании Zhenotdel .По иронии судьбы, здесь она заболела холерой и умерла в возрасте 46 лет.

Инесса Арманд была первой, кто возглавил Женедтол | © Wikicommons

Марксистка до феминизма, Коллонтай считала освобождение женщин и социализм неотделимыми, а домашнее рабство и воспитание детей — обязанностью коллективного общества. В Санкт-Петербурге она организовала несколько общественных инициатив, ориентированных на женщин, прежде чем присоединиться к Zhenotdel , которую она в конечном итоге возглавила после смерти Арманда.В этой роли она стремилась освобождать и обучать женщин в отдаленных патриархальных общинах и пыталась изменить законы об абортах, разводе, контроле над рождаемостью и гомосексуализме. Хотя ее назначение в Норвегию послом в 1922 году было равносильно изгнанию, эта должность сделала ее второй женщиной-послом в мире за всю историю.

Александра Коллонтай начала кампанию за права работающих женщин в Санкт-Петербурге. | © WikiCommons

Год, когда Брешковской исполнилось 17 лет, был тем же годом, когда царь Александр II отменил крепостное право, несмотря на нежелание дворянства их освободить.Поддерживая тяжелое положение крепостных, юная Брешковская попыталась открыть школу для крестьян в своем родовом имении. Хотя школа в конечном итоге не увенчалась успехом, опыт укрепил приверженность Екатерины крестьянскому сословию и ее политическим пристрастиям. В рамках более крупной инициативы Брешковская возглавила группу молодых революционеров, которые проникли в крестьянские общины с целью воспитывать их в социалистических идеалах. За это она была арестована и была одной из первых женщин, сосланных в сибирские исправительно-трудовые лагеря.Она также сыграла важную роль в создании Партии социалистов-революционеров, крупной политической партии, созданной в имперские времена.

Екатерина Брешковская также известна как бабушка русской революции. | © WikiCommons

Фигнер родилась в аристократии, но бросила мужа и медицинские исследования, чтобы присоединиться к революционному движению. Она была частью организованного ранее имперского сопротивления, выступавшего за насильственное сопротивление. За это она вошла в историю как террористка, несмотря на ее приверженность просвещению крестьянского сословия.Помимо планирования других крайних актов оппозиции, она сговорилась убить ключевых политических фигур, включая успешное убийство царя Александра II. В конце концов она была арестована и приговорена к смертной казни, но приговор был сокращен до пожизненного заключения. После 20 лет отбытия наказания ей разрешили выехать за границу. Она вернулась в Россию в 1915 году и сосредоточилась на своей социальной работе и в конце концов умерла в агонии Второй мировой войны.

Вера Фигнер замышляла убийство царя Александра II | © Sovieteca / Flickr

После ареста за протест против самоубийства однокурсницы во время заключения Самойлова стала ведущей большевисткой, приверженной равному обращению и равным возможностям для работающих женщин.Управляя редакцией большевистской газеты Правда , которая впоследствии стала советской газетой , Самойлова заметила, что многие опасения, высказываемые работницами, игнорируются. Это усилило ее приверженность поддержке работающих женщин. Она стала соучредителем и редактором Работница , сыграла важную роль в создании Женотдел и возглавила украинское отделение организации.

Конкордия Самойлова — редактор «Правды». | © WikiCommons

Спиридонова решила свою судьбу, когда она убила полицейского в 1905 году.Самый печально известный террористический акт, совершенный женщиной в то время, она была почитаема социалистами не только за убийство, но и за последующее насилие со стороны полиции, которому она подверглась. Будучи членом Партии левых эсеров (одной из нескольких активных социалистических политических партий того времени), она отвернулась от большевистского правительства, и в 1918 году она организовала переворот против них. оппозиция возглавляемого большевиками советизма. Она провела большую часть своей жизни в ссылке или заключении.В конце концов Спиридонова была арестована во время Великой чистки и по приказу Сталина была убита в ходе обычной массовой казни, когда она жила в ГУЛАГе.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *