Отравление витаминами: Врачи назвали причины отравления витаминами :: Общество :: РБК

Содержание

Врачи назвали причины отравления витаминами :: Общество :: РБК

Фото: Алексей Филиппов / ТАСС

Применение витаминов в высоких дозах в течение длительного времени без контроля врача может привести к интоксикации организма, сообщила РБК эксперт НМИЦ эндокринологии Минздрава России, врач-эндокринолог высшей квалификационной категории Фатима Дзгоева.

«Сродни приему любого вещества в высокой дозировке, витамины могут вызвать острое отравление, а в результате длительного бесконтрольного приема больших, необоснованных дозировок возникает хроническая интоксикация. Следует разграничивать понятие профилактического приема витаминов и их лечебных дозировок. Суточная норма должна быть подобрана исключительно по назначению лечащего врача», — сказала Фатима Дзгоева.

Особенно это касается жирорастворимых витаминов — А, D, E, K — которые, как подчеркивает Фатима Дзгоева, обладают способностью накопления в организме и расходуются постепенно, что может способствовать сложности их выведения.

По словам эндокринолога, диетолога, ассистента кафедры эндокринологии первого МГМУ им. И.М.Сеченова Марины Берковской, витамин А накапливается в печени и может вызывать ее повреждение, вплоть до необратимого. Витамин Е в очень большой дозе снижает свертываемость крови, приводит к кровотечениям и таким осложнениям, как, например, геморрагический инсульт. Передозировка витамина D опасна в связи с повышением уровня кальция в крови, что проявляется в том числе тошнотой рвотой, острыми болями в животе.

Самый безобидный из них — витамин К. Как подчеркнула Марина Берковская, он довольно низкотоксичен.

Возможно ли отравиться витаминами

Дата публикации: 16-07-2019 Дата обновления: 05-10-2021

Все прекрасно знают, что беспорядочный прием лекарственных препаратов не только не улучшает состояние организма, но и, наоборот, может сильно навредить. В отношение витаминов многие считают, что особой осторожности в их приеме можно не соблюдать, но это не так. Помимо гиповитаминоза существует и гипервитаминоз, – так называется передозировка витаминами. 

Терапевт медицинского центра “НАТАЛИ-МЕД” предупреждает, что отравление витаминами возможно, и оно может проявиться как сразу, так и впоследствии, поскольку хроническая интоксикация витаминными препаратами, которые пациент бесконтрольно употребляет, может вызвать острую реакцию и грозит серьезными заболеваниями. 

Симптоматика, характерная для отравления витаминами может зависеть от действующего вещества, а также количества, и проявится в виде раздражительности, повреждения костной ткани, аллергии, заболеваний сердца, ухудшения дыхания и или аритмии.

Витамины бывают водорастворимые и жирорастворимые. К водорастворимым витаминам относится витамин C и витамины группы B, из которых наш организм берет все самое необходимое, а избыток выводит. Водорастворимые витамины не сохраняются в нашем организме и употребляются только с пищей. Жирорастворимые витамины, к которым относятся витамин А, Е, К имеют свойство накапливаться в организме в виде жировых отложений в печени, и с течением времени их избыточное накопление может серьезно подкосить здоровье; поэтому перед тем, как употреблять те или иные витамины, необходимо проконсультироваться у хорошего терапевта в Строгино, поскольку гипервитаминоз может быть таким же опасным, как и авитаминоз. 

  • Витамин Е. Токоферол является одним из самых безопасных витаминов. Случаи его передозировки встречаются крайне редко, в основном, у женщин, которые планируют беременность и применяют фолиевую кислоту. Среди симптомов можно отметить: возникновение диареи и тошноты, кровоточивость десен. 
  • Витамин А. Наиболее частый симптом передозировки витамином А – это приобретение кожей оранжевого оттенка. Также у пациента может возникнуть диарея, кровоподтеки или кровотечение, беспокоит головная боль и головокружение. Передозировка бетакаротином неопасна, но вредные привычки, такие как курение, могут сильно осложнить состояние пациента. 
  • Витамин К. Симптомы передозировки этим витамином : тошнота и рвота, возможно возникновение кожной сыпи, раздражение слизистых оболочек, ослабление иммунитета, нарушение функционирования печени. Такая симптоматика быстро проходит, если прекратить употребление витамина. Следует отметить, что витамин К -токсичен, и его прием не рекомендуют детям.
  • Витамин C. Нехватка витамина С может грозить цингой, кровоточивостью, болезнями десен и кожи, общей слабостью и появлением тошноты. Но и избыток аскорбиновой кислоты может серьезно сказаться на состоянии здоровья и вызвать серьезные симптомы, такие как: образование камней в почках, проблемы с дыханием, нарушение обмена веществ. 
  • Витамин Д. Симптоматика передозировки витамином Д: повышенное кровяное давление, проблемы с желудочно-кишечным трактом. Витамин Д, в основном, вырабатывается при попадании на кожу ультрафиолета и может содержаться в таких продуктах, как грибы, рыба или молочные продукты. Передозировка витамином C возможна в том случае, если человек много прибывает на солнце, употребляет много продуктов, обогащенных витамином Д. 
  • Витамины группы В. Витамины группы В – наиболее важная категория, без которой невозможен рост и развитие человека. Передозировка возникает не часто и только лишь при злоупотреблении поливитаминами. У пациента может появиться сыпь, нарушается функционирование печени, возникают проблемы с пищеварением, кишечником и желудочно-кишечным трактом; передозировка грозит неврологическими нарушениями и онемением в конечностях.

Важно помнить о том, что витамины – не такие безопасные препараты, которые можно употреблять самостоятельно.

Отравление витаминами: такое возможно?

Комплексы витаминов доступны и продаются в любой аптеке в различных вариантах – капсулах, таблетках, растворах, порошках. Они также добавляются в обычные продукты, такие как молоко, хлопья, питательные коктейли и мука для выпечки. Нас учили верить, что витаминные добавки полезны, и их нужно принимать курсами, чтобы укрепить иммунитет, повысить работоспособность и бороться со стрессом.

Действительно при определенных обстоятельствах, например, при иммунодефицитных заболеваниях, витаминные добавки помогают облегчить симптомы, связанные с приемом лекарств. Но если речь идет об относительно здоровых людях, важно помнить о том, что в больших дозах или при длительном непрерывном приеме поливитаминные добавки могут серьезно навредить. Особенно опасна группа жирорастворимых витаминов, которые накапливаются в организме, провоцируя очень опасные осложнения.


Почему люди пьют витаминные добавки?

Многие люди принимают поливитаминные препараты, веря рекламе этих средств по телевизору или в СМИ. Среди симптомов, описывающих витаминный дефицит, много неспецифических, и они в тот или иной момент времени могут обнаружиться практически у любого человека. Это утомляемость, вялость, головные боли, снижение концентрации, проблемы с памятью и т.д.

Но увлечение витаминами, если их не рекомендовал врач после тщательного обследования, чревато отравлениями. Да, витамины, если они поступают не с продуктами питания, – это не безобидные вещества, они имеют свои побочные эффекты и противопоказания. Чтобы понять, как происходит отравление витаминами, нам нужно рассмотреть следующие вопросы:

· Почему многие из нас становятся активными потребителями витаминов?

· Каково реальное влияние витаминных добавок на наши клетки, ткани и общее состояние здоровья?

· Нужны ли поливитамины как таковые?

Почему витамины так популярны?

Широко распространено мнение о том, что заболевания человека в значительной степени вызваны дефицитом витаминов, и, следовательно, добавки с мега-дозами витаминов могут быть полезны для профилактики этих заболеваний. Эта точка зрения не подтверждается медицинскими исследованиями, но широко поддерживается производителями БАДов и поливитаминных препаратов, продуктов питания.

Широко распространено включение витамина С в средства от простуды, добавление витамина А и D в молочные продукты, обогащение масел витамином Е, добавление витаминов в питательные коктейли. Кроме того, витамины нередко включают в состав различных БАДов для красоты волос, кожи, против старения и для успокоения нервов, борьбы со стрессом.

Есть много публикаций, которые поощряют лечение витаминами в повышенных дозах. Кроме того, нередко можно встретить и заверения о том, что рекомендованные ВОЗ и другими авторитетными организациями нормы уже не актуальны для современных людей и существенно занижены. Несмотря на неопровержимые доказательства того, что организм человека запрограммирован на использование витаминов не в максимальных количествах, а скорее в оптимальных дозах (иногда ниже минимальной рекомендуемой суточной нормы), производители хотят, чтобы потребители верили, что высокие дозы витаминов дают лучшие результаты.

Избыток информации – опасен!

Нередко можно встретить данные о том, что высокие дозы витамина С или Е, не только полезны для предотвращения простуды, но также эффективны для уничтожения раковых клеток, хелатирования тяжелых металлов, коррекции уровня сахара в крови и противодействия старению. Нередко в отношении здоровья применяется достаточно активная и в чем-то даже агрессивная тактика, в том числе и относительно приема витаминов.

Большинство людей сегодня искренне верят, что синтетические витамины в высоких дозах, содержащиеся в пилюлях, превосходят по активности те, что организм естественным путем извлекает из пищевых источников. Следовательно, мы становимся зависимыми от витаминных добавок, принимаем избыточные порции витаминов, которые уже не помогают, а вредят телу. Злоупотребление витаминами является серьезной проблемой, которая требует очень пристального внимания.


Можно ли вообще обойтись без добавок?

Хотя это спорный вопрос, но считается, что в современном мире практически невозможно обойтись без пищевых добавок. Из-за истощения почв, промышленной обработки пищевых продуктов, условий хранения и проблемы с доступом к свежим пищевым продуктам с высоким содержанием питательных веществ, становится необходимо дополнять наш рацион витаминами и другими необходимыми питательными веществами, которые отсутствуют в пище.

Также есть категории людей, которые нуждаются в дополнительной дотации витаминов. Это дети, беременные, люди, регулярно занимающихся интенсивной физической подготовкой, пациенты с иммунодефицитными заболеваниями и пожилые люди. Витамины с антиоксидантными свойствами помогают снизить метаболический стресс, вызванный физической нагрузкой или болезнью, и, таким образом, защитить клетки и ткани от повреждения. Но нужно принимать добавки правильно, чтобы не навредить организму.

Токсичность витаминов: как она проявится?

Витамины играют ключевую роль в состоянии здоровья. Их функции варьируют от поддержки роста клеток и повышения прочности тканей до выработки энергии. Они являются неотъемлемой частью вашей диеты потому, что ваше тело не может самостоятельно синтезировать достаточное количество витаминов. Но слишком много определенных витаминов может отрицательно повлиять на ваше здоровье.

Жирорастворимые витамины, такие как витамины А и D, как правило, более токсичны, поскольку они хранятся в тканях вашего организма (подкожной клетчатке, печени, частично – в почках). Водорастворимые витамины не хранятся в вашем организме, но некоторые из них — например, витамин С и некоторые витамины группы В — тоже могут формировать токсичность, если не знать меры в их приеме.

Витамин А: чем опасна передозировка?

Поступление этого вещества в форме каротина, ретинола и ретиноидов важно для формирования световых рецепторов в глазу, поддержания целостности клеток всех тканей и кожи. Токсичность витамина А может возникнуть не только при приеме больших доз внутрь, но и при самолечении препаратами, содержащими определенные формы витамина А. Примером может служить изотретиноин, он используется в умеренно высоких дозах для лечения кожных заболеваний.

Избыток витамина А вызывает головные боли, сыпь, выпадение волос, сухость или шелушение кожи, растрескивание губ. Повышается риск остеопороза, истончения костей, что грозит переломами, возможно развитие доброкачественных новообразований в области головного мозга с повышением внутричерепного давления. Оно характеризуется такими симптомами, как головная боль, тошнота и изменения зрения.

Избыток витамина А у беременных женщин может грозить врожденными дефектами у плода, поэтому к приему витаминов будущими мамами нужно относиться очень взвешенно.

Витамин Д: чем опасен его избыток?

Витамин D имеет множество позитивных эффектов, в том числе регулирование уровня кальция в организме за счет увеличения поглощения минерала из кишечника. Но прием больших доз добавок витамина D может формировать токсичность, называемую гипервитаминозом D. Основным эффектом является гиперкальциемия — высокий уровень кальция в крови. Симптомы гиперкальциемии включают тошноту, потерю аппетита, чрезмерно обильное мочеиспускание, зуд кожи и слабость. Высокий уровень кальция может также вызвать образование почечных камней, кальцификатов в тканях и повлиять на умственную функцию, вызывая нервозность, беспокойство или спутанность сознания.


Витамин C: неужели он опасен?

Витамин С необходим для образования коллагена, который является основным белком в коже, связках и кровеносных сосудах. Он также помогает иммунной системе бороться с инфекциями и является мощным антиоксидантом. Это означает, что он способен нейтрализовать молекулы, называемые свободными радикалами, которые могут повредить и даже уничтожать клетки. Большие дозы витамина С, как правило, безопасны, хотя они могут вызвать тошноту, диарею или спазмы в животе. Однако, есть публикации, в которых указывается, что избыток витамина, принимаемого в таблетках, способен провоцировать образование почечных камней.

Витамин В6: нельзя превышать дозу!

Витамин В6 играет важную роль в поддержании состава крови, здоровье кожи и нервной системы. Большие дозы витаминных добавок В6 в течение нескольких месяцев могут повредить нервы на руках и ногах, вызывая трудности с координацией. Также могут возникнуть тошнота, изжога, сыпь и повышенная чувствительность к солнцу. Кроме того, может быть повышен риск врожденных дефектов у детей, чьи матери принимать витамин B6 в течение первой половины беременности, хотя этот вопрос все еще изучается, и окончательные результаты еще не получены.

Ниацин: чем опасен избыток этого витамина?

Витамин B3, более известный как ниацин, помогает организму обрабатывать сахара, жиры и другие вещества. Он также используется для коррекции высокого уровня холестерина и триглицеридов — жиров, циркулирующих в крови. Чрезмерное потребление ниацина часто вызывает покраснение, приливы и жжение кожи, похожие на климактерические. Высокий уровень ниацина может также вызвать изменения зрения, головокружение, боль в суставах из-за острого приступа подагры, боль в животе и аритмии — ощущение сердцебиения, сильного, быстрого или нерегулярного. В редких случаях избыток ниацина может привести к повреждению печени, особенно если используется форма витамина с замедленным высвобождением. Это повреждение повышает уровень билирубина в крови, благодаря чему кожа и белки глаз приобретают желтый оттенок.

Когда обращаться за медицинской помощью?

Всегда консультируйтесь с врачом, прежде чем начать принимать витаминные добавки, чтобы минимизировать риск токсичности. Если вы принимаете витаминные добавки и замечаете какие-либо неприятные симптомы, прекратите их прием и немедленно сообщите об этом своему врачу.

Кроме того, помимо передозировки, существует и индивидуальная непереносимость отдельных компонентов БАДов, аллергия на синтетические формы витаминов и побочные эффекты. Так, примерно у трети людей, принимающих поливитаминные комплексы натощак, формируется тошнота и даже рвота, что связано с раздражающим влиянием витаминов группы В на слизистые. Поэтому, любой поливитаминный препарат принимают с едой или сразу после нее, запивая достаточным количеством воды. Нельзя запивать витамины кофе или чаем, молоком или газировкой. Это повышает риск аллергии и раздражающие эффекты.

Читайте также: Витаминное государство: о чем нужно знать, прежде чем пойти в аптеку

Что такое отравление витаминами?

Говорят, что когда человек передозирует витамины, он испытывает гипервитаминоз или отравление витаминами. Гипервитаминоз возникает, когда человек потребляет слишком много одного или нескольких витаминов. Симптомы отравления витаминами варьируются в зависимости от типа витамина, который был принят в избытке, но могут включать раздражительность, повреждение костей, анорексию и нерегулярное сердцебиение.

Витамины растворимы в воде или жире. Водорастворимые витамины, такие как витамин С и комплекс витаминов В, растворяются в воде и переносятся по всему организму. Организм берет то, что ему нужно, чтобы использовать эти витамины, а избыток выводится из организма с мочой. Поскольку водорастворимые витамины не хранятся в организме, люди должны ежедневно принимать водорастворимые витамины.

Жирорастворимые витамины накапливаются в организме в жировых отложениях организма. Витамины А, Е, D и К являются жирорастворимыми. Эти витамины могут накапливаться в организме до токсического уровня.

Витаминовое отравление может происходить со временем или может быть результатом приема мегадоз витаминов одновременно. Гипервитаминоз обычно происходит с жирорастворимыми витаминами, потому что эти витамины могут накапливаться в организме. Хотя это не так часто, люди могут передозировать витамины С и В, когда витамины потребляются в больших количествах.

Симптомы гипервитаминоза витамина D являются результатом ненормально высокого уровня кальция в крови. Эти высокие уровни кальция могут привести к тошноте, раздражительности и замешательству. В конечном счете, люди могут испытывать повреждение почек, повреждение костей и нарушения сердечного ритма. Лечение может быть таким простым, как снижение потребления кальция и прекращение приема витамина D. Когда уровень токсичности витамина D достаточно высок, людям может потребоваться госпитализация.

Симптомы гипервитаминоза витамина А могут быть острыми, возникающими в течение короткого периода времени, или хроническими, возникающими в течение длительного периода времени. Симптомы могут включать головную боль, головокружение и усталость. Повреждение глаз и печени — два серьезных симптома отравления витамином А. Этот тип витаминного отравления может также привести к внутрипеченочному холестазу, состоянию, которое препятствует оттоку желчи из почек в кишечник.

Случаи передозировки витамина Е редки. Симптомы могут включать диарею или тошноту. Небезопасные дозы витамина Е могут также привести к чрезмерному кровотечению или могут нарушить нормальную функцию почек.

Отравления витаминами легко избежать. Люди, которые едят разнообразную пищу, как правило, получают необходимое количество витаминов, необходимых им для повседневной здоровой жизни. Человек должен проконсультироваться с врачом, если он считает, что он испытывает дефицит витаминов.

ДРУГИЕ ЯЗЫКИ

Нефрологи описали последствия передозировки витамином D — Российская газета

Передозировка витамина D, который известен еще как «солнечный витамин», грозит почечной недостаточностью. Группа канадских ученых под руководством Борна Л. Огюста изучила историю болезни 54-летнего пациента и результаты исследования опубликовала в Canadian Medical Association Journal.

В нефрологической клинике, куда больной был экстренно направлен лечащим врачом с подозрением на острое повреждение почек, выяснилось, что мужчина нескольких месяцев принимал витамин D в высокой концентрации. А незадолго до резкого ухудшения состояния вернулся из Юго-Восточной Азии, где в течение 2 недель находился на солнце по 6-8 часов в день.

Ученые предупреждают: бесконтрольный прием витамина D может представлять серьезный риск для здоровья пациентов, не информированных об угрозе препарата для организма.

Витамин D на самом деле не витамин, а предшественник гормона. Когда солнце попадает на кожу, в печени и почках образуется активный витамин D — почти 90% вещества производится собственным организмом. Остальные 10% поступают в организм, если в рационе есть жирная рыба. Организм прекращает собственное производство витамина D, как только восполнит его недостаток. Витамин D регулирует кальциевый и фосфатный обмен и укрепляет мышцы. Если организм испытывает недостаток витамина D, снижается уровень кальция. Серьезный дефицит витамина D может вызвать рахит у детей и размягчение костей у взрослых.

Врачи назначают искусственные добавки тем, кто страдает от дефицита витамина D, особенно в зимние месяцы, когда недостаток солнечного света. Доза определяется с помощью теста. Тот, кто принимает биодобавку самостоятельно, рискует превысить концентрацию витамина D в организме. В лучшем случае передозировка может вызвать тошноту, гипотензию и учащенное сердцебиение. В худшем случае — привести к тяжелому мочеиспусканию и проблемам с почками.

Что и произошло с канадцем, у которого врачи обнаружили слишком высокий уровень кальция. Мужчина сообщил, что, будучи пациентом натуропата, он по его рекомендации принимал витамин D без прохождения теста на диагностику дефицита. В течение двух с половиной лет он употреблял капли общей дозой от 8000 до 12000 международных единиц. Для сравнения: безрецептурные добавки витамина D содержат от 800 до 1000 единиц.

По словам врачей, передозировка витамина D довольно редкое явление, тем не менее они предупреждают о риске бесконтрольного приема препарата. Они рекомендуют не принимать более 1000 международных единиц в день.

Чем опасна передозировка витамина D для детей?

Передозировка витамина D приводит к изменениям метаболизма костей, к остеопорозу и деминерализации костей. Происходит рассасывание стромы костного мозга, затвердение сосудов, что в дальнейшем способствует развитию атеросклероза. Избыток витамина D в организме вызывает усиленное отложение солей кальция во внутренних органах, что нарушает их функцию, особенно почек. Появляются боли в суставах.
Симптомы:
При остром гипервитаминозе D у ребенка резко изменяется поведение: вначале он беспокоен, капризен, а затем малоподвижен, вял. Кожа бледная, аппетит резко снижен, печень увеличивается, появляются стойкие запоры, реже поносы. Ребенок начинает много пить и часто мочиться. При прогрессировании заболевания появляются упорная рвота, отставание в развитии, потеря в весе. Может повышаться артериальное давление. В тяжелых случаях дыхание становится затрудненным, пульс редким и слабым, появляются судороги, реакция на окружающее становится замедленной или резко снижается.
При хроническом гипервитаминозе D все изменения нарастают постепенно и начинают появляться не ранее чем через месяц после начала приема витамина. Наиболее ранний и характерный признак – потеря аппетита, похудение (у детей перестает увеличиваться вес тела). Появляются тошнота, рвота, запоры, раздражительность, жажда, учащенное мочеиспускание, бледность, повышение температуры. Постепенно состояние ухудшается, могут отмечаться возбуждение или вялость, запоры или поносы, резко снижается аппетит, увеличивается жажда.
Гипервитаминоз D чаще всего может возникнуть при самолечении, когда родители ребенка считают, что у него рахит, или же сами назначают витамины с профилактической целью. Особенно легко можно получить передозировку препарата у грудничков: им положена только одна капля, 2 – уже передозировка, 3- гипервитаминоз.
Если у ребенка возникли перечисленные выше явления, надо немедленно обратиться к врачу, прекратить прием препарата, исключить из пищи творог, яйца, коровье молоко – продукты, наиболее богатые витамином D. Лечение этого состояния надо проводить только под контролем врача.
Надо помнить, что витамин D вырабатывается в коже под действием ультрафиолета. 15-20 минут пребывания на солнце достаточно для выработки организмом суточной дозы витамина D.
#нацпроектдемография89

Побочные эффекты добавки B12: семь признаков отравления витамином

©с использованием изображений Shutterstock / Fotodom

Дефицит витамина B12 может привести к снижению когнитивных функций, потере памяти, координации, а также повреждению нервов. Этот элемент необходим для поддержания здоровья клеток нервной системы и ДНК. При его нехватке пациентам могут быть назначены добавки. Однако практика показала, что в некоторых случаях они могут оказаться токсичными для человека.

По данным одного исследования, пациент, лечившийся от злокачественной анемии, плохо реагировал на прием витамина B12 (цианокобаламин). Это была молодая женщина, которая выпивала многократные ежедневные дозы витамина. После общего приема 12 мг у нее появился ряд симптомов, говорящих об отравлении. Ученые из Национального центра наркологии и токсикомании при Колумбийском университете отметили, что эти признаки оказались необычными и неожиданными. Они прошли спустя две недели после прекращения приема добавки витамина B12.

Семь симптомов отравления витамином B12:

  • прыщи;
  • учащенное сердцебиение;
  • тревожность;
  • покраснение лица;
  • головная боль;
  • бессонница;
  • акатизия – характеризуется постоянным чувством внутреннего двигательного беспокойства, из-за которого трудно оставаться на месте или не двигать конечностями. Человек начинает ерзать, менять позы, скрещивать и разводить ноги и т.д, передает The Express.

Исследователи напомнили, что прием любого лекарства не всегда безопасен. У каждого препарата есть список побочных эффектов, с которым нужно заранее ознакомиться.

Витамин B12 содержится преимущественно в продуктах животного происхождения: мясе, рыбе и молоке. Если организм человека не может усваивать это вещество, со временем появляются симптомы его дефицита. Эксперты рассказали, что будет, если не лечить нехватку витамина.

Токсичность витамина D: что, если вы получите слишком много?

Токсичность витамина D, также называемая гипервитаминозом D, — это редкое, но потенциально серьезное заболевание, которое возникает, когда в вашем организме слишком много витамина D.

Токсичность витамина D обычно вызывается приемом больших доз добавок витамина D, а не диетой или воздействием солнца. Это потому, что ваше тело регулирует количество витамина D, вырабатываемого на солнце, и даже обогащенные продукты не содержат большого количества витамина D.

Основным последствием токсичности витамина D является накопление кальция в крови (гиперкальциемия), которое может вызвать тошноту и рвоту, слабость и частое мочеиспускание. Токсичность витамина D может прогрессировать до боли в костях и проблем с почками, таких как образование кальциевых камней.

Лечение включает прекращение приема витамина D и ограничение потребления кальция с пищей. Ваш врач может также назначить внутривенные жидкости и лекарства, такие как кортикостероиды или бисфосфонаты.

Было доказано, что прием 60 000 международных единиц (МЕ) витамина D в день в течение нескольких месяцев вызывает токсичность.Этот уровень во много раз превышает рекомендованную в США диетическую норму (RDA) для большинства взрослых, составляющую 600 IU витамина D в день.

Дозы, превышающие RDA. иногда используются для лечения медицинских проблем, таких как дефицит витамина D, но они назначаются только под наблюдением врача в течение определенного периода времени. Следует контролировать уровень в крови, пока кто-то принимает высокие дозы витамина D.

Как всегда, проконсультируйтесь с врачом, прежде чем принимать витаминные и минеральные добавки.

Получите самые свежие советы по здоровью от клиники Мэйо. в ваш почтовый ящик.

Зарегистрируйтесь бесплатно и будьте в курсе новостей достижения, советы по здоровью и актуальные темы о здоровье, например, COVID-19, плюс советы экспертов по поддержанию здоровья.

Узнайте больше о нашем использовании данных

Чтобы предоставить вам наиболее актуальную и полезную информацию и понять, какие Информация выгодно, мы можем объединить вашу электронную почту и информацию об использовании веб-сайта с другими информация, которая у нас есть о вас.Если вы пациент клиники Мэйо, это может включать защищенную медицинскую информацию (PHI). Если мы объединим эту информацию с вашей PHI, мы будем рассматривать всю эту информацию как PHI, и будет использовать или раскрывать эту информацию только в соответствии с нашим уведомлением о конфиденциальности. практики. Вы можете отказаться от рассылки по электронной почте. в любое время, нажав ссылку «Отказаться от подписки» в электронном письме.

Подписывайся!

Спасибо за подписку

Наша электронная рассылка Housecall будет держать вас в курсе на последней информации о здоровье.

Сожалеем! Наша система не работает. Пожалуйста, попробуйте еще раз.

Что-то пошло не так на нашей стороне, попробуйте еще раз.

Пожалуйста, попробуйте еще раз

  • Витамин D для младенцев
  • Витамин D: может ли он предотвратить болезнь Альцгеймера и деменцию?
17 апреля 2020 Показать ссылки
  1. Доусон-Хьюз Б. Дефицит витамина D у взрослых: определение, клинические проявления и лечение.https://www.uptodate.com/contents/search. По состоянию на 20 марта 2020 г.
  2. Витамин D. Офис диетических добавок. https://ods.od.nih.gov/factsheets/VitaminD-HealthProfessional/. По состоянию на 20 марта 2020 г.
  3. Гиперкальциемия. Сеть гормонального здоровья. https://www.hormone.org/diseases-and-conditions/hypercalcemia Доступно 20 марта 2020 г.
  4. Витамин D. Натуральные лекарства. https://naturalmedicines.therapeutresearch.com. По состоянию на 20 марта 2020 г.
  5. Marcinowska-Suchowierska E, et al.Токсичность витамина D — клиническая перспектива. Границы эндокринологии. 2018; DOI: 10.3389 / fendo.2018.00550.
Посмотреть больше ответов экспертов

Продукты и услуги

  1. The Mayo Clinic Diet Online
  2. Книга: The Mayo Clinic Diet

.

Можно ли передозировать витамины? Симптомы, на которые следует обратить внимание

Мы все слышали поговорку: «Слишком много хорошего — плохо для вас.«Но как насчет витаминов? Сможете ли вы когда-нибудь переусердствовать с ними?

«Да, безусловно», — сказала Доун Гербер, фармацевт, клинический специалист по амбулаторной аптеке из Banner Health. «В основном есть два типа витаминов: водорастворимые и жирорастворимые. Хотя ваше тело может выделять большое количество водорастворимых витаминов, оно удерживает жирорастворимые витамины, которые могут быть токсичными в больших количествах ».

Водорастворимые витамины, такие как витамин C и комплекс B, переносятся в ткани организма и не накапливаются в нем.Жирорастворимые витамины, такие как A, D, E и K, всасываются вместе с жирами в вашем рационе и хранятся в жировой ткани вашего тела и в печени.

«Они попадают в наш жир, немышечные части нашего тела», — сказал д-р Гербер. «Чем больше добавок мы принимаем в высоких дозах, тем больше они накапливаются и не вымываются».

Несмотря на то, что трудно передозировать, просто съев эти витамины естественным путем при хорошо сбалансированной диете, витаминные добавки могут иметь негативные последствия.

Вот что вам нужно знать, чтобы не переусердствовать в отделе пищевых добавок.

Остерегайтесь этих жирорастворимых витаминов: A, E и K

Вот подробные сведения о витаминах A, E и K и симптомах передозировки, на которые следует обратить внимание.

Витамин A — это жирорастворимое питательное вещество, которое естественным образом присутствует во многих пищевых продуктах, таких как говядина, яйца и многие фрукты и овощи. Передозировка этого витамина может привести к спутанности сознания, выпадению волос, повреждению печени и потере костной массы. Это также может вызвать повышенный риск смерти и проблем с легкими для тех, кто курил в анамнезе, особенно курящих женщин.

Витамин E — это жирорастворимое питательное вещество, которое естественным образом содержится в пищевых продуктах и ​​добавляется в некоторые обогащенные продукты, которые могут помочь защитить клетки от повреждений, вызываемых свободными радикалами, таких как загрязнение воздуха. Но прием слишком большого количества этой добавки может увеличить риск кровотечения и кровотечения в головном мозге.

Витамин К — это жирорастворимое питательное вещество, которое важно для свертывания крови, здоровья костей и других функций организма. Редко случается передозировка витамина К, употребляя в пищу брокколи.Но в форме добавки он может вызвать образование тромбов, что может привести к сердечным приступам и инсультам, если вы примете слишком много.

А как насчет витамина D?

Возможно, вы заметили, что мы исключили витамин D из этого списка жирорастворимых, и для этого есть веская причина (или две). «Причина этого в том, что мы обычно не наблюдаем передозировки витамина D так часто», — сказал д-р Гербер. «Данные не показали вредного воздействия высоких доз. Кроме того, многие американцы испытывают дефицит этого витамина.”

Не переусердствуйте с витамином С и цинком

С холодным сезоном, сезоном гриппа и пандемией COVID-19 многие люди загружаются витамином С и цинком, думая, что они могут бороться — и даже предотвратить болезни. Но пока еще не вынесен вердикт об их потенциальных преимуществах, особенно когда речь идет о COVID-19.

«Витамин C сейчас особенно популярен из-за COVID-19», — сказал д-р Гербер. «В настоящее время нет убедительных данных, свидетельствующих о том, что витамин С и цинк помогают от вирусов простуды. И вердикт по COVID-19 еще не вынесен, в основном потому, что его не было достаточно давно, чтобы об этом знать.”

Симптомы передозировки витамином С и цинком

Витамин С в целом безопасен, но в больших дозах (более 2000 мг) он может вызвать диарею и тошноту. Высокие дозы также могут привести к ложно завышенным показаниям глюкозы в крови, что может быть проблематичным для диабетиков. Низкий уровень глюкозы в крови может вызвать дрожь, потливость и даже привести к судорогам или потере сознания. «Диабетики используют свой домашний глюкометр, и их уровень глюкозы выглядит нормально, но высокая доза витамина С маскирует реальное низкое значение глюкозы в крови», — сказал доктор.- сказал Гербер.

Оральный цинк также может вызвать проблемы с желудочно-кишечным трактом и множество других проблем при длительном приеме, особенно в высоких дозах (более 40 мг). Высокий уровень цинка может вызвать дефицит меди, нарушения вкуса, гематологические и неврологические эффекты и может взаимодействовать с некоторыми лекарствами и антибиотиками.

«Например, если вы принимаете цинк с антибиотиком, вы не получите 100% пользы от антибиотика», — сказал доктор Гербер. «Это потому, что цинк может связываться с антибиотиком и ослаблять эффективность лекарства.Это может сильно расстраивать пациентов, которые не понимают, почему им не становится лучше ».

Прежде чем принимать витамин или добавку, обратитесь к врачу.

Хотя вам может казаться, что у вас мало того или иного, не соглашайтесь с интуицией. На самом деле вам может совершенно не хватать чего-то другого.

Запишитесь на прием к лечащему врачу, чтобы оценить ваше общее состояние здоровья и отсутствие у вас определенных витаминов. Общий совет: важно посещать врача не реже одного раза в год.Ваш врач может порекомендовать определенные безрецептурные добавки или предложить простые изменения в диете, которые помогут вам вернуться на правильный путь.

Вам также следует поговорить со своим врачом или фармацевтом, чтобы узнать, взаимодействуют ли какие-либо витамины с лекарствами, которые вы принимаете.

«Когда дело доходит до приема каких-либо лекарств, фармацевты и врачи задаются вопросом:« Подходит ли это лекарство для правильного пациента при правильном заболевании? », И то же самое можно сказать о витаминах», — сказал доктор Гербер. «Вы хотите убедиться, что принимаемые вами витамины необходимы и подходят именно вам.«

Чтобы найти ближайшего к вам специалиста Banner Health, обратитесь на bannerhealth.com.

Также читают:

Присоединиться к разговору

Можно ли передозировать витамины?

Наверняка вы слышали поговорку: «слишком много хорошего может стать плохим». То же самое и с витаминными добавками, так как избыток витаминов может нанести вред вашему здоровью. Это может показаться противоречивым, потому что витамины часто рекомендуются для дополнения питательных веществ, которых может не хватать в нашем рационе.Врачи или диетологи могут порекомендовать витамины, как только будет подтверждено, что у вас дефицит питательных веществ, и настоятельно рекомендуют соблюдать рекомендованные суточные дозы.

Институт медицины разработал руководящие принципы, такие как RDA (рекомендованная диета) и DV (дневная норма), чтобы помочь людям понять суточную рекомендуемую дозу витаминов.

Передозировка витаминов происходит, когда человек употребляет гораздо больше, чем рекомендуется ежедневно, в течение длительного периода времени.Хотя организм может выделять чрезмерное количество водорастворимых витаминов, таких как витамин С, он может удерживать жирорастворимые витамины, такие как витамин А, который может быть токсичным.

Вот несколько витаминов, которые оказались токсичными при приеме в избытке, а также их симптомы передозировки:

  • Железо — Тошнота, кровянистый стул, диарея, головокружение, головная боль, скопление жидкости в легких и лихорадка.
  • Витамин А — выпадение волос, повреждение печени, сильные головные боли, боли в костях, помутнение зрения, сухость кожи и рвота
  • Витамин D — нарушение сердечного ритма, запор, частое мочеиспускание, мышечная слабость и спутанность сознания.
  • Витамин Е — препятствует свертыванию крови, что может быть вредным для людей, принимающих препараты для разжижения крови.
  • B Витамины-B6 в избытке могут вызвать повреждение нервов; в то время как B3 может вызвать желтуху, повышенный уровень ферментов печени и тошноту.

Если вы решили купить витамины, всегда соблюдайте рекомендуемую суточную дозу, чтобы избежать чрезмерного приема. Перед покупкой рекомендуется проконсультироваться с врачом или диетологом для получения оценки.

Все содержимое этого информационного бюллетеня предназначено только для общих информационных целей и не предназначено и не подразумевается для замены профессиональных медицинских консультаций, диагностики или лечения. Пожалуйста, проконсультируйтесь с врачом, прежде чем принимать какие-либо предложения на этой странице. Вы никогда не должны игнорировать профессиональные медицинские советы или откладывать обращение за медицинской помощью на основании любого содержания этого информационного бюллетеня. НЕМЕДЛЕННО ПРОКОНСУЛЬТИРУЙТЕСЬ К ВАШЕМУ ВРАЧУ ИЛИ ПОЗВОНИТЕ 911, ЕСЛИ ВЫ ДУМАЕТЕ, ЧТО У ВАС ЕСТЬ СРОЧНАЯ МЕДИЦИНСКАЯ СИТУАЦИЯ.

Эта запись была опубликована в разделе «Здоровье», разработчиком которого является больница Флашинг. Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Клиническая презентация токсичности витаминов: анамнез, физикальное обследование

Автор

Марк Розенблум, доктор медицины, магистр делового администрирования Главный исполнительный директор и редакторский директор, PEPID, LLC; Основатель и председатель Детского фонда единорогов; Главный врач Медицинского института LIFEFORCE

Марк Розенблум, доктор медицины, магистр делового администрирования является членом следующих медицинских обществ: Alpha Omega Alpha, Американская академия неотложной медицины, Королевское медицинское общество, Американская академия антивозрастной медицины

Раскрытие информации: Нечего раскрывать.

Соавтор (ы)

Анджела Джентили, доктор медицины Директор программы стипендий по гериатрической медицине, профессор внутренней медицины, Отделение гериатрической медицины, Медицинский центр системы здравоохранения Университета Содружества Вирджинии и Медицинский центр по делам ветеранов Макгуайра, Ричмонд, штат Вирджиния

Анджела Джентили, доктор медицины, является членом следующие медицинские общества: Вирджинское гериатрическое общество, Американское гериатрическое общество

Раскрытие: Ничего не раскрывать.

Главный редактор

Майкл А. Миллер, доктор медицины Клинический профессор экстренной медицины, медицинский токсиколог, отделение экстренной медицины, Техасский центр медицинских наук A&M; CHRISTUS Spohn Программа резидентуры по неотложной медицине

Майкл А. Миллер, доктор медицинских наук, является членом следующих медицинских обществ: Американский колледж медицинской токсикологии

Раскрытие информации: раскрывать нечего.

Благодарности

Роберт Адлер, доктор медицины Заведующий отделением эндокринологии и метаболизма, Медицинский центр по делам ветеранов Макгуайра; Профессор кафедры внутренней медицины и эпидемиологии и общественного здравоохранения Университета Содружества Вирджинии

Роберт Адлер, доктор медицины, является членом следующих медицинских обществ: Американской ассоциации развития науки, Американского колледжа врачей, Американской федерации медицинских исследований, Американского общества исследований костей и минералов и эндокринного общества

.

Раскрытие информации: Грант Эли Лилли / исследовательские фонды Независимый подрядчик; Грант Genentech / исследовательские фонды Независимый подрядчик

Mohsen S Eledrisi, MD, FACP, FACE Консультант, Отделение внутренней медицины, Отдел эндокринологии и метаболизма, Медицинский центр Национальной гвардии имени короля Абдулазиза, Саудовская Аравия

Mohsen S Eledrisi, MD, FACP, FACE является членом следующих медицинских обществ: Американской ассоциации клинических эндокринологов, Американского колледжа врачей-Американского общества внутренней медицины, Американской диабетической ассоциации, Американской медицинской ассоциации и эндокринного общества

Раскрытие: Ничего не нужно раскрывать.

Джордж Т. Гриффинг, доктор медицины Профессор медицины, Медицинский факультет Университета Сент-Луиса

Джордж Т. Гриффинг, доктор медицины, является членом следующих медицинских обществ: Американской ассоциации развития науки, Американского колледжа руководителей медицинской практики, Американского колледжа руководителей здравоохранения, Американского колледжа врачей, Американской диабетической ассоциации, Американской федерации медицинских исследований. , Американская кардиологическая ассоциация, Центральное общество клинических исследований, Эндокринное общество, Международное общество клинической денситометрии и Южное общество клинических исследований

Раскрытие: Ничего не нужно раскрывать.

Фред Харчелроад, MD, FACMT, FAAEM, FACEP Лечащий врач отделения неотложной медицины, Excela Health System

Раскрытие: Ничего не нужно раскрывать.

Кристи Л. Генри, Мэриленд

Раскрытие: Ничего не нужно раскрывать.

Ромеш Кардори, доктор медицинских наук, FACP является членом следующих медицинских обществ: Американской ассоциации клинических эндокринологов, Американского колледжа врачей, Американской диабетической ассоциации и эндокринного общества

Раскрытие: Ничего не нужно раскрывать.

Ричард Лавели, доктор медицинских наук, магистр медицины, магистр здравоохранения Преподаватель политики и управления в области здравоохранения, Департамент общественного здравоохранения, Медицинская школа Йельского университета

Ричард Лавели, доктор медицины, доктор медицинских наук, магистр медицины, магистр здравоохранения, является членом следующих медицинских обществ: Американского колледжа врачей скорой помощи, Американского колледжа судебной медицины и Американской медицинской ассоциации

Раскрытие: Ничего не нужно раскрывать.

Кевин МакКинни, доктор медицины Доцент, кафедра медицины, отделение эндокринологии и метаболизма, Медицинское отделение Техасского университета в Галвестоне

Кевин МакКинни, доктор медицины, является членом следующих медицинских обществ: Техасская медицинская ассоциация

Раскрытие: Ничего не нужно раскрывать.

Дон С. Шальч, доктор медицины Почетный профессор кафедры внутренней медицины, отделение эндокринологии, Больницы и клиники Висконсинского университета

Раскрытие: Ничего не нужно раскрывать.

Мохаммад С. Шанти, доктор медицины, ABEM Заведующий отделением неотложной медицины, Специализированная больница и исследовательский центр имени короля Фейсала

Mohammad S. Shanti, MD, ABEM является членом следующих медицинских обществ: Американской академии неотложной медицины, Американского колледжа врачей неотложной помощи и Общества академической неотложной медицины

Раскрытие: Ничего не нужно раскрывать.

Франсиско Талавера, фармацевт, доктор философии Адъюнкт-профессор, Фармацевтический колледж Медицинского центра Университета Небраски; Главный редактор Medscape Drug Reference

Раскрытие информации: Medscape Salary Employment

Харрис К. Тейлор, доктор медицины Клинический профессор медицины, Отделение клинической и молекулярной эндокринологии, Медицинский факультет Университета Кейс Вестерн Резерв

Харрис Тейлор, доктор медицины, является членом следующих медицинских обществ: Американской ассоциации клинических эндокринологов, Американского колледжа врачей, Американской ассоциации щитовидной железы и эндокринного общества

.

Раскрытие: Ничего не нужно раскрывать.

John T. VanDeVoort, PharmD Региональный директор по аптекам, больницам Sacred Heart и St Joseph’s

John T. VanDeVoort, PharmD, является членом следующих медицинских обществ: Американское общество фармацевтов систем здравоохранения

Раскрытие: Ничего не нужно раскрывать.

Токсичность витамина А — расстройства питания

Токсичность витамина А может быть острой (обычно из-за случайного проглатывания детьми) или хронической.Оба типа обычно вызывают головную боль и повышение внутричерепного давления. Острая токсичность вызывает тошноту и рвоту. Хроническая токсичность вызывает изменения кожи, волос и ногтей; аномальные результаты пробы печени; а у плода — врожденные дефекты. Диагноз обычно ставят клинически. Если нет врожденных дефектов, корректировка дозы почти всегда приводит к полному выздоровлению.

Витамин A необходим для образования родопсина, фоторецепторного пигмента в сетчатке (см. Таблицу Источники, функции и влияние источников витаминов, функции и влияние витаминов Витамины могут быть жирорастворимыми (витамины A, D, E, и K) Водорастворимые (витамины B и витамин C). Витамины B включают биотин, фолиевую кислоту, ниацин, пантотеновую кислоту, рибофлавин (B2), тиамин (B1)… Подробнее ). Витамин А помогает поддерживать эпителиальные ткани и важен для стабильности лизосом и синтеза гликопротеинов.

Диетические источники предварительно сформированного витамина А включают жир печени рыб, печень, яичные желтки, сливочное масло и молочные продукты, обогащенные витамином А. Обычно в печени хранится от 80 до 90% витамина А. Чтобы использовать витамин А, организм высвобождает его в кровоток, связанный с преальбумином (транстиретином) и ретинол-связывающим белком. Бета-каротин и другие каротиноиды-провитамины, содержащиеся в зеленых листовых и желтых овощах, моркови и фруктах глубокого или яркого цвета, превращаются в витамин А.Каротиноиды лучше усваиваются из овощей, когда их готовят или гомогенизируют и подают с небольшим количеством жира (например, масел).

Эквиваленты активности ретинола (RAE) были разработаны, потому что каротиноиды провитамина A имеют меньшую активность витамина A, чем предварительно сформированный витамин A; 1 мкг ретинола = 3,33 ед.

Синтетические аналоги витаминов (ретиноиды) все чаще используются в дерматологии. Возможная защитная роль бета-каротина, ретинола и ретиноидов против некоторых видов эпителиального рака изучается.Однако риск некоторых видов рака может увеличиваться после приема добавок бета-каротина.

Острая токсичность витамина А у детей может быть результатом приема больших доз (> 300 000 единиц [> 100 000 РАЭ]), обычно случайно. У взрослых острая токсичность возникает, когда исследователи Арктики употребляют в пищу печень белого медведя или тюленя, которая содержит несколько миллионов единиц витамина А.

Хроническая токсичность витамина А у детей старшего возраста и взрослых обычно развивается после доз> 100000 единиц (> 30,000 RAE) / день принимались в течение нескольких месяцев.Возможной причиной является терапия мегавитаминами, а также огромные суточные дозы (от 150 000 до 350 000 единиц [50 000 — 120 000 RAE]) витамина А или его метаболитов, которые иногда назначают при узловых угрях или других кожных заболеваниях. Такие мегадозы могут вызвать отравление печени. У взрослых, которые потребляют> 4500 единиц (> 1500 РАЭ) в день витамина А, может развиться остеопороз. Младенцы, которым вводят чрезмерные дозы (18 000–60 000 единиц [6 000–20 000 РАЭ] в день) смешиваемого с водой витамина А, могут развить токсичность в течение нескольких недель.Врожденные дефекты возникают у детей женщин, получающих изотретиноин (родственник витамина А) для лечения акне во время беременности. Мегадозы витамина А могут вызвать отравление печени.

Хотя каротин в организме превращается в витамин А, чрезмерное употребление каротина вызывает каротинемию, а не отравление витамином А. Каротинемия обычно протекает бессимптомно, но может привести к каротинозу, при котором кожа становится желтой.

При приеме в качестве добавки бета-каротин связан с повышенным риском рака; риск не увеличивается при употреблении каротиноидов во фруктах и ​​овощах.

Симптомы и признаки токсичности витамина А

Хотя симптомы токсичности витамина А могут различаться, головная боль и сыпь обычно возникают при острой или хронической токсичности.

Острая токсичность вызывает повышение внутричерепного давления. Часто наблюдаются сонливость, раздражительность, боль в животе, тошнота и рвота. Иногда кожа впоследствии шелушится.

Ранние симптомы хронической токсичности: редкие грубые волосы; алопеция бровей; сухая, грубая кожа; сухие глаза; и потрескавшиеся губы.Позже развиваются сильная головная боль, псевдоопухоль головного мозга и общая слабость. Может возникнуть корковый гиперостоз кости и артралгия, особенно у детей. Переломы могут возникнуть легко, особенно у пожилых людей. У детей токсическое воздействие может вызвать зуд, анорексию и нарушение нормального развития. Могут возникнуть гепатомегалия и спленомегалия.

При каротенозе кожа (но не склера) становится темно-желтой, особенно на ладонях и подошвах.

Отличить токсичность витамина А от других заболеваний может быть сложно.Каротиноз также может возникать при тяжелом гипотиреозе и нервной анорексии, возможно, потому, что каротин медленнее превращается в витамин А.

Полное выздоровление обычно наступает при прекращении приема витамина А. Симптомы и признаки хронической токсичности обычно исчезают в течение 1–4 недель. Однако врожденные дефекты у плода матери, принимавшей мегадозы витамина А, необратимы.

  • Токсичность витамина А может быть вызвана приемом высоких доз витамина А — остро (обычно случайно детьми) или хронически (например, в качестве терапии мегавитаминами или лечения кожных заболеваний).

  • Острая токсичность вызывает сыпь, боль в животе, повышение внутричерепного давления и рвоту.

  • Хроническая токсичность вызывает сыпь, повышение внутричерепного давления, редкие и жесткие волосы, сухую и грубую кожу и артралгию; повышается риск переломов, особенно у пожилых людей.

  • Диагноз ставится на основании клинических данных.

  • Когда прием витамина А прекращается, симптомы (за исключением врожденных дефектов) обычно проходят в течение 1–4 недель.

Щелкните здесь для обучения пациентов

Токсичность витамина D — клиническая перспектива

Фронт-эндокринол (Лозанна). 2018; 9: 550.

Ewa Marcinowska-Suchowierska

1 Отделение гериатрии, Медицинский центр последипломного образования, Варшава, Польша

Małgorzata Kupisz-Urbańska

1 Отделение гериатрии, Медицинский центр последипломного образования Варшавы , Польша

Яцек Лукашкевич

2 Кафедра биохимии и клинической химии, Варшавский медицинский университет, Варшава, Польша

Paweł Płudowski

3 Кафедра биохимии, радиоиммунологии и экспериментальной медицины, Варшавский институт детской медицины , Польша

Glenville Jones

4 Департамент биомедицинских и молекулярных наук, Королевский университет, Кингстон, Онтарио, Канада

1 Департамент гериатрии, Медицинский центр последипломного образования, Варшава, Польша

2 Департамент биохимии и клинической химии, Медицинский университет Университет Варшавы, Варшава, Польша

3 Отделение биохимии, радиоиммунологии и экспериментальной медицины, Детский мемориальный институт здоровья, Варшава, Польша

4 Отделение биомедицинских и молекулярных наук, Королевский университет, Кингстон, ОН, Канада

Под редакцией: Радика Музумдар, Детская больница Питтсбурга, Школа медицины, Университет Питтсбурга, США

Рецензент: Бенджамин Удока Нвосу, Медицинская школа Массачусетского университета, США; Луиджи Р.Гарибальди, Детская больница Питтсбурга, Медицинский факультет Университета Питтсбурга, США

Эта статья была отправлена ​​в раздел «Педиатрическая эндокринология» журнала «Границы эндокринологии»

Поступила в редакцию 5 марта 2018 г .; Принято 29 августа 2018 г.

Это статья в открытом доступе, распространяемая в соответствии с условиями лицензии Creative Commons Attribution License (CC BY).Использование, распространение или воспроизведение на других форумах разрешено при условии указания автора (авторов) и правообладателя (ов) и ссылки на оригинальную публикацию в этом журнале в соответствии с принятой академической практикой. Запрещается использование, распространение или воспроизведение без соблюдения этих условий.

Эта статья цитируется в других статьях в PMC.

Abstract

Спутанность сознания, апатия, повторяющаяся рвота, боль в животе, полиурия, полидипсия и обезвоживание — наиболее часто отмечаемые клинические симптомы токсичности витамина D (VDT; также называемые интоксикацией витамином D или гипервитаминозом D).ВДТ и ее клиническое проявление, тяжелая гиперкальциемия, связаны с чрезмерным долгосрочным потреблением витамина D, нарушениями метаболического пути витамина D или наличием сопутствующего заболевания, которое локально продуцирует активный метаболит витамина D. Хотя ВДТ встречается редко, последствия для здоровья могут быть серьезными, если не выявить своевременно. Существует множество форм экзогенных (ятрогенных) и эндогенных ВДТ. Экзогенная ВДТ обычно вызывается непреднамеренным или неправильным приемом чрезвычайно высоких доз фармакологических препаратов витамина D и связана с гиперкальциемией.Концентрация 25-гидроксивитамина D [25 (OH) D] в сыворотке крови выше 150 нг / мл (375 нмоль / л) является отличительной чертой VDT из-за передозировки витамина D. Эндогенный ВДТ может развиваться из-за чрезмерной выработки активного метаболита витамина D — 1,25 (OH) 2 D при гранулематозных заболеваниях и некоторых лимфомах или из-за сниженной деградации этого метаболита при идиопатической детской гиперкальциемии. Эндогенный ВДТ может также развиваться из-за чрезмерного производства 25 (ОН) D и 1,25 (ОН) 2 D при врожденных заболеваниях, таких как синдром Вильямса-Бёрен.Лабораторные исследования во время обычных клинических обследований могут выявить бессимптомную гиперкальциемию, вызванную приемом витамина D даже в дозах, рекомендованных для населения в целом и считающихся безопасными. Это явление, называемое гиперчувствительностью к витамину D, отражает нарушение регуляции метаболизма витамина D. Исследователи предложили множество способов объяснения ВДТ. Эти процессы включают повышенную активность 1α-гидроксилазы или ингибирование активности 24-гидроксилазы, что приводит к повышению концентрации 1,25 (OH) D; повышенное количество рецепторов витамина D; и насыщение способности белка, связывающего витамин D.Повышение осведомленности населения о пользе для здоровья, связанной с витамином D, может увеличить риск ВД из-за самостоятельного приема витамина D в дозах, превышающих рекомендованные для возраста и массы тела, или даже превышающих установленные верхние предельные значения потребления. Следовательно, частота гиперкальциемии из-за гипервитаминоза D может увеличиться.

Ключевые слова: витамин D, 25 (OH) D, токсичность, клинические симптомы, лечение

Введение

Витамин D является важным прогормоном, который играет жизненно важную роль в поддержании здоровья костей и уровня кальция.Дефицит витамина D приводит к гипокальциемии и нарушениям минерализации костей. Дефицит витамина D, как предполагается во многих публикациях, также связан с повышенным риском экстраскелетных осложнений, таких как аутоиммунные заболевания, хроническая обструктивная болезнь легких, рак и метаболический синдром. Дефицит витамина D (концентрация 25-гидроксивитамина D [25 (OH) D] <20 нг / мл; <50 нмоль / л) и недостаточность [концентрация 25 (OH) D 21–29 нг / мл; 52,5–72,5 нмоль / л], являясь глобальной проблемой общественного здравоохранения (1).Из-за растущего понимания дефицита витамина D и связанных с ним проблем со здоровьем, витамин D стал популярной добавкой, и его использование заметно увеличилось. Повышенное потребление добавок витамина D населением в целом и растущее число назначений терапевтических доз (включая очень высокие дозы) без медицинского наблюдения могут привести к большему риску экзогенного гипервитаминоза D с симптомами гиперкальциемии, также известными как токсичность витамина D. (ВДТ) (2). В этой статье представлены некоторые проблемы, связанные с ВДТ из-за передозировки, и объясняются некоторые проблемы гиперчувствительности к витамину D.Существующие знания, связанные с VDT, основаны на отдельных отчетах о случаях, случайных отравлениях и экспериментах на животных. По этическим причинам экспериментальный анализ ВДТ на людях невозможен.

Определение VDT и частота его возникновения

VDT из-за избытка витамина D (гипервитаминоз D) — это клиническое состояние, характеризующееся тяжелой гиперкальциемией, которая может сохраняться в течение длительного времени и приводить к серьезным последствиям для здоровья (3).

Гипервитаминоз D с гиперкальциемией развивается после неконтролируемого приема мегадоз витамина D или метаболитов витамина D [25 (OH) D, 1,25 (OH) 2 D].В некоторых клинических условиях гипервитаминоз D может развиться в результате использования аналогов витамина D (экзогенный VDT). Гипервитаминоз D с гиперкальциемией также может быть проявлением избыточной продукции 1,25 (OH) 2 D при гранулематозных заболеваниях, лимфомах и во время идиопатической детской гиперкальциемии (IIH) (эндогенная VDT) (3).

У здоровых людей экзогенная ВДТ обычно вызывается длительным употреблением (в месяцах) мегадоз витамина D, но не чрезмерно высоким воздействием солнечных лучей на кожу или разнообразным питанием.Организм человека может регулировать количество превитамина D (тахистерин и люмистерол), вырабатываемого в коже под действием ультрафиолетового излучения B. Диверсифицированная диета обычно не обеспечивает большого количества витамина D, а обогащение пищевых продуктов витамином D является умеренным (4). Экзогенный ВДТ из-за передозировки витамина D диагностируется по заметно повышенным концентрациям 25 (OH) D (> 150 нг / мл), сопровождающимся тяжелой гиперкальциемией и гиперкальциурией, а также очень низкой или неопределяемой активностью паратироидного гормона (ПТГ) (4).Гиперкальциурия и гиперкальциемия — первые измеримые проявления ВДТ. Концентрация 1,25 (OH) 2 D у пациентов с VDT может быть в пределах нормы, немного увеличиваться или снижаться (реже), когда повышенный уровень кальция в сыворотке подавляет активность ПТГ. 1,25 (OH) 2 D подавляется как за счет ингибирования активности 1α-гидроксилазы, так и за счет повышения активности 24-гидроксилазы (3).

Экзогенный ВДТ может развиться у пациентов, принимающих чрезмерное количество 1α, 25 (OH) 2 D или других 1α-гидроксилированных аналогов витамина D [1α (OH) D], таких как парикальцитол и доксеркальциферол, используемых для лечения гипокальциемических расстройств. включая гипопаратиреоз, псевдогипопаратиреоз, остеомаляцию и терминальную почечную недостаточность.В этих случаях гиперкальциемия является побочным эффектом лечения с использованием фармакологического средства витамина D, не связанным с концентрацией 25 (OH) D, и значение концентрации 1,25 (OH) 2 D повышено (3, 5 ).

Повышенный риск эндогенного ВДТ является серьезной клинической проблемой при гранулемообразующих нарушениях и лимфомах, а также у пациентов с ИБГ. При этих расстройствах пациенты гиперчувствительны к витамину D, и повышенная концентрация 1,25 (OH) 2 D с гиперкальциемией может развиваться после приема витамина D или от диетических продуктов, содержащих повышенное количество витамина D, или даже после неконтролируемых солнечных ванн (3) .Пациентам с синдромом Вильямса – Бёрена также необходимо уделять внимание гиперчувствительности к витамину D; однако значения концентрации как 25 (OH) D, так и 1,25 (OH) 2 D при этом заболевании могут быть нормальными или повышенными, и патофизиологическое объяснение часто неясно. При гранулематозных заболеваниях, таких как саркоидоз, туберкулез, проказа, грибковые заболевания, детский некроз подкожно-жировой клетчатки, гигантоклеточный полимиозит и бериллиоз, эндогенный VDT связан с аномальным внепочечным синтезом 1,25 (OH) 2 D активированными макрофагами ( 3, 6).Этиология ВДТ при лимфомах множественная, гетерогенная и до сих пор не полностью изучена (7). При ИИГ нарушение активности 24-гидроксилазы (CYP24A1), фермента, ответственного за деградацию как 25 (OH) D, так и 1,25 (OH) 2 D, приводит к неконтролируемой тяжелой гиперкальциемии и связанным с ней последствиям (8). ИИГ может быть выявлен в раннем детстве или может сохраняться недиагностированным во взрослом возрасте (9). Другая недавно обнаруженная причина ИИГ связана с дефектом SLC34A1 , гена, кодирующего натрий-фосфатный котранспортер (NaPi-IIA) в почках; гиперкальциемия является косвенным проявлением подавления FGF-23 (10).При эндогенном ВДТ гиперкальциемия связана с повышением концентрации 1,25 (ОН) 2 D; Напротив, при VDT из-за передозировки витамина D (экзогенный VDT) гиперкальциемия является следствием высокой концентрации 25 (OH) D (5).

Распространенность ВДТ неизвестна. В результате увеличения потребления добавок, содержащих витамин D, и недавней информации о распространенности мутации CYP24A1 (8–10) в общей популяции (по оценкам, это происходит у 1 из 33 000 родов) (11), частота ВДТ вполне может увеличивать.

В прошлом экзогенный VDT считался редким побочным эффектом, связанным в первую очередь с обогащением пищевых продуктов. С 1930-х по 1950-е годы официальные лица здравоохранения в Соединенных Штатах и ​​Соединенном Королевстве рекомендовали регулярное обогащение молока и других продуктов витамином D (4). Первоначально эта политика была реализована как эффективная стратегия общественного здравоохранения для предотвращения пищевого рахита у детей, а затем как вмешательство по улучшению общего состояния здоровья населения (4).

В 1940-х годах огромные дозы витамина D (200 000–300 000 МЕ / день) считались эффективной стратегией лечения таких разнообразных хронических заболеваний, как туберкулез и ревматоидный артрит. Поскольку у некоторых пациентов, получавших такое лечение, наблюдалась гиперкальциемия, отдельные врачи прекращали прием больших доз, и симптомы ВДТ исчезли через несколько месяцев (4, 12). Однако эти клинические наблюдения предупредили врачей о возможности ВДТ, и практика введения больших доз витамина D была позже прекращена на национальном уровне.Однако эти наблюдения не повлияли на обогащение пищевых продуктов и других продуктов витамином D, которое сохранялось на протяжении 1950-х годов (4). В 1950-х годах в основном в Соединенном Королевстве были зарегистрированы несколько случаев младенцев с лицевыми аномалиями, надклапанным стенозом аорты, умственной отсталостью и гиперкальциемией. За этим последовали дополнительные сообщения о гиперкальциемии у некоторых младенцев в Соединенном Королевстве, а также в других европейских странах (13).

Королевский колледж врачей и Британская педиатрическая ассоциация связали этот неожиданный и необъяснимый рост случаев гиперкальциемии с чрезмерным потреблением витамина D из различных продуктов, обогащенных витамином D.(В то время не было доступной надежной оценки для измерения витамина D, и не существовало надежных оценок потребления витамина D с пищей). Королевский колледж врачей не смог предоставить убедительных доказательств этого феномена (они основывали свое заключение преимущественно на литературе, в которой беременные грызуны, получавшие высокие дозы витамина D, рожали щенков с дисморфическими особенностями, стенозом аорты и гиперкальциемией). Британская педиатрическая ассоциация задокументировала гиперкальциемию только в единичных случаях у младенцев, у которых суточное потребление витамина D составляло 1 500–1725 МЕ.Поэтому правительство Великобритании строго регламентировало обогащение пищевых продуктов витамином D и добавки витамина D для населения (4, 13). Однако, оглядываясь назад, можно сказать, что гиперкальциемия, вероятно, была результатом гиперчувствительности к витамину D у младенцев, страдающих синдромом Вильямса-Бёрена и саркоидозом (4). Тем не менее, в значительном числе этих случаев гиперкальциемия, вероятно, была вызвана чрезмерным ежедневным потреблением витамина D. Более поздние наблюдения ВДТ были получены из Соединенных Штатов, где гипервитаминоз D у восьми пациентов был связан с употреблением молока, обогащенного витамином D.Анализ молока, произведенного на местном молочном заводе, выявил чрезмерное обогащение витамином D до 232 565 МЕ на кварту вместо стандартных 400 МЕ на кварту (14). В результате этого инцидента местные правительственные учреждения по всему миру запретили обогащение молока и предупредили врачей о потенциале ВДТ — проблема, которая сохраняется и по сей день (14).

В заявлениях, опубликованных за последнее десятилетие, Институт медицины (IOM) (15) и Общество эндокринологов (14) пришли к выводу, что острые ВДТ чрезвычайно редки в литературе, что концентрации 25 (OH) D в сыворотке должны превышать 150 нг / мл (375 нмоль / л), и что другие факторы, такие как потребление кальция, могут влиять на риск развития гиперкальциемии и ВДТ.Независимо от дополнительных факторов риска ВДТ, многие исследования предоставили доказательства того, что витамин D, вероятно, является одним из наименее токсичных жирорастворимых витаминов, гораздо менее токсичным, чем витамин А (4). Дуденков и др. (2) исследовали более 20 000 измерений 25 (OH) D в сыворотке крови, проведенных в клинике Мэйо с 2002 по 2011 год, чтобы определить распространенность ВДТ, продемонстрированную наличием гиперкальциемии. Число лиц с концентрацией 25 (OH) D в сыворотке крови> 50 нг / мл (> 75 нмоль / л) за этот период увеличилось в 20 раз.Однако относительно высокие концентрации 25 (OH) D совпадали с нормальной концентрацией кальция в сыворотке. Только у одного пациента с концентрацией 25 (OH) D 364 нг / мл (910 нмоль / л) была диагностирована гиперкальциемия. Pietras et al. (16) сообщили, что здоровые взрослые в клинических условиях, получавшие 50 000 МЕ витамина D 2 один раз каждые 2 недели (что эквивалентно примерно 3 300 МЕ / день) в течение до 6 лет, поддерживали концентрацию 25 (OH) D на уровне 40– 60 нг / мл (100–150 нмоль / л) без каких-либо признаков ВДТ.Эти результаты согласуются с наблюдением Ekwaru et al. (17), что взрослые канадцы, которые принимали до 20000 МЕ витамина D 3 в день, имели значительное увеличение концентрации 25 (OH) D до 60 нг / мл (150 нмоль / л), но без каких-либо доказательств токсичность.

Процесс острого VDT

VDT, возникший в результате чрезмерного употребления витамина D, характеризуется гиперкальциурией, гиперкальциемией, повышенным 25 (OH) D> 150 нг / мл (> 375 нмоль / л) и обычно нормальным или слегка повышенным 1 , 25 (OH) 2 Концентрация D.

Десять лет назад Джонс (18) выдвинул три основные гипотезы о механизме ВД. Все три связаны с повышенными концентрациями метаболита витамина D, достигающего рецептора витамина D (VDR) в ядре клеток-мишеней и вызывающего повышенную экспрессию генов. Три гипотезы, объясняющие ВДТ, заключаются в следующем:

  1. Токсичность опосредована повышенными концентрациями активной гормональной формы 1,25 (OH) 2 D в сыворотке, что приводит к ее повышенной внутриклеточной концентрации.Эта гипотеза не пользуется убедительной поддержкой. Только в одном исследовании Selby et al. (19) сообщили о повышенных значениях концентрации 1,25 (OH) 2 D при VDT. Многие другие исследования показали, что концентрации 1,25 (OH) 2 D были нормальными или лишь слегка повышенными.

  2. 1,25 (OH) 2 D имеет низкое сродство к белку, связывающему витамин D (VDBP) (20), и высокое сродство к VDR, что делает его важным лигандом с доступом к аппарату передачи транскрипционного сигнала. При гипервитаминозе D концентрации различных метаболитов витамина D, особенно 25 (OH) D, заметно увеличиваются, насыщая связывающую способность VDBP и, в свою очередь, позволяя другим метаболитам витамина D проникать в ядро ​​клетки.Среди различных метаболитов витамина D 25 (OH) D в более высоких концентрациях (дозозависимый эффект) имеет самое сильное сродство к VDR, так что конкретный метаболит при его высоких концентрациях в сыворотке стимулирует транскрипцию сам по себе (20, 21).

  3. Прием витамина D повышает концентрацию самого витамина D и увеличивает концентрацию многих других метаболитов витамина D, особенно 25 (OH) D. При гипервитаминозе D концентрации метаболитов витамина D, таких как витамин D, 25 (OH) D, 24,25 (OH) 2 D, 25,26 (OH) 2 D и 25 (OH) D -26,23-лактон, значительно увеличиваются (22).Аномально повышенные концентрации метаболитов витамина D превышают связывающую способность VDBP и вызывают высвобождение свободного 1,25 (OH) 2 D; последний активный метаболит проникает в клетки-мишени путем диффузии и действует через VDR.

Из этих трех гипотез наиболее вероятными являются аномально высокие концентрации 25 (OH) D и свободного 1,25 (OH) 2 D, хотя даже эта концепция остается недоказанной (18, 20).

На основании различных исследований in vitro, и in vivo, с использованием животных моделей, механизм VDT, предложенный в гипотезе 3, кажется маловероятным.Например, в одном исследовании мышь с нокаутом CYP27B1, лишенная 1α-гидроксилазы и неспособная синтезировать 1,25 (OH) 2 D, все еще страдала от ВДТ при воздействии доз витамина D, аналогичных тем, которые давались контрольным организмам дикого типа ( 23). Таким образом, в литературе поддерживается концепция, согласно которой ВДТ включает механизм 2 и, следовательно, концентрация 25 (ОН) D в сыворотке крови представляет собой точный биомаркер риска ВДТ (24).

Признаки и симптомы VDT

Клинические проявления VDT разнообразны, но связаны в первую очередь с гиперкальциемией (3, 5).

Симптомы ВДТ могут быть аналогичны симптомам других гиперкальциемических состояний и включать психоневрологические проявления, такие как нарушение концентрации внимания, спутанность сознания, апатия, сонливость, депрессия, психоз и, в крайних случаях, ступор и кому. Желудочно-кишечные симптомы ВДТ включают повторяющуюся рвоту, боль в животе, полидипсию, анорексию, запор, пептические язвы и панкреатит. Сердечно-сосудистые проявления ВДТ включают гипертензию, укороченный интервал QT, подъем сегмента ST и брадиаритмию с блокадой сердца первой степени на электрокардиограмме.Почечные симптомы включают гиперкальциурию как самый ранний признак, полиурию, полидипсию, обезвоживание, нефрокальциноз и почечную недостаточность. Другие симптомы ВДТ, вызванные гиперкальциемией, включают ленточную кератопатию, потерю слуха и болезненный периартикулярный кальциноз (25, 26).

Диагноз VDT

Диагноз VDT можно установить клинически. Ранняя диагностика ВДТ требует подробного клинического и лекарственного анамнеза. ВДТ у большинства пациентов является результатом чрезмерных доз или слишком частых интервалов между дозами витамина D, назначаемых при остеопорозе, гипопаратиреозе, гипофосфатемии, остеомаляции или почечной остеодистрофии.Из-за нынешней популярности витамина D в качестве средства для лечения многих заболеваний, добавление витамина D (включая использование терапевтических доз) стало преобладающим у здоровых людей. Врачи общей практики должны внимательно относиться к симптомам ВДТ у пациентов, которые принимали терапевтические дозы витамина D или его метаболитов. Когда развивается гиперкальциемия, пациенты с гранулематозными заболеваниями или лимфомами имеют широко распространенное активное заболевание. В таких случаях диагноз ВДТ становится очевидным при осмотре (3, 5).

Лабораторные исследования (кроме гиперкальциемии) у пациентов с симптоматическими экзогенными ВДТ, связанными с передозировкой витамина D или 25 (OH) D, показывают подавленный ПТГ (интактный), концентрация 25 (OH) D> 150 нг / мл (> 375 нмоль / л. ), а также нормальные или повышенные значения концентрации 1,25 (OH) 2 D.

Экзогенный ВДТ, как неблагоприятный результат терапии с использованием активного метаболита витамина D [как 1,25 (OH) 2 D, так и 1α-OHD], характеризуется лабораторными данными: подавленный ПТГ (интактный), повышенный 1 , Концентрация 25 (OH) 2 D и пониженные или нормальные значения концентрации 25 (OH) D.

Эндогенная интоксикация активным метаболитом, вызванная сосуществующими гранулематозными заболеваниями или лимфомой, может характеризоваться подавлением ПТГ (интактный), пониженной или нормальной концентрацией 25 (OH) D и повышенным 1,25 (OH) 2 D.

In a У пациента с гиперкальциемией гиперфосфатемия предполагает ВДТ, тогда как гипофосфатемия предполагает первичный гиперпаратиреоз. Последнее состояние дополнительно характеризуется повышенной активностью ПТГ и повышенной концентрацией 1,25 (OH) 2 D, но нормальной концентрацией 25 (OH) D (3, 23).

Лечение острого VDT

Любая из трех форм витамина D [витамин D, 25 (OH) D или 1,25 (OH) 2 D] может привести к VDT. Токсичность витамина D 2 или D 3 сложнее контролировать, чем токсичность, вызванную метаболитами витамина D [25 (OH) D или 1,25 (OH) 2 D]. Частично это связано с длительным периодом полураспада в организме из-за высокой растворимости витамина D в липидах в печени, мышцах и жировых тканях и соответствующей большой емкости накопления (18–22).

Таким образом, гиперкальциемия из-за передозировки витамина D теоретически может длиться до 18 месяцев после прекращения приема витамина D. Это связано с медленным высвобождением накопленного витамина D из жировых отложений. Однако период полураспада 25 (OH) D и 1,25 (OH) 2 D в организме намного короче: 15 дней и 15 часов соответственно. Следовательно, передозировка 25 (OH) D может сохраняться в течение нескольких недель, тогда как передозировка 1,25 (OH) 2 D длится всего несколько дней (18, 22).

Лечение ВДТ включает стратегии лечения первой и второй линии (3, 25, 27). Лечение первой линии включает следующее:

  • 1. Прекращение приема добавок витамина D и снижение потребления кальция с пищей. Пациентам с гранулематозными заболеваниями, лимфомой и ИБГ рекомендуется избегать воздействия солнечного света и других источников ультрафиолетового излучения B.

  • 2. Рекомендуется введение изотонического раствора натрия хлорида для коррекции обезвоживания и восстановления функции почек.После восстановления и поддержания объема можно добавлять петлевые диуретики. В случаях длительной терапии хлоридом натрия и петлевых диуретиков важно восполнить потерю натрия, калия и хлорида.

  • 3. Терапия глюкокортикоидами (GS) снизит уровень кальция в плазме за счет уменьшения всасывания кальция в кишечнике за счет уменьшения трансцеллюлярных активных транспортных процессов и увеличения экскреции кальция с мочой. Кроме того, терапия GS изменяет метаболизм витамина D в печени, способствуя синтезу неактивных метаболитов.Хотя это лечение является эффективным (уровни кальция в сыворотке обычно возвращаются к норме в течение нескольких дней при приеме GS в дозах 100 мг / день гидрокортизона или его эквивалента), хроническое использование системной (пероральной или парентеральной) терапии GS, к сожалению, связано с общими побочными эффектами. включая вторичный остеопороз, остеонекроз и мышечную слабость.

  • 4. Антирезорбтивная терапия с использованием кальцитонина (CT), бисфосфонатов (BS) или того и другого может быть полезна в тяжелых случаях, когда гиперкальциемия является результатом повышенной резорбции костной ткани остеокластами за счет 1,25 (OH) 2 D оказывает прямое действие на костную ткань.Реакция на CT и BS очень разная. КТ работает быстро, но тахифилаксия наступает через несколько дней. БС действуют в течение нескольких дней, но эффект сохраняется надолго. Фактически, по некоторым данным, БС (в том числе пероральные) являются наиболее эффективным методом лечения ВДТ, по крайней мере, у детей. Клинически невозможно узнать, происходит ли усиление резорбции остеокластической кости, хотя можно предположить, что это имеет место при наличии значительной гиперкальциемии. Следовательно, использование этих соединений не может быть ограничено условиями повышенной резорбции костной ткани остеокластами.

К лечению ВДТ второй линии относятся следующие:

  • 5. Фенобарбитал может быть полезным средством лечения ВДТ за счет снижения концентрации 25 (OH) D за счет индукции микросомального фермента печени (28).

  • 6. Кетоконазол неспецифически снижает продукцию 1,25 (OH) 2 D активированными мононуклеарными клетками путем ингибирования цитохрома P450, CYP27B1, но длительное использование не рекомендуется, поскольку он блокирует многие другие важные CYP (29 ).

  • 7. Аминохинолины (хлорохин, гидрохлорохин) снижают продукцию 1,25 (OH) 2 D активированными мононуклеарными клетками посредством неизвестного механизма при гранулематозных заболеваниях (30).

  • 8. Были разработаны специфические ингибиторы CYP27B1 (1α-гидроксилазы), которые могут найти применение в специфическом блокировании продукции 1,25 (OH) 2 D без взаимодействия с другими ферментами, содержащими цитохром P450 (31) .

  • 9.Индукция неспецифических ферментов цитохрома P450 печени, включая CYP3A4, такими лекарствами, как рифампицин, приводит к альтернативной катаболической судьбе пути 24-гидроксилирования метаболитов витамина D и допускает неспецифический распад избытка 1,25 ( OH) 2 D у пациентов с ИИГ (32).

Возможная токсичность умеренного приема витамина D в течение длительных периодов

В отчете IOM 2011 года обсуждались не только верхние пределы (UL) для приема витамина D на основе кратковременного кратковременного введения высоких доз. препараты витамина D в течение ограниченного периода времени, но также подчеркивается необходимость постоянного приема витамина D в течение многих лет приема добавок.Острая токсичность может быть вызвана дозами витамина D, вероятно, превышающими 10 000 МЕ / день, что приводит к концентрации 25 (OH) D в сыворотке крови> 150 нг / мл (> 375 нмоль / л). Этот уровень явно превышает рекомендованную IOM UL, равную 4000 МЕ / день. Потенциальная хроническая токсичность может возникнуть в результате приема доз выше 4000 МЕ / день в течение длительных периодов времени, возможно, в течение многих лет, что вызывает сывороточные концентрации 25 (OH) D в диапазоне 50–150 нг / мл (125–375 нмоль / л) (15 ).

IOM процитировал несколько исследований ассоциации, которые предполагают возможные вредные эффекты сывороточных концентраций 25 (OH) D выше 50 нг / мл.Эти эффекты включают смертность от всех причин, заболеваемость некоторыми видами рака (груди, поджелудочной железы и простаты), а также падения и переломы. Смертность от всех причин следует обратной кривой J, поэтому риск смерти, по-видимому, увеличивается у пациентов со значениями концентрации 25 (OH) D выше 30 нг / мл (> 75 нмоль / л). Однако в недавней статье (33) Дуразо-Арвизу и его коллеги повторно проанализировали эти результаты на основе стандартизированных результатов анализа 25 (OH) D и пришли к выводу, что рост на обратной кривой J является артефактом, устраняемым при высоком уровне 25 (OH). Значения D.

В спорном исследовании у пожилых женщин, которые получали разовую однократную высокую дозу витамина D (500 000 МЕ) в год, частота переломов и падений была выше, чем у женщин из контрольной группы, получавших плацебо (34). Хотя сывороточный 25 (OH) D не измерялся в группе, получавшей лечение, дополнительное исследование показало, что сывороточный 25 (OH) D составлял 48 нг / мл (120 нмоль / л) через 1 месяц после введения дозы. В более позднем исследовании Bischoff-Ferrari et al. (35) сообщили о более высоком риске падений у мужчин и женщин старше 70 лет, которым давали 60000 МЕ / месяц, чем в контрольной группе, получавшей 24000 МЕ / месяц ± 300 мкг 25 (OH) D 3 / месяц за 1 год. год.Концентрация 25 (OH) D в сыворотке крови достигала 40 нг / мл (100 нмоль / л) в пораженной группе при дозах 60000 МЕ / месяц и даже выше у лиц, получавших 25 (OH) D 3 .

Следовательно, некоторые возможные вредные эффекты хронических умеренных доз витамина D остаются необъясненными. В отличие от исследования острых ВД, не существует правдоподобного объяснения механизма таких пагубных последствий для здоровья при хронических ВД. Хотя никакие механизмы пока не могут объяснить эти данные, мы должны продолжать сомневаться в том, является ли хроническое умеренное дозирование витамина D потенциально вредным.

Резюме и выводы

Хотя ВДТ, приводящая к гиперкальциемии, встречается редко, она может быть опасной для жизни, если не будет своевременно выявлена. Существует множество форм экзогенных (ятрогенных) и эндогенных ВДТ. Непреднамеренная передозировка из-за использования фармацевтических продуктов является наиболее частой причиной экзогенного ВДТ. Обзор случаев VDT, вызванных ошибками в составе витамина D или введением, которые привели к чрезмерному дозированию, подтвердил, что интоксикация встречается крайне редко. Однако VDT всегда следует рассматривать как дифференциальный диагноз у пациентов с гиперкальциемией (36).

В некоторых клинических условиях эндогенный ВДТ также является важной клинической проблемой. Эндогенная этиология может развиваться из-за эктопической продукции 1,25 (OH) 2 D при гранулематозных заболеваниях, таких как саркоидоз и туберкулез, или при лимфоме. Исследователи предложили множество процессов для учета VDT, включая ингибированную активность 24-гидроксилазы или повышенную активность 1α-гидроксилазы, что приводит к повышению концентрации активного метаболита витамина D, увеличению количества VDR или насыщению емкости. ВДБП.Несмотря на множество разногласий, связанных с целевой концентрацией 25 (OH) D или рекомендуемыми дозами витамина D для населения в целом, имеющиеся руководящие принципы согласны с тем, что концентрации 25 (OH) D> 150 нг / мл представляют значительный риск ВДТ и что схемы лечения дефицита витамина D при применении высоких доз (выше UL) необходимо регулярное наблюдение (37).

Среди населения в целом растет осведомленность о пользе для здоровья, связанной с витамином D; однако повышенное потребление добавок, содержащих витамин D, может предрасполагать широкую публику к увеличению частоты ВДТ.Таким образом, без медицинского наблюдения людям, которые самостоятельно принимают витамин D в дозах, превышающих рекомендованные для возраста и массы тела, рекомендуется соблюдать осторожность.

Вклад авторов

Все перечисленные авторы внесли существенный, прямой и интеллектуальный вклад в работу и одобрили ее для публикации.

Заявление о конфликте интересов

Авторы заявляют, что исследование проводилось в отсутствие каких-либо коммерческих или финансовых отношений, которые могут быть истолкованы как потенциальный конфликт интересов.Рецензент LG и управляющий редактор заявили о своей общей принадлежности.

Список литературы

1. Буйон Р. Витамин D и внешнее здоровье. UpToDate (2015). Доступно на сайте: www.uptodate.com 2. Дуденков Д.В., Зевн Б.П., Оберхелман С.С., Фишер П.Р., Сингх Р.Дж., Ча С.С. и др. . Изменение уровня содержания 25-гидроксивитамина D в сыворотке крови выше 50 нг / мл: 10-летнее популяционное исследование. Mayo Clin Proc. (2015) 90: 577–86. 10.1016 / j.mayocp.2015.02.012 [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 4.Holick MF. Витамин D не так токсичен, как когда-то считалось: историческая и современная перспектива. Mayo Clin Proc. (2015) 90: 561–4. 10.1016 / j.mayocp.2015.03.015 [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 5. Гупта А.К., Джамвал В., Сакул, Малхотра П. Гипервитаминоз D и системные проявления: всесторонний обзор. ДЖИМСА (2014) 27: 236–7. [Google Scholar] 6. Белл NH, Stern PH, Pantzer E, Sinha TK, DeLuca HF. Доказательства того, что повышенный уровень циркулирующего 1α, 25-дигидроксивитамина D является вероятной причиной аномального метаболизма кальция при саркоидозе.J Clin Invest. (1979) 64: 218–25. 10.1172 / JCI109442 [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 7. Mudde AH, van den Berg H, Boshuis PG, Breedveld FC, Markusse HM, Kluin PM, et al. . Внематочная продукция 1,25-дигидроксивитамина D B-клеточной лимфомой как причина гиперкальциемии. Рак (1987) 59: 1543–6. [PubMed] [Google Scholar] 8. Шлингманн К.П., Кауфманн М., Вебер С., Ирвин А., Гус С., Джон У. и др. Мутации CYP24A1 и идиопатическая детская гиперкальциемия. N Engl J Med. (2011) 3655: 410–21.10.1056 / NEJMoa1103864 [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 9. Динур Д., Давидовиц М., Авинер С. Материнская и детская гиперкальциемия, вызванная мутациями витамина D-гидроксилазы и потреблением витамина D. Педиатр Нефрол. (2015) 30: 145–52. 10.1007 / s00467-014-2889-1 [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 10. Шлингманн К.П., Руминска Дж., Кауфманн М., Дурсун И., Патти М., Кранц Б. и др. . Аутосомно-рецессивные мутации в SLC34A1, кодирующем натрий-фосфатный котранспортер 2A, вызывают идиопатическую инфантильную гиперкальциемию. J Am Soc Nephrol.(2016) 27: 604–14. 10.1681 / ASN.2014101025 [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 11. Проницка Э., Сиара Э., Халат П., Янец А., Войчик М., Ровинска Э. и др. . Биаллельные мутации в CYP24A1 или SLC34A1 как причина детской идиопатической гиперкальциемии (ИИГ) с гиперчувствительностью к витамину D: молекулярное исследование 11 исторических случаев ИИГ. J Appl Genet. (2017) 58: 349–53. 10.1007 / s13353-017-0397-2 [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 12. Абрамс Н.Р., Бауэр В. Лечение ревматоидного артрита большими дозами витамина D.JAMA (1938) 111: 1632–9. [Google Scholar] 13. Сэмюэл Х.С. Токсичность витамина D, отчет Британской педиатрической ассоциации. Детская гиперкальциемия, пищевой рахит и детская цинга в Великобритании. Br Med J. (1984) 1: 1659–61. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar] 14. Jacobus CH, Holick MF, Shao Q, Chen TC, Holm IA, Kolodny JM, et al. . Гипервитаминоз D, связанный с употреблением молока. N Engl J Med. (1992) 326: 1173–7. 10.1056 / NEJM199204303261801 [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 15. МОМ (Институт медицины) Нормы потребления кальция и витамина D.Вашингтон, округ Колумбия: Национальная академия прессы; (2011) стр. 1–1115. [Google Scholar] 16. Пьетрас С.М., Обаян Б.К., Цай М.Х., Холик М.Ф. Лечение витамином D при дефиците и недостаточности витамина D до 6 лет. Arch Inter Med. (2009) 169: 1806–18. 10.1001 / archinternmed.2009.361 [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 17. Эквару Дж. П., Цвикер Дж. Д., Холик М. Ф., Джованнуччи Е., Вегелерс П. Дж. Важность веса тела для зависимости реакции от дозы перорального приема витамина D и сывороточного 25-гидроксивитамина D у здоровых добровольцев.PLoS ONE (2014) 9: e111265. 10.1371 / journal.pone.0111265 [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 18. Джонс Г. Фармакокинетика токсичности витамина D. Am J Clin Nutr. (2008) 88: 582–6. 10.1093 / ajcn / 88.2.582S [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 19. Селби П.Л., Дэвис М., Маркс Дж. С., Мавер Э.Б. Интоксикация витамином D вызывает гиперкальциемию за счет увеличения резорбции костей, которая реагирует на памидронат. Clin Endocrinol. (1995) 43: 531–6. [PubMed] [Google Scholar] 20. Бикл Д.Д., Джи Э., Хэллоран Б., Ковальски М.А., Райзен Э., Хаддад Дж.Г.Оценка свободной фракции 25-гидроксивитамина D в сыворотке крови и ее регуляция альбумином и связывающим витамин D белком. J Clin Endocrinol Metab. (1986) 63: 954–9. [PubMed] [Google Scholar] 21. Bikle DD, Gee E. Свободный, а не общий 1,25-дигидроксивитамин D регулирует метаболизм 25-гидроксивитамина D кератиноцитами. Эндокринология (1989) 124: 649–54. [PubMed] [Google Scholar] 22. Петтифор Дж. М., Бикл Д. Д., Кавалерос М., Закен Д., Камдар М. С., Росс Ф. П.. Уровни свободного 1,25-дигидроксивитамина D в сыворотке при токсичности витамина D.Ann Intern Med. (1995) 122: 511–3. [PubMed] [Google Scholar] 23. Deluca HF, Prahl JM, Plum LA. 1,25-дигидроксивитамин D не отвечает за токсичность, вызванную витамином D или 25-гидроксивитамином D. Arch BiochemBiophys. (2011) 505: 226–30. 10.1016 / j.abb.2010.10.012 [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 24. Джонс Дж., Шлингманн К.П. Гиперкальциемические состояния, связанные с нарушением метаболизма витамина D. Front Horm Res. (2018) 50: 89–113. 10.1159 / 000486073 [CrossRef] [Google Scholar] 25. Поттс Дж. Т., младший, Юппнер Х.Нарушения паращитовидной железы и гомеостаза кальция. В: Longo DL, Fauci AS, Kasper Dl, Hauser Sl, Jameson Jl, Loscalzo J. editors. Принципы внутренней медицины Харрисона. Vol. 2. 18 изд. Нью-Йорк, штат Нью-Йорк: Макгроу Хилл; (2012). п. 3096–3129. [Google Scholar] 26. Хиенг В., Стивенс К. Токсичность витамина D: тематическое исследование. N Zeal J Med Lab Sci. (2010) 64: 44–50. [Google Scholar] 27. Кусано Н., Тис-Джейкобс С., Билезикян Дж. П. Гиперкальциемия из-за токсичности витамина D. В: Feldman D, Pike JW, Adams JS. редактор.Витамин D. Лондон, Великобритания: Elsevier; (2011). п. 1394. [Google Scholar] 28. Лукашкевич Я., Прушинска К., Лоренц Р.С., Людвичак Х. Индукция микросомальных ферментов печени: лечение отравления витамином D у 7-месячного ребенка. Br Med J. (1987) 295: 1173. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar] 29. Glass AR, Eil C. Кетоконазол-индуцированное снижение сывороточного 1,25-дигидроксивитамина D и общего сывороточного кальция у пациентов с гиперкальциемией. J. ClinEndocrinol Metab. (1988) 66: 934–8. [PubMed] [Google Scholar] 30. Адамс Дж.С., Диз М, Шарма О.П.Эффективное снижение концентрации 1,25 дигидроксивитамина D и кальция в сыворотке при саркоидозе, связанной с гиперкальциемией, с коротким курсом терапии хлорохином. Ann Intern Med. (1989) 11: 437–8. [PubMed] [Google Scholar] 32. Хоукс С.П., Ли Д., Хаконарсон Х., Мейерс К.Э., Туммель К.Е., Левин М.А. Индукция CYP3A4 рифампицином: альтернативный путь инактивации витамина d у пациентов с мутациями CYP24A1. J Clin Endocrinol Metab. (2017) 102: 1440–6. 10.1210 / jc.2016-4048 [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 33.Дуразо-Арвизу Р.А., Доусон-Хьюз Б., Крамер Х., Цао Дж., Меркель Дж., Коутс П.М. и др. . Обратная связь j-образной формы между общей концентрацией 25-гидроксивитамина D в сыворотке и смертностью от всех причин: влияние стандартизации анализа. Am J Epidemiol. (2017) 185: 720–6. 10.1093 / aje / kww244 [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 34. Сандерс К.М., Стюарт А.Л., Уильямсон Э.Дж., Симпсон Дж.А., Котович М.А., Янг Д. и др. . Ежегодный пероральный прием высоких доз витамина D, падения и переломы у пожилых женщин: рандомизированное контролируемое исследование.JAMA (2010) 303: 1815–22. 10.1001 / jama.2010.594 [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 35. Bischoff-Ferrari HA, Dawson-Hughes B, Orav EJ, Staehelin HB, Meyer OW, Theiler R и др. . Ежемесячное лечение высокими дозами витамина d для предотвращения функционального снижения: рандомизированное клиническое исследование. JAMA Intern Med. (2016) 176: 175–83. 10.1001 / jamainternmed.2015.7148 [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 36. Галиор К., Греб С., Сингх Р. Развитие токсичности витамина D в результате чрезмерной коррекции дефицита витамина D: обзор истории болезни.Питательные вещества (2018) 10: E953 10.3390 / nu10080953 [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 37. Холик М.Ф., Бинкли NC, Бишофф-Феррари HA, Гордон С.М., Хэнли Д.А., Хини Р.П. и др. . Эндокринное общество. Оценка, лечение и профилактика дефицита витамина D: руководство по клинической практике эндокринного общества. J Clin Endocrinol Metab. (2011) 96: 1911–30. 10.1210 / jc.2011-0385 [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]

Frontiers | Токсичность витамина D — клиническая перспектива

Введение

Витамин D — важный прогормон, который играет жизненно важную роль в поддержании здоровья костей и уровня кальция.Дефицит витамина D приводит к гипокальциемии и нарушениям минерализации костей. Дефицит витамина D, как предполагается во многих публикациях, также связан с повышенным риском экстраскелетных осложнений, таких как аутоиммунные заболевания, хроническая обструктивная болезнь легких, рак и метаболический синдром. Дефицит витамина D (концентрация 25-гидроксивитамина D [25 (OH) D] <20 нг / мл; <50 нмоль / л) и недостаточность [концентрация 25 (OH) D 21–29 нг / мл; 52,5–72,5 нмоль / л], являясь глобальной проблемой общественного здравоохранения (1).Из-за растущего понимания дефицита витамина D и связанных с ним проблем со здоровьем, витамин D стал популярной добавкой, и его использование заметно увеличилось. Повышенное потребление добавок витамина D населением в целом и растущее число назначений терапевтических доз (включая очень высокие дозы) без медицинского наблюдения могут привести к большему риску экзогенного гипервитаминоза D с симптомами гиперкальциемии, также известными как токсичность витамина D. (ВДТ) (2). В этой статье представлены некоторые проблемы, связанные с ВДТ из-за передозировки, и объясняются некоторые проблемы гиперчувствительности к витамину D.Существующие знания, связанные с VDT, основаны на отдельных отчетах о случаях, случайных отравлениях и экспериментах на животных. По этическим причинам экспериментальный анализ ВДТ на людях невозможен.

Определение VDT и частота его возникновения

VDT из-за избытка витамина D (гипервитаминоз D) — это клиническое состояние, характеризующееся тяжелой гиперкальциемией, которая может сохраняться в течение длительного времени и приводить к серьезным последствиям для здоровья (3).

Гипервитаминоз D с гиперкальциемией развивается после неконтролируемого употребления мегадоз витамина D или метаболитов витамина D [25 (OH) D, 1,25 (OH) 2 D].В некоторых клинических условиях гипервитаминоз D может развиться в результате использования аналогов витамина D (экзогенный VDT). Гипервитаминоз D с гиперкальциемией также может быть проявлением избыточной продукции 1,25 (OH) 2 D при гранулематозных заболеваниях, лимфомах и во время идиопатической детской гиперкальциемии (IIH) (эндогенная VDT) (3).

У здоровых людей экзогенная ВДТ обычно вызывается длительным (в месяцах) употреблением мегадоз витамина D, но не чрезмерно высоким воздействием солнечных лучей на кожу или разнообразным питанием.Организм человека может регулировать количество превитамина D (тахистерин и люмистерол), вырабатываемого в коже под действием ультрафиолетового излучения B. Диверсифицированная диета обычно не обеспечивает большого количества витамина D, а обогащение пищевых продуктов витамином D является умеренным (4). Экзогенный ВДТ из-за передозировки витамина D диагностируется по заметно повышенным концентрациям 25 (OH) D (> 150 нг / мл), сопровождающимся тяжелой гиперкальциемией и гиперкальциурией, а также очень низкой или неопределяемой активностью паратироидного гормона (ПТГ) (4).Гиперкальциурия и гиперкальциемия — первые измеримые проявления ВДТ. Концентрация 1,25 (OH) 2 D у пациентов с VDT может быть в пределах нормы, немного увеличиваться или снижаться (реже), когда повышенный уровень кальция в сыворотке подавляет активность ПТГ. 1,25 (OH) 2 D подавляется как за счет ингибирования активности 1α-гидроксилазы, так и за счет повышения активности 24-гидроксилазы (3).

Экзогенный ВДТ может развиваться у пациентов, принимающих чрезмерное количество 1α, 25 (OH) 2 D или других 1α-гидроксилированных аналогов витамина D [1α (OH) D], таких как парикальцитол и доксеркальциферол, используемых для лечения гипокальциемических расстройств, включая гипопаратиреоз, псевдогипопаратиреоз, остеомаляция и терминальная почечная недостаточность.В этих случаях гиперкальциемия является побочным эффектом лечения с использованием фармакологического средства витамина D, не связанным с концентрацией 25 (OH) D, и значение концентрации 1,25 (OH) 2 D повышено (3, 5 ).

Повышенный риск эндогенного ВДТ является серьезной клинической проблемой при гранулемообразующих нарушениях и лимфомах, а также у пациентов с ИБГ. При этих расстройствах пациенты гиперчувствительны к витамину D, и повышенная концентрация 1,25 (OH) 2 D с гиперкальциемией может развиваться после приема витамина D или от диетических продуктов, содержащих повышенное количество витамина D, или даже после неконтролируемых солнечных ванн (3) .Пациентам с синдромом Вильямса – Бёрена также необходимо уделять внимание гиперчувствительности к витамину D; однако значения концентрации как 25 (OH) D, так и 1,25 (OH) 2 D при этом заболевании могут быть нормальными или повышенными, и патофизиологическое объяснение часто неясно. При гранулематозных заболеваниях, таких как саркоидоз, туберкулез, проказа, грибковые заболевания, детский некроз подкожно-жировой клетчатки, гигантоклеточный полимиозит и бериллиоз, эндогенный VDT связан с аномальным внепочечным синтезом 1,25 (OH) 2 D активированными макрофагами ( 3, 6).Этиология ВДТ при лимфомах множественная, гетерогенная и до сих пор не полностью изучена (7). При ИИГ нарушение активности 24-гидроксилазы (CYP24A1), фермента, ответственного за деградацию как 25 (OH) D, так и 1,25 (OH) 2 D, приводит к неконтролируемой тяжелой гиперкальциемии и связанным с ней последствиям (8). ИИГ может быть выявлен в раннем детстве или может сохраняться недиагностированным во взрослом возрасте (9). Другая недавно обнаруженная причина ИИГ связана с дефектом SLC34A1 , гена, кодирующего натрий-фосфатный котранспортер (NaPi-IIA) в почках; гиперкальциемия является косвенным проявлением подавления FGF-23 (10).При эндогенном ВДТ гиперкальциемия связана с повышением концентрации 1,25 (ОН) 2 D; Напротив, при VDT из-за передозировки витамина D (экзогенный VDT) гиперкальциемия является следствием высокой концентрации 25 (OH) D (5).

Распространенность ВДТ неизвестна. В результате увеличения потребления добавок, содержащих витамин D, и недавней информации о распространенности мутации CYP24A1 (8–10) в общей популяции (по оценкам, это происходит у 1 из 33 000 родов) (11), частота ВДТ вполне может увеличивать.

В прошлом экзогенный VDT считался редким побочным эффектом, связанным в первую очередь с обогащением пищевых продуктов. С 1930-х по 1950-е годы официальные лица здравоохранения в Соединенных Штатах и ​​Соединенном Королевстве рекомендовали регулярное обогащение молока и других продуктов витамином D (4). Первоначально эта политика была реализована как эффективная стратегия общественного здравоохранения для предотвращения пищевого рахита у детей, а затем как вмешательство по улучшению общего состояния здоровья населения (4).

В 1940-х годах огромные дозы витамина D (200 000–300 000 МЕ / день) считались эффективной стратегией лечения таких разнообразных хронических заболеваний, как туберкулез и ревматоидный артрит. Поскольку у некоторых пациентов, получавших такое лечение, наблюдалась гиперкальциемия, отдельные врачи прекращали прием больших доз, и симптомы ВДТ исчезли через несколько месяцев (4, 12). Однако эти клинические наблюдения предупредили врачей о возможности ВДТ, и практика введения больших доз витамина D была позже прекращена на национальном уровне.Однако эти наблюдения не повлияли на обогащение пищевых продуктов и других продуктов витамином D, которое сохранялось на протяжении 1950-х годов (4). В 1950-х годах в основном в Соединенном Королевстве были зарегистрированы несколько случаев младенцев с лицевыми аномалиями, надклапанным стенозом аорты, умственной отсталостью и гиперкальциемией. За этим последовали дополнительные сообщения о гиперкальциемии у некоторых младенцев в Соединенном Королевстве, а также в других европейских странах (13).

Королевский колледж врачей и Британская педиатрическая ассоциация связали этот неожиданный и необъяснимый рост случаев гиперкальциемии с чрезмерным потреблением витамина D из различных продуктов, обогащенных витамином D.(В то время не было доступной надежной оценки для измерения витамина D, и не существовало надежных оценок потребления витамина D с пищей). Королевский колледж врачей не смог предоставить убедительных доказательств этого феномена (они основывали свое заключение преимущественно на литературе, в которой беременные грызуны, получавшие высокие дозы витамина D, рожали щенков с дисморфическими особенностями, стенозом аорты и гиперкальциемией). Британская педиатрическая ассоциация задокументировала гиперкальциемию только в единичных случаях у младенцев, у которых суточное потребление витамина D составляло 1 500–1725 МЕ.Поэтому правительство Великобритании строго регламентировало обогащение пищевых продуктов витамином D и добавки витамина D для населения (4, 13). Однако, оглядываясь назад, можно сказать, что гиперкальциемия, вероятно, была результатом гиперчувствительности к витамину D у младенцев, страдающих синдромом Вильямса-Бёрена и саркоидозом (4). Тем не менее, в значительном числе этих случаев гиперкальциемия, вероятно, была вызвана чрезмерным ежедневным потреблением витамина D. Более поздние наблюдения ВДТ были получены из Соединенных Штатов, где гипервитаминоз D у восьми пациентов был связан с употреблением молока, обогащенного витамином D.Анализ молока, произведенного на местном молочном заводе, выявил чрезмерное обогащение витамином D до 232 565 МЕ на кварту вместо стандартных 400 МЕ на кварту (14). В результате этого инцидента местные правительственные учреждения по всему миру запретили обогащение молока и предупредили врачей о потенциале ВДТ — проблема, которая сохраняется и по сей день (14).

В заявлениях, опубликованных за последнее десятилетие, Институт медицины (IOM) (15) и Общество эндокринологов (14) пришли к выводу, что острые ВДТ чрезвычайно редки в литературе и что концентрации 25 (OH) D в сыворотке должны превышать 150 нг / мл (375 нмоль / л), и что другие факторы, такие как потребление кальция, могут влиять на риск развития гиперкальциемии и ВДТ.Независимо от дополнительных факторов риска ВДТ, многие исследования предоставили доказательства того, что витамин D, вероятно, является одним из наименее токсичных жирорастворимых витаминов, гораздо менее токсичным, чем витамин А (4). Дуденков и др. (2) исследовали более 20 000 измерений 25 (OH) D в сыворотке крови, проведенных в клинике Мэйо с 2002 по 2011 год, чтобы определить распространенность ВДТ, продемонстрированную наличием гиперкальциемии. Число лиц с концентрацией 25 (OH) D в сыворотке крови> 50 нг / мл (> 75 нмоль / л) за этот период увеличилось в 20 раз.Однако относительно высокие концентрации 25 (OH) D совпадали с нормальной концентрацией кальция в сыворотке. Только у одного пациента с концентрацией 25 (OH) D 364 нг / мл (910 нмоль / л) была диагностирована гиперкальциемия. Pietras et al. (16) сообщили, что здоровые взрослые в клинических условиях, получавшие 50 000 МЕ витамина D 2 один раз каждые 2 недели (что эквивалентно примерно 3 300 МЕ / день) в течение до 6 лет, поддерживали концентрацию 25 (OH) D на уровне 40– 60 нг / мл (100–150 нмоль / л) без каких-либо признаков ВДТ.Эти результаты согласуются с наблюдением Ekwaru et al. (17), что взрослые канадцы, которые принимали до 20000 МЕ витамина D 3 в день, имели значительное увеличение концентрации 25 (OH) D до 60 нг / мл (150 нмоль / л), но без каких-либо доказательств токсичность.

Процесс острого по VDT

VDT в результате чрезмерного употребления витамина D характеризуется гиперкальциурией, гиперкальциемией, повышенным 25 (OH) D> 150 нг / мл (> 375 нмоль / л) и обычно нормальным или слегка повышенным 1,25 (OH) 2 Концентрация D.

Десять лет назад Джонс (18) выдвинул три основные гипотезы о механизме ВД. Все три связаны с повышенными концентрациями метаболита витамина D, достигающего рецептора витамина D (VDR) в ядре клеток-мишеней и вызывающего повышенную экспрессию генов. Три гипотезы, объясняющие VDT, следующие:

1. Токсичность опосредуется повышенными концентрациями активной гормональной формы 1,25 (OH) 2 D в сыворотке крови, что приводит к ее повышенной внутриклеточной концентрации.Эта гипотеза не пользуется убедительной поддержкой. Только в одном исследовании Selby et al. (19) сообщили о повышенных значениях концентрации 1,25 (OH) 2 D при VDT. Многие другие исследования показали, что концентрации 1,25 (OH) 2 D были нормальными или лишь слегка повышенными.

2. 1,25 (OH) 2 D имеет низкое сродство к белку, связывающему витамин D (VDBP) (20), и высокое сродство к VDR, что делает его важным лигандом с доступом к аппарату передачи транскрипционного сигнала. При гипервитаминозе D концентрации различных метаболитов витамина D, особенно 25 (OH) D, заметно увеличиваются, насыщая связывающую способность VDBP и, в свою очередь, позволяя другим метаболитам витамина D проникать в ядро ​​клетки.Среди различных метаболитов витамина D 25 (OH) D в более высоких концентрациях (дозозависимый эффект) имеет самое сильное сродство к VDR, так что конкретный метаболит при его высоких концентрациях в сыворотке стимулирует транскрипцию сам по себе (20, 21).

3. Потребление витамина D повышает концентрацию самого витамина D и увеличивает концентрацию многих других метаболитов витамина D, особенно 25 (OH) D. При гипервитаминозе D концентрации метаболитов витамина D, таких как витамин D, 25 (OH) D, 24,25 (OH) 2 D, 25,26 (OH) 2 D и 25 (OH) D -26,23-лактон, значительно увеличиваются (22).Аномально повышенные концентрации метаболитов витамина D превышают связывающую способность VDBP и вызывают высвобождение свободного 1,25 (OH) 2 D; последний активный метаболит проникает в клетки-мишени путем диффузии и действует через VDR.

Из этих трех гипотез наиболее вероятными являются аномально высокие концентрации 25 (OH) D и свободного 1,25 (OH) 2 D, хотя даже эта концепция остается недоказанной (18, 20).

На основании различных исследований in vitro, и in vivo, с использованием моделей на животных, механизм VDT, предложенный в гипотезе 3, кажется маловероятным.Например, в одном исследовании мышь с нокаутом CYP27B1, лишенная 1α-гидроксилазы и неспособная синтезировать 1,25 (OH) 2 D, все еще страдала от ВДТ при воздействии доз витамина D, аналогичных тем, которые давались контрольным организмам дикого типа ( 23). Таким образом, в литературе поддерживается концепция, согласно которой ВДТ включает механизм 2 и, следовательно, концентрация 25 (ОН) D в сыворотке крови представляет собой точный биомаркер риска ВДТ (24).

Признаки и симптомы VDT

Клинические проявления ВДТ разнообразны, но связаны в первую очередь с гиперкальциемией (3, 5).

Симптомы ВДТ могут быть аналогичны симптомам других гиперкальциемических состояний и включать психоневрологические проявления, такие как нарушение концентрации внимания, спутанность сознания, апатия, сонливость, депрессия, психоз и, в крайних случаях, ступор и кому. Желудочно-кишечные симптомы ВДТ включают повторяющуюся рвоту, боль в животе, полидипсию, анорексию, запор, пептические язвы и панкреатит. Сердечно-сосудистые проявления ВДТ включают гипертензию, укороченный интервал QT, подъем сегмента ST и брадиаритмию с блокадой сердца первой степени на электрокардиограмме.Почечные симптомы включают гиперкальциурию как самый ранний признак, полиурию, полидипсию, обезвоживание, нефрокальциноз и почечную недостаточность. Другие симптомы ВДТ, вызванные гиперкальциемией, включают ленточную кератопатию, потерю слуха и болезненный периартикулярный кальциноз (25, 26).

Диагностика VDT

Диагноз ВДТ можно установить клинически. Ранняя диагностика ВДТ требует подробного клинического и лекарственного анамнеза. ВДТ у большинства пациентов является результатом чрезмерных доз или слишком частых интервалов между дозами витамина D, назначаемых при остеопорозе, гипопаратиреозе, гипофосфатемии, остеомаляции или почечной остеодистрофии.Из-за нынешней популярности витамина D в качестве средства для лечения многих заболеваний, добавление витамина D (включая использование терапевтических доз) стало преобладающим у здоровых людей. Врачи общей практики должны внимательно относиться к симптомам ВДТ у пациентов, которые принимали терапевтические дозы витамина D или его метаболитов. Когда развивается гиперкальциемия, пациенты с гранулематозными заболеваниями или лимфомами имеют широко распространенное активное заболевание. В таких случаях диагноз ВДТ становится очевидным при осмотре (3, 5).

Лабораторные исследования (кроме гиперкальциемии) у пациентов с симптоматическими экзогенными ВДТ, связанными с передозировкой витамина D или 25 (OH) D, показывают подавленный ПТГ (интактный), концентрация 25 (OH) D> 150 нг / мл (> 375 нмоль / л) , а также нормальные или повышенные значения концентрации 1,25 (OH) 2 D.

Экзогенный ВДТ, как неблагоприятный результат терапии с использованием активного метаболита витамина D [1,25 (OH) 2 D и 1α-OHD], характеризуется лабораторными данными: подавленный ПТГ (интактный), повышенный 1, 25 (OH) 2 D, а также пониженные или нормальные значения концентрации 25 (OH) D.

Эндогенная интоксикация активными метаболитами, вызванная сосуществующими гранулематозными заболеваниями или лимфомой, может характеризоваться подавлением ПТГ (интактный), пониженной или нормальной концентрацией 25 (OH) D и повышенным 1,25 (OH) 2 D.

У пациента с гиперкальциемией гиперфосфатемия предполагает ВДТ, тогда как гипофосфатемия предполагает первичный гиперпаратиреоз. Последнее состояние дополнительно характеризуется повышенной активностью ПТГ и повышенной концентрацией 1,25 (OH) 2 D, но нормальной концентрацией 25 (OH) D (3, 23).

Лечение острого заболевания по VDT

Любая из трех форм витамина D [витамин D, 25 (OH) D или 1,25 (OH) 2 D] может привести к ВДТ. Токсичность витамина D 2 или D 3 сложнее контролировать, чем токсичность, вызванную метаболитами витамина D [25 (OH) D или 1,25 (OH) 2 D]. Частично это связано с длительным периодом полураспада в организме из-за высокой растворимости витамина D в липидах в печени, мышцах и жировых тканях и соответствующей большой емкости накопления (18–22).

Таким образом, гиперкальциемия из-за передозировки витамина D теоретически может длиться до 18 месяцев после прекращения приема витамина D. Это связано с медленным высвобождением накопленного витамина D из жировых отложений. Однако период полураспада 25 (OH) D и 1,25 (OH) 2 D в организме намного короче: 15 дней и 15 часов соответственно. Следовательно, передозировка 25 (OH) D может сохраняться в течение нескольких недель, тогда как передозировка 1,25 (OH) 2 D длится всего несколько дней (18, 22).

Лечение ВДТ включает стратегии лечения первой и второй линии (3, 25, 27). Лечение первой линии включает:

1. Прекращение приема добавок витамина D и снижение потребления кальция с пищей. Пациентам с гранулематозными заболеваниями, лимфомой и ИБГ рекомендуется избегать воздействия солнечного света и других источников ультрафиолетового излучения B.

2. Рекомендуется прием изотонического раствора натрия хлорида для коррекции обезвоживания и восстановления функции почек.После восстановления и поддержания объема можно добавлять петлевые диуретики. В случаях длительной терапии хлоридом натрия и петлевых диуретиков важно восполнить потерю натрия, калия и хлорида.

3. Терапия глюкокортикоидами (GS) снизит уровень кальция в плазме за счет снижения всасывания кальция в кишечнике за счет уменьшения трансцеллюлярных активных транспортных процессов и увеличения экскреции кальция с мочой. Кроме того, терапия GS изменяет метаболизм витамина D в печени, способствуя синтезу неактивных метаболитов.Хотя это лечение является эффективным (уровни кальция в сыворотке обычно возвращаются к норме в течение нескольких дней при приеме GS в дозах 100 мг / день гидрокортизона или его эквивалента), хроническое использование системной (пероральной или парентеральной) терапии GS, к сожалению, связано с общими побочными эффектами. включая вторичный остеопороз, остеонекроз и мышечную слабость.

4. Антирезорбтивная терапия с использованием кальцитонина (CT), бисфосфонатов (BS) или того и другого может быть полезна в тяжелых случаях, когда гиперкальциемия является результатом повышенной резорбции остеокластической кости из-за 1,25 (OH). воздействие на костную ткань.Реакция на CT и BS очень разная. КТ работает быстро, но тахифилаксия наступает через несколько дней. БС действуют в течение нескольких дней, но эффект сохраняется надолго. Фактически, по некоторым данным, БС (в том числе пероральные) являются наиболее эффективным методом лечения ВДТ, по крайней мере, у детей. Клинически невозможно узнать, происходит ли усиление резорбции остеокластической кости, хотя можно предположить, что это имеет место при наличии значительной гиперкальциемии. Следовательно, использование этих соединений не может быть ограничено условиями повышенной резорбции костной ткани остеокластами.

Лечение ВДТ второй линии включает следующее:

5. Фенобарбитал может быть полезным средством лечения ВДТ за счет снижения концентрации 25 (ОН) D за счет индукции микросомального фермента печени (28).

6. Кетоконазол неспецифически снижает продукцию 1,25 (OH) 2 D активированными мононуклеарными клетками путем ингибирования цитохрома P450, CYP27B1, но длительное применение не рекомендуется, поскольку он блокирует многие другие важные CYP (29).

7. Аминохинолины (хлорохин, гидрохлорохин) снижают продукцию 1,25 (OH) 2 D активированными мононуклеарными клетками посредством неизвестного механизма при гранулематозных заболеваниях (30).

8. Были разработаны специфические ингибиторы CYP27B1 (1α-гидроксилазы), которые могут найти применение в специфическом блокировании продукции 1,25 (OH) 2 D без взаимодействия с другими ферментами, содержащими цитохром P450 (31).

9. Индукция неспецифических ферментов цитохрома P450 печени, включая CYP3A4, такими лекарствами, как рифампицин, приводит к альтернативной катаболической судьбе метаболитов витамина D по пути 24-гидроксилирования и допускает неспецифический распад избытка 1 , 25 (OH) 2 D у пациентов с ИИГ (32).

Возможная токсичность умеренного приема витамина D в течение длительного периода

В отчете МОМ за 2011 год не только обсуждались верхние пределы (ВД) для потребления витамина D на основе кратковременного кратковременного приема препаратов витамина D в высоких дозах в течение ограниченного периода времени, но также подчеркивалась важность хронического приема витамина D в течение многих лет. добавок. Острая токсичность может быть вызвана дозами витамина D, вероятно, превышающими 10 000 МЕ / день, что приводит к концентрации 25 (OH) D в сыворотке крови> 150 нг / мл (> 375 нмоль / л).Этот уровень явно превышает рекомендованную IOM UL, равную 4000 МЕ / день. Потенциальная хроническая токсичность может возникнуть в результате приема доз выше 4000 МЕ / день в течение длительных периодов времени, возможно, в течение многих лет, что вызывает сывороточные концентрации 25 (OH) D в диапазоне 50–150 нг / мл (125–375 нмоль / л) (15 ).

IOM процитировал несколько исследований ассоциации, которые предполагают возможные вредные эффекты сывороточных концентраций 25 (OH) D выше 50 нг / мл. Эти эффекты включают смертность от всех причин, заболеваемость некоторыми видами рака (груди, поджелудочной железы и простаты), а также падения и переломы.Смертность от всех причин следует обратной кривой J, поэтому риск смерти, по-видимому, увеличивается у пациентов со значениями концентрации 25 (OH) D выше 30 нг / мл (> 75 нмоль / л). Однако в недавней статье (33) Дуразо-Арвизу и его коллеги повторно проанализировали эти результаты на основе стандартизированных результатов анализа 25 (OH) D и пришли к выводу, что рост на обратной кривой J является артефактом, устраняемым при высоком уровне 25 (OH). Значения D.

В спорном исследовании у пожилых женщин, которые получали разовую однократную высокую дозу витамина D (500 000 МЕ) в год, частота переломов и падений была выше, чем у женщин из контрольной группы, получавших плацебо (34).Хотя сывороточный 25 (OH) D не измерялся в группе, получавшей лечение, дополнительное исследование показало, что сывороточный 25 (OH) D составлял 48 нг / мл (120 нмоль / л) через 1 месяц после введения дозы. В более позднем исследовании Bischoff-Ferrari et al. (35) сообщили о более высоком риске падений у мужчин и женщин старше 70 лет, которым давали 60000 МЕ / месяц, чем в контрольной группе, получавшей 24000 МЕ / месяц ± 300 мкг 25 (OH) D 3 / месяц за 1 год. год. Концентрация 25 (OH) D в сыворотке крови достигала 40 нг / мл (100 нмоль / л) в пораженной группе при дозах 60000 МЕ / месяц и даже выше у лиц, получавших 25 (OH) D 3 .

Следовательно, некоторые возможные вредные эффекты хронических умеренных доз витамина D остаются необъясненными. В отличие от исследования острых ВД, не существует правдоподобного объяснения механизма таких пагубных последствий для здоровья при хронических ВД. Хотя никакие механизмы пока не могут объяснить эти данные, мы должны продолжать сомневаться в том, является ли хроническое умеренное дозирование витамина D потенциально вредным.

Резюме и выводы

Хотя ВДТ, приводящая к гиперкальциемии, встречается редко, она может быть опасной для жизни, если не будет своевременно выявлена.Существует множество форм экзогенных (ятрогенных) и эндогенных ВДТ. Непреднамеренная передозировка из-за использования фармацевтических продуктов является наиболее частой причиной экзогенного ВДТ. Обзор случаев VDT, вызванных ошибками в составе витамина D или введением, которые привели к чрезмерному дозированию, подтвердил, что интоксикация встречается крайне редко. Однако VDT всегда следует рассматривать как дифференциальный диагноз у пациентов с гиперкальциемией (36).

В некоторых клинических условиях эндогенный ВДТ также является важной клинической проблемой.Эндогенная этиология может развиваться из-за эктопической продукции 1,25 (OH) 2 D при гранулематозных заболеваниях, таких как саркоидоз и туберкулез, или при лимфоме. Исследователи предложили множество процессов для учета VDT, включая ингибированную активность 24-гидроксилазы или повышенную активность 1α-гидроксилазы, что приводит к повышению концентрации активного метаболита витамина D, увеличению количества VDR или насыщению емкости. ВДБП. Несмотря на множество разногласий, связанных с целевой концентрацией 25 (OH) D или рекомендуемыми дозами витамина D для населения в целом, имеющиеся руководящие принципы согласны с тем, что концентрации 25 (OH) D> 150 нг / мл представляют значительный риск ВДТ и что схемы лечения дефицита витамина D при применении высоких доз (выше UL) необходимо регулярное наблюдение (37).

Среди населения в целом растет осведомленность о пользе для здоровья, связанной с витамином D; однако повышенное потребление добавок, содержащих витамин D, может предрасполагать широкую публику к увеличению частоты ВДТ. Таким образом, без медицинского наблюдения людям, которые самостоятельно принимают витамин D в дозах, превышающих рекомендованные для возраста и массы тела, рекомендуется соблюдать осторожность.

Авторские взносы

Все перечисленные авторы внесли существенный, прямой и интеллектуальный вклад в работу и одобрили ее к публикации.

Заявление о конфликте интересов

Авторы заявляют, что исследование проводилось при отсутствии каких-либо коммерческих или финансовых отношений, которые могут быть истолкованы как потенциальный конфликт интересов.

Рецензент LG и управляющий редактор заявили о своей общей принадлежности.

Ссылки

1. Бульон Р. Витамин D и вноскелетное здоровье. UpToDate (2015). Доступно в Интернете по адресу: www.uptodate.com

2. Дуденков Д.В., Йавн Б.П., Оберхельман С.С., Фишер П.Р., Сингх Р.Дж., Ча С.С. и др.Изменение уровня содержания 25-гидроксивитамина D в сыворотке крови выше 50 нг / мл: 10-летнее популяционное исследование. Mayo Clin Proc . (2015) 90: 577–86. DOI: 10.1016 / j.mayocp.2015.02.012

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

4. Холик MF. Витамин D не так токсичен, как когда-то считалось: историческая и современная перспектива. Mayo Clin Proc . (2015) 90: 561–4. DOI: 10.1016 / j.mayocp.2015.03.015

CrossRef Полный текст | Google Scholar

5.Гупта А.К., Джамвал В., Сакул, Малхотра П. Гипервитаминоз D и системные проявления: всесторонний обзор. JIMSA (2014) 27: 236–7.

6. Bell NH, Stern PH, Pantzer E, Sinha TK, DeLuca HF. Доказательства того, что повышенный уровень циркулирующего 1α, 25-дигидроксивитамина D является вероятной причиной аномального метаболизма кальция при саркоидозе. Дж. Клин Инвест . (1979) 64: 218–25. DOI: 10.1172 / JCI109442

CrossRef Полный текст | Google Scholar

7. Мудде А.Х., ван ден Берг Х., Бошуис П.Г., Бридвелд ФК, Маркусс Х.М., Клюин П.М. и др.Внематочная продукция 1,25-дигидроксивитамина D B-клеточной лимфомой как причина гиперкальциемии. Рак (1987) 59: 1543–6.

PubMed Аннотация | Google Scholar

8. Шлингманн К.П., Кауфманн М., Вебер С., Ирвин А., Гус К., Джон Ю. и др. Мутации CYP24A1 и идиопатическая детская гиперкальциемия. N Engl J Med . (2011) 3655: 410–21. DOI: 10.1056 / NEJMoa1103864

CrossRef Полный текст | Google Scholar

9. Динур Д., Давидовиц М., Авинер С.Гиперкальциемия у матери и ребенка, вызванная мутациями витамина D-гидроксилазы и потреблением витамина D. Pediatr Nephrol. (2015) 30: 145–52. DOI: 10.1007 / s00467-014-2889-1

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

10. Шлингманн К.П., Руминска Дж., Кауфманн М., Дурсун И., Патти М., Кранц Б. и др. Аутосомно-рецессивные мутации в SLC34A1, кодирующем натрий-фосфатный котранспортер 2A, вызывают идиопатическую инфантильную гиперкальциемию. Дж. Ам Соц Нефрол .(2016) 27: 604–14. DOI: 10.1681 / ASN.2014101025

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

11. Проницка Э., Сиара Э., Халат П., Янец А., Войчик М., Ровинска Э и др. Биаллельные мутации в CYP24A1 или SLC34A1 как причина детской идиопатической гиперкальциемии (ИИГ) с гиперчувствительностью к витамину D: молекулярное исследование 11 исторических случаев ИИГ. J Приложение Genet . (2017) 58: 349–53. DOI: 10.1007 / s13353-017-0397-2

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

12.Абрамс Н.Р., Бауэр В. Лечение ревматоидного артрита большими дозами витамина D. JAMA (1938) 111: 1632–9.

Google Scholar

13. Сэмюэл Х.С. Токсичность витамина D, отчет Британской педиатрической ассоциации. Детская гиперкальциемия, пищевой рахит и детская цинга в Великобритании. Br Med J. (1984) 1: 1659–61.

14. Jacobus CH, Holick MF, Shao Q, Chen TC, Holm IA, Kolodny JM, et al. Гипервитаминоз D, связанный с употреблением молока. N Engl J Med . (1992) 326: 1173–7. DOI: 10.1056 / NEJM199204303261801

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

15. IOM (Институт медицины) Нормы потребления кальция и витамина D в рационе питания . Вашингтон, округ Колумбия: National Academies Press (2011), стр. 1–1115.

16. Пьетрас С.М., Обаян Б.К., Цай М.Х., Холик М.Ф. Лечение витамином D при дефиците и недостаточности витамина D до 6 лет. Арк Интер Мед . (2009) 169: 1806–18.DOI: 10.1001 / archinternmed.2009.361

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

17. Эквару Дж. П., Цвикер Дж. Д., Холик М. Ф., Джованнуччи Е., Вейгелерс П. Дж. Важность веса тела для зависимости реакции от дозы перорального приема витамина D и сывороточного 25-гидроксивитамина D у здоровых добровольцев. PLoS ONE (2014) 9: e111265. DOI: 10.1371 / journal.pone.0111265

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

19.Селби П.Л., Дэвис М., Маркс Дж. С., Мавер Э.Б. Интоксикация витамином D вызывает гиперкальциемию за счет увеличения резорбции костей, которая реагирует на памидронат. Clin Endocrinol. (1995) 43: 531–6.

PubMed Аннотация | Google Scholar

20. Бикл Д.Д., Джи Э., Халлоран Б., Ковальски М.А., Райзен Э., Хаддад Дж. Оценка свободной фракции 25-гидроксивитамина D в сыворотке крови и ее регуляция альбумином и связывающим витамин D белком. Дж. Клин Эндокринол Метаб . (1986) 63: 954–9.

PubMed Аннотация | Google Scholar

21. Бикл Д.Д., Джи Э. Свободный, а не общий 1,25-дигидроксивитамин D регулирует метаболизм 25-гидроксивитамина D кератиноцитами. Эндокринология (1989) 124: 649–54.

PubMed Аннотация | Google Scholar

22. Петтифор Дж. М., Бикл Д. Д., Кавалерос М., Захен Д., Камдар М. С., Росс Ф. П.. Уровни свободного 1,25-дигидроксивитамина D в сыворотке при токсичности витамина D. Энн Интерн Мед. . (1995) 122: 511–3.

PubMed Аннотация | Google Scholar

23.Deluca HF, Prahl JM, Plum LA. 1,25-дигидроксивитамин D не отвечает за токсичность, вызванную витамином D или 25-гидроксивитамином D. Arch BiochemBiophys . (2011) 505: 226–30. DOI: 10.1016 / j.abb.2010.10.012

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

24. Джонс Г., Шлингманн К.П. Гиперкальциемические состояния, связанные с нарушением метаболизма витамина D. Front Horm Res. (2018) 50: 89–113. DOI: 10.1159 / 000486073

CrossRef Полный текст | Google Scholar

25.Potts JT Jr, Juppner H. Нарушения паращитовидной железы и гомеостаза кальция. В: Longo DL, Fauci AS, Kasper Dl, Hauser Sl, Jameson Jl, Loscalzo J, редакторы. Принципы внутренней медицины Харрисона. Vol. 2. 18-е изд. Нью-Йорк, штат Нью-Йорк: Макгроу Хилл. (2012). п. 3096–3129.

26. Khieng V, Stevens C. Токсичность витамина D: тематическое исследование. Н. Рвение Дж. Медицинская Лаборатория. Научные исследования . (2010) 64: 44–50.

Google Scholar

27. Cusano N, Thys-Jacobs S, Bilezikian JP.Гиперкальциемия из-за токсичности витамина D. В: Фельдман Д., Пайк Дж. У., Адамс Дж. С., редактор. Витамин D . Лондон, Великобритания: Elsevier (2011). п. 1394.

Google Scholar

28. Лукашкевич Я., Прушинская К., Лоренц Р.С., Людвичак Х. Индукция микросомальных ферментов печени: лечение отравления витамином D у 7-месячного ребенка. Br Med J. (1987) 295: 1173.

PubMed Аннотация | Google Scholar

29. Glass AR, Eil C. Кетоконазол-индуцированное снижение сывороточного 1,25-дигидроксивитамина D и общего сывороточного кальция у пациентов с гиперкальциемией. Дж ClinEndocrinol Metab . (1988) 66: 934–8.

PubMed Аннотация | Google Scholar

30. Адамс Дж. С., Диз М, Шарма ОП. Эффективное снижение концентрации 1,25 дигидроксивитамина D и кальция в сыворотке при саркоидозе, связанной с гиперкальциемией, с коротким курсом терапии хлорохином. Энн Интерн Мед. . (1989) 11: 437–8.

Google Scholar

32. Хоукс С.П., Ли Д., Хаконарсон Х., Мейерс К.Э., Туммель К.Е., Левин М.А. Индукция CYP3A4 рифампицином: альтернативный путь инактивации витамина d у пациентов с мутациями CYP24A1. Дж. Клин Эндокринол Метаб . (2017) 102: 1440–6. DOI: 10.1210 / jc.2016-4048

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

33. Дуразо-Арвизу Р.А., Доусон-Хьюз Б., Крамер Х., Цао Г., Меркель Дж., Коутс П.М. и др. Обратная связь j-образной формы между общей концентрацией 25-гидроксивитамина D в сыворотке и смертностью от всех причин: влияние стандартизации анализа. Am J Epidemiol. (2017) 185: 720–6. DOI: 10.1093 / aje / kww244

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

34.Сандерс К.М., Стюарт А.Л., Уильямсон Э.Дж., Симпсон Дж.А., Котович М.А., Янг Д. и др. Ежегодный пероральный прием высоких доз витамина D, падения и переломы у пожилых женщин: рандомизированное контролируемое исследование. JAMA (2010) 303: 1815–22. DOI: 10.1001 / jama.2010.594

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

35. Бишофф-Феррари Х.А., Доусон-Хьюз Б., Орав Э.Дж., Стахелин Х.Б., Мейер О.В., Тейлер Р. и др. Ежемесячное лечение высокими дозами витамина d для предотвращения функционального снижения: рандомизированное клиническое исследование. JAMA Intern Med . (2016) 176: 175–83. DOI: 10.1001 / jamainternmed.2015.7148

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

36. Галиор К., Греб С., Сингх Р. Развитие токсичности витамина D в результате чрезмерной коррекции дефицита витамина D: обзор истории болезни. Питательные вещества (2018) 10: E953. DOI: 10.3390 / nu10080953

CrossRef Полный текст | Google Scholar

37. Холик М.Ф., Бинкли Н.С., Бишофф-Феррари Х.А., Гордон С.М., Хэнли Д.А., Хини Р.П. и др.Эндокринное общество. Оценка, лечение и профилактика дефицита витамина D: руководство по клинической практике эндокринного общества. Дж. Клин Эндокринол Метаб . (2011) 96: 1911–30. DOI: 10.1210 / jc.2011-0385

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *